Игра с огнем - Мария Жукова-Гладкова

Вечером Андрюша с Матреной встречали меня у подъезда. Они теперь каждый вечер меня встречают, когда я возвращаюсь после смены. Андрюша купил Матрене ошейник изумрудного цвета. Мне сказал, что рыжим идет зеленый, он это знает от бывшей Серегиной жены. Она была рыжая и регулярно повторяла это Сереге, намекая на изумруды. Но у Матрены был ошейник без изумрудов, хотя теперь, конечно, можно купить и заказать всякие. Но с изумрудами и бриллиантами, как я понимаю, предназначаются не таким собакам, как наша.

Для начала Андрюша решил меня посмешить. Они сегодня ехали на машине с Серегой и увидели на одном доме надпись, сделанную краской из баллончика: «Фудбол для всех!» – и крепко задумались. Это детки такие безграмотные или речь о каких-то съедобных шариках?^[4] Может, современная молодежь «продвигает» какие-то съедобные шарики, как и экобиоболы? К сожалению, автор надписи неизвестен, уточнить не удалось.

Потом Андрюша отчитался о проделанной работе: вещи привез, более того, встретил в больнице свою сестру Олесю, которая, похоже, серьезно настроилась на рождение ребенка. Узнав, что в больнице лежит мой брат (Андрей не стал уточнять, что двоюродный), она заявила, что они с мамой привезут ему «что-нибудь вкусненькое».

– Ты это как воспринял? – спросила я.

– Я рад избавиться от опеки. Ты же знаешь. А им с Генкой пироги моих родственниц будут как раз кстати. Им-то некому возить, если не считать нас с тобой. Зину оба видеть не хотят.

– С каким Генкой?!

– С Ильюшкиным. Они в одной палате лежат.

Я раскрыла рот от удивления, потом спросила, сильно ли они подрались. Андрюша пояснил, что они на этот раз дрались не друг с другом, а с братом Гены Ильюшкина, неким господином Леонидом Алексеевым, недавно вернувшимся в Петербург из мест не столь отдаленных. Вероятно, известный мне только заочно (к счастью) господин Алексеев вскоре снова отправится или в северном, или в восточном направлении.

По словам Андрея, у Игоря ножом сильно разрезана нога, а также имеются другие телесные повреждения. Главное – руки целы, а работает он руками. Гена тоже получил свою долю тумаков от брата и порез на руке.

– Все из-за Зинки? – устало спросила я. – Хотя какое отношение Зинка имеет к Алексееву?

Андрей сказал, что у Алексеева есть претензии к нескольким членам нашей семьи – и вкратце повторил историю участия моего отца в судьбе Алексеева, которую я знала от представителей банка.

– Ты слышала об этом? – уточнил Андрей.

– Слышала.

– А мне что не рассказала?

– Ты все-таки представитель органов правопорядка. А мой отец… показал себя не лучшим образом в этой истории. Если мягко выразиться.

Андрей спросил, когда я узнала про историю выдачи моим отцом ложного заключения. Я назвала число.

– Раньше не знала?

– Откуда?! Я же с ними почти не общалась. Меня они тогда не ввели в курс дела. И за деньгами не обращались. Предполагали, что и нет у меня нужной суммы на откуп, да и не дала бы, если бы и имелась.

Андрею я сказала, что общалась с бабушкиной подругой и что бабушка очень сильно переживала за своего сына. Кстати, я так и не знала, дала тогда бабушка какие-то деньги или нет, или они с дедом помогли сыну своими связями? Я посчитала, что Андрею не нужно рассказывать про банкиров. И про то, что я записала обращение к олигарху Сосновскому вместо Яны, я тоже не упоминала. Зачем лишний раз волновать Андрюшу? Кстати, про Яну больше никаких сведений ни из каких источников не поступало. Официальные средства массовой информации эту тему оставили – появились другие новости. Олигарх Сосновский никогда не любил светиться на экране, так что ни он сам, ни его пресс-служба никаких комментариев не давали. Сама Яна с родителями не связывалась. Может, яхта Сосновского спокойно стоит у Мадагаскара, а Яна уже на ней кого-то омолаживает? Интересно, кстати, перечислил Сосновский деньги в банк, где Слава Рукомойников возглавлял кредитный отдел? И что он будет делать, если перечислил? Он вообще поймет, что перечислил не пиратам?

– Алексеев после освобождения вышел на моего отца?

– Вроде не успел еще. У него без твоего отца оставалось много нерешенных вопросов. И ведь отдохнуть надо! Он съездил куда-то в теплые края, в Питере оттягивался по полной программе. По крайней мере, в твоего отца не стрелял, ножом не резал и вообще никаким членовредительством не занимался. И теперь еще долго не займется. С его-то биографией он влип надолго. Это, кстати, радует его брата, который не хочет и никогда не хотел влезать ни в какой криминал. Гена сказал, что адвоката наймет, но никак не будет способствовать освобождению – вышедший на свободу Алексеев не понял, что лихие девяностые давно закончились и страна живет по несколько другим правилам. Он начал указывать брату, как вести бизнес, как разговаривать с партнерами и чиновниками. А Гена разговаривает по-другому.

– А Алексееву много могут дать за ножевые ранения, нанесенные Игорю и Гене?

– Там не только ножевые. Это во-первых. И есть еще во-вторых. Убийство экоэнтузиаста Толи Бочонка. Этого смешного толстяка, под началом которого Зина участвует в борьбе за чистоту окружающей среды. То есть участвовала.

Я моргнула, потом уточнила:

– Он его за коров убил? За то, что экоэнтузиасты прогнали коров с пастбища, оборудованного Геной?

Андрей покачал головой и рассказал все, что ему удалось выяснить к вечеру – и у Игоря с Геной, и у своих коллег. Игорь вообще остался жив благодаря коллегам Андрея, которые приехали арестовывать рецидивиста Алексеева в дом его брата, где он временно поселился. И как раз в это время разъяренный Алексеев пытался убить моего двоюродного брата Игоря, которого пытался защитить Гена Ильюшкин. Неизвестно, вызвал бы Гена полицию, если бы полиция не прибыла сама. Все-таки Алексеев – его старший брат, который много для него сделал. Но в драке он защищал Игоря. В своем доме и без свидетелей. Сослагательного наклонения в жизни не существует. Но что бы сделал Гена, если бы его брат убил Игоря? Помог сбросить труп в озеро? Отвезти труп в другое место и спрятать? А если бы Игоря серьезно ранили? Его бы отправили в частную больницу и выплатили компенсацию? Попробовали бы договориться или добили? Сейчас Гена говорит, что брат его «достал».

Увидев одного из своих обидчиков в доме, который он считал своим, Алексеев бросился на Игоря, выхватив нож, который, вероятно, все время носил с собой. И несмотря на попытки Гены его остановить и успокоить, он не собирался останавливаться и нацелился Игоря убить. Я и представить не могла, какие у этого рецидивиста претензии к моему двоюродному брату.

Я уже рассказывала, что у Игоря есть хобби – археология. Он неоднократно участвовал в раскопках в Ленинградской области на местах боев Великой Отечественной войны, нашел с товарищами даже родственников погибших солдат, потом ездил в Новгород уже на исторические раскопки. Вроде его не интересует никакой конкретный период, у него нет археологической специализации, его просто увлекает это дело. Я не исключала, что мой двоюродный брат занимается и «черной» археологией, но если занимается, то из чисто спортивного интереса.