Игра с огнем - Мария Жукова-Гладкова

Я решила все-таки встретиться с кем-то из бабушкиных подруг. Ведь ее убийца так и не найден! Даже причина убийства не раскрыта. Андрей по моей просьбе связывался со следователем, который вел это дело, и получил ответ: никаких зацепок. Следователь считал, что совершить это преступление вполне могли гастарбайтеры. Аналогичные случаи в городе были. У бабушки же украли все вещи, которые были при ней, сняли серьги, браслет и кольца. И гастарбайтеры с целью ограбления скорее нападут на пожилого человека, чем на молодого, и даже не по причине того, что молодой с большей вероятностью даст отпор. У молодых у всех банковские карты, а большинство стариков продолжает пользоваться наличными деньгами. То есть следствие в первую очередь рассматривало версию ограбления. Возможно, других у них и не было.

Но у меня не имелось координат бабушкиных подруг. Ее мобильный телефон украли, хотя это был простой кнопочный аппарат. Я не сомневалась, что у бабушки имелась бумажная записная книжка, но она осталась в квартире. Ключи были у моего отца и тети Майи, которая явно передала их Игорю. Ведь мы же с двоюродным братом должны попытаться найти клад!

Я позвонила Игорю и спросила, когда он думает ехать в квартиру бабушки, а также сказала, что хочу найти. Игорь предложил заехать к нему и взять ключи.

– Аня, ищи сама – и записную книжку, и клад.

– А ты?

– А я сегодня приглашен к Ильюшкину в дом. Мы уже пообщались на нейтральной территории, все вопросы решили. К Зинке у него больше нет претензий – что взять с психованной? У меня к нему тоже нет. Клинику он нам не громил. Ну, подрались. С кем не бывает? Говорят, что хорошая дружба обычно начинается с драки. В общем, собираюсь на все своими глазами посмотреть.

Для начала я поехала в бабушкину квартиру. Кажется, прошло совсем немного времени, но она уже воспринималась как нежилая. В квартире, где живут люди, другая аура, а тут даже пахло иначе. Как в музее? Как в библиотеке? Я не стала искать никакие сокровища. Я не видела в этом смысла. Если что-то и было, то все давно найдено. Или отдано тому, кто это все приносил.

Записную книжку я нашла довольно быстро. Я помнила, что одну из бабушкиных подруг зовут Нина, только не Аристарховна, а Александровна, и стала искать. К сожалению, я не знала фамилию. Еще была Вера, но отчества я не помнила. Я увидела, что много людей в записной книжке вычеркнуты – вероятно, они умерли. Я нашла двух Вер и одну «Иванову Нину Ал.». В записной книжке значился городской номер. Я позвонила, и ответила мне сама Нина Александровна. Я представилась и сказала, что хотела бы поговорить о бабушке. Оказалось, что Нина Александровна живет в пешей досягаемости от бабушкиного дома, она пригласила меня к себе. Меня это очень устраивало.

Нина Александровна, как и моя бабушка, жила в той же квартире, в которой родилась более семидесяти лет назад. Оказалось, что они вместе учились в школе и пронесли свою дружбу через всю жизнь. Только Нина Александровна стала инженером, как ее отец, а моя бабушка пошла в медицину, как ее предки.

Хозяйка предложила мне чай с печеньем и конфетами. Мы сидели в комнате Нины Александровны, которая проживала вместе с семьей младшего сына, но днем сын и невестка были на работе, а внуки в институте.

– Насколько я понимаю, следствие зашло в тупик? – сказала она.

Я кивнула и спросила, не опасалась ли бабушка за свою жизнь. Не поступало ли ей угроз от кого-либо? Наверное, Нина Александровна думала о чем-то подобном после смерти моей бабушки. Я буду рада любой информации.

– Угроз не было, писем не было, звонков не было. Я думаю, что Нина поделилась бы со мной, если бы происходило что-то подобное. Мы всегда были очень близки, а в последние годы стали еще ближе! Ведь у детей и внуков своя жизнь. Ваша бабушка, Аня, еще работала, а я-то уже давно на пенсии. Как мне будет ее не хватать!

Нина Александровна замолчала и задумалась.

– Пожалуйста, скажите мне все, что знаете, – мягко попросила я.

– Удивительно, Аня, как все складывается. Ваша бабушка всегда вас ругала. И в детстве, и в юности. Простите, что я это говорю, но…

– Я была бунтаркой на фоне положительной Яны, потом не пошла в медицину и нарушила семейные традиции, – улыбнулась я. – Все родственники были недовольны. Да еще и те, кто не шел в медицину, плохо заканчивали. Один был вынужден навсегда уехать в Сибирь, второй хотя и избежал расстрела, но погиб в Великую Отечественную.

– Про них я знаю, – кивнула бабушкина подруга. – Но вы не представляете, как она удивилась, узнав, что вы купили квартиру!