Вор во ржи - Лоуренс Блок

— Берн…

— В любом случае это не имеет никакого значения. Но если я вдруг вспомню, немедленно дам тебе знать.

Ее имя Элис Котрелл — именно это я собирался сказать, и если телефонный звонок и не вышиб из моей головы все мысли, то резко изменил их ход.

Потому что звонила мне Элис Котрелл.

— Прибыли, — произнес Рэй. — Иди взгляни.

— Терпеть не могу покойников.

— Не смеши меня. Если бы они тебе нравились, я бы и впрямь забеспокоился. Кому нравится смотреть на мертвецов? А иначе зачем бы мы их закапывали?

— Чтобы на них не смотреть?

— Вот именно, — кивнул он. — Ну? Что скажешь?

— В жизни ее не видел, — ответил я, отворачиваясь. — Мы можем идти? И прошлой ночью меня не было дома, — добавил я.

— Берн, ты меня поражаешь.

— У меня были причины утверждать иное.

— Разумеется, и главная из них в том, что ты лжец. Если человек зарабатывает на жизнь воровством, трудно ожидать, что он всегда будет говорить правду. Половину вопросов я задавал тебе лишь затем, чтобы услышать, какую байку ты сочинишь.

— Ты не ждешь от меня правды?

— Если бы ждал, это значило бы, что жизнь меня ничему не научила, потому что ты лжешь мне с первого дня нашего знакомства. Но у меня нет причин держать на тебя зло. За эти годы мы сделали друг другу немало добра, верно, Берн?

— Совершенно верно.

— И положили в карман немало долларов. К тому же мне удалось произвести несколько превосходных арестов.

— Иногда ты и меня арестовывал, Рэй.

— Но тебя же не сажали? Ты всегда выходил сухим из воды.

— Пока выходил.

— Ты видел когда-нибудь эту Кассенмайер, Берни?

— Нет, — ответил я. — Мне просто так показалось. На мгновение я принял ее за другую.

— Она выглядит знакомой?

Я отрицательно покачал головой и пояснил:

— Нет, но до того, как я ее увидел, я думал, что в моей квартире могла оказаться, э-э… другая женщина.

— И кто же это? Только не напрягайся, не сочиняй очередную историю. Твое мнение изменилось до того, как ты оказался в морге. Попробую угадать: это она звонила по телефону?

Он подъехал к пожарному гидранту, — а где еще коп может припарковаться? — и мы пошли за угол к моему магазину. Когда мы вошли, Генри как раз оформлял очередную покупку. Он вернулся в тот момент, когда Рэй вынудил меня поехать посмотреть на Карен Кассенмайер, и я позволил ему остаться.

Я не успел их познакомить, поэтому решил сделать это сейчас.

— Это Рэй Киршман, — сказал я. — Из полиции. А это — Генри Уолден. У него была фабрика глины.

— Не знал, что глину делают на фабрике, — заявил Рэй. — Я думал, ее просто выкапывают, как грязь.

Генри объяснил, что он совершенно прав, но после этого глина подвергается обработке, которая включает в себя очистку от примесей и добавление компонентов, предохраняющих ее от высыхания. После чего ее сушат, упаковывают и рассылают по магазинам.

— А потом люди покупают ее своим детям, — подхватил Рэй, — и эти маленькие мерзавцы втаптывают ее в ковры, которые потом ни за что не отчистить. Вы работает на Берни, Генри?

— Он позволяет мне оказывать ему посильную помощь. Это куда интереснее, чем производство формовочной глины.

— Если вы любите книги, — уточнил Рэй.

Генри сказал, что он очень их любит, к тому же ему очень нравятся люди, которых можно встретить в книжных магазинах. Встретить можно кого угодно, согласился Рэй. Генри поинтересовался, нужна ли мне еще его помощь, я сказал, что нет и вообще пора закрываться. Генри сказал, что скорее всего мы увидимся завтра, и на выходе задержался, чтобы потрепать Раффлса.

— Приятный парень, — заметил Рэй, когда дверь закрылась. — Он был тут, когда я заходил в прошлый раз?

— Трудно сказать, кто тут был и кого не было. Он бывает у меня довольно часто.

— Генри Голден. Ты не знаешь никаких знаменитостей по имени Генри Голден?

— Был один такой.

— Понятно.

— Но его зовут не Генри Голден, Рэй. Его зовут Генри Уолден.

— Какая разница. Все равно что-то напоминает. Как и его лицо. Сначала оно кажется знакомым, но потом понимаешь, что видишь его впервые.

— Потом понимаешь, что видишь его впервые?

— Ты понял, что я хотел сказать. Если увидишь такую бородку, ты наверняка ее не забудешь. Уж очень ухоженная. Кстати, о знакомых. Точнее, о даме, которую мы с тобой видели. Я понял, что она — не та, кого ты рассчитывал увидеть, но тебе не показалось, что она тебе кого-то напоминает?

— Она напоминает труп.

— Да. В этом сомневаться не приходится.

— И она выглядит так, словно всегда была трупом, Рэй. Словно она родилась мертвой и с тех пор не раз попадала в переделку.

— Судя по тому, что мы знаем, ей сорок шесть лет. Самое худшее, что с ней приключилось в жизни, произошло вчера ночью. Ее закололи ножом насмерть. Но до того ее много раз арестовывали, и она неоднократно сидела.

— За что?

— За кражи. Она была воровкой.

— Вор в моей квартире.

— Да, забавно. Наверное, искала, что стибрить.

— Наверное.

— Ты как-то не обеспокоен. Почему?

— Ну, если не ошибаюсь, она так ничего и не унесла.

— Нет, но тот, кто ее убил, мог унести то, за чем приходила она.

— Не знаю, за чем она приходила, — сказал я, — да у меня и нет ничего ценного.

— А как насчет твоей жизни, Берн?

— Ты о чем?

— У нее в сумочке был пистолет.

— Пистолет, — повторил я.

— Маленький. И его не чистили с тех пор, как последний раз из него стреляли.

— Может, она стреляла в того, кто ее заколол?

— А потом положила пистолет в сумку? — Он скорчил гримасу. — Вероятно, это тот пистолет, из которого она была ранена пару дней назад.

— Рана в плечо.

— Угу. По размерам подходит. Двадцать пятый калибр — в самый раз, если хочешь остановить атаку таракана.

— Если кто-то ранил ее в плечо, — задумался я, — каким образом пистолет оказался у нее в сумочке?

— Может, тот, кто в нее стрелял, — тот же самый, кто заколол ее вчера ночью. Она упала замертво, а он решил избавиться от оружия, сунув пистолет ей в сумку.

— В этом есть смысл.

— В этом нет никакого смысла, — возразил Рэй. — Но в чем он есть?

— А может, она тогда сама себя ранила?