Золото гетмана - Виталий Гладкий

Приехала «скорая». Старуху начали накачивать разными лекарствами, и Глеб отошел в сторонку. Кот по-прежнему держался рядом с ним, но его глазищи не отрывались от хозяйки. Он и так был здоровущим, но, похоже, все еще находился в стрессовом состоянии, отчего шерсть кота встала дыбом, и он казался еще больших размеров, чем на был самом деле.

«Расспросить бы тебя, животина, что тут стряслось, – подумал Глеб, взглянув на кота. – Уверен, что тебе многое известно. Жаль, что ты не можешь говорить. Но, судя по твоему виду, здесь явно происходило что-то неординарное…»

Сон! Глеба будто током стегануло. Неужели все это случилось здесь и наяву?! Глеб посмотрел на стол и только теперь заметил, что там стоит… эмалированный тазик! С водой! Он похолодел. Нет, этого не может быть. Не может! Или он сходит с ума, или… О втором «или» Глеб боялся даже думать…

Когда бабу Дуню уложили на носилки, она вдруг открыла глаза. Увидев Глеба, который подошел поближе, старуха что-то прошептала. Он нагнулся ниже и услышал:

– Милицию не надо… Найди его… – Баба Дуня будто подслушала его мысли.

«Скорая» уехала. Глеб стоял столбом посреди избы, словно превратился на какое-то время в статую. Что же это творится?! Мистика… Бред! Пойди туда – не знаю куда, найди то – не знаю что.

Из состояния прострации его вывел кот. Он вдруг требовательно заурчал и потерся о ногу Глеба, да с таким напором, что тот пошатнулся. Мигом выбросив все дурные мысли из головы, Глеб пошел к соседям бабы Дуни, таким же старикам, и поручил им присматривать за избой и кормить кота, дав на расходы тысячу рублей. А затем сел в свою «ауди» и поторопился вслед за «Скорой».

По просьбе Глеба, подкрепленной сотней «баксов», бабу Дуню определили в хорошо оборудованную палату на двоих. Еще сто долларов ушли на дефицитные лекарства, которые он прикупил для нее в аптеке при больнице. Когда Глеб выходил из больницы, ему вдруг послышался шепот бабы Дуни, который шел как бы ниоткуда: «Найди его… Найди…»

Усевшись в машину, Глеб первым делом решительно набрал номер Федюни. «Ну, нет уж! – злобно подумал он. – Хватит с меня всех этих заморочек! Никого я искать не буду. И с Федюней не поеду. Лучше махну с отцом на юга, чтобы нервишки подлечить. Давно вместе не отдыхали. А то лезет в голову разная чертовщина. Совсем издергался».

– Алло, ты не спишь? – спросил он, услышав в трубке голос Федюни.

– Никак нет! Жду твоего звонка.

– Считай, что дождался. Визит в братскую страну отменяется.

– Ты что, Глеб?! Дело верное… – начал было свою «песню» Федюня, но Глеб перебил его:

– Пошел к черту! Нет, значит, нет!

Отключив мобильник, он со злостью бросил его в бардачок и решительно нажал на газ. «Ауди» прыжком сорвалась с места и вылетела за ворота больницы.

Весь во власти нехороших мыслей и переживаний, Глеб рулил по проспекту, почти не глядя по сторонам. И, как это нередко бывает с автолюбителями, нарвался на очередного дурака. Его авто марки «шевроле» на полной скорости выскочило из переулка на красный свет и врезалось в машину Глеба. Последнее, что он запомнил перед тем, как погрузиться в беспамятство, были огни светофора, которые превратились в кроваво-красные глаза старика с Пряжки, возникшего из грохочущей темноты…

Очнулся Глеб от громких голосов, которые что-то горячо обсуждали. Он в недоумении уставился на белый незнакомый потолок и попытался повернуться на бок. Боль обрушилась на него как морская волна во время шторма. Глеб застонал.

– Лежи, сынок, лежи! – Над Глебом склонился отец: у него было бледное лицо и темные круги под глазами. – Ну, слава богу, пришел в себя…

– Где я? Что со мной? – прошептал Глеб.

– В больнице, – строго ответил мужчина в годах, одетый в белый халат.

Это врач, понял Глеб. Но почему он в больнице? Что случилось? Отец объяснил:

– Ты попал в аварию. «Ауди» вдребезги – туда ей и дорога. Главное, ты жив и вроде ничего такого…

– Да, – солидно подтвердил врач. – У вас, Глеб Николаевич, сломаны четыре ребра, сильно травмировано левое бедро, а ушибов и не сосчитать. Но все заживет быстро, ручаюсь. Вы молоды и здоровья вам не занимать. А пока лежите и старайтесь поменьше двигаться. Ну, вы тут можете разговаривать, а мне пора. Больные ждут…

Врач ушел. Глеб требовательно уставился на отца, желая более подробных объяснений.

– Когда я осмотрел твою машину, – сказал Николай Данилович, – то ужаснулся. Как ты мог выжить в такой аварии, да еще и отделаться сравнительно легко, уму непостижимо. Зайду в церковь, поставлю свечку во здравие.

– А тот, кто в меня въехал? – Теперь уже и Глеб начал кое-что вспоминать.

– С тем парнем дело худо. Лежит в реанимации. Его машина тоже изрядно покорежена.

– Он что, с ума спрыгнул так летать?!

– Пьян был.

– А… Тогда понятно.

– Но ты-то почему по сторонам не глядел? Я ведь предупреждал тебя, что в нынешние времена водитель должен быть похож на летчика во время воздушного боя. Верти головой на триста шестьдесят градусов, чтобы противник не ударил тебя с тыла или сбоку, и долгая жизнь автомобилиста тебе гарантирована. И не кивай на правила дорожного движения. Их сейчас мало кто придерживается. Башню у современной молодежи совсем сорвало.

– Да, виноват… Но у меня есть оправдание. На дом бабы Дуни совершено нападение, ей стало плохо, и мне пришлось устраивать старушку в больницу. Потрепали мне нервы, пока я не определил ее в нормальную палату… Хотели вообще кровать в коридоре поставить. В общем, пришлось покрутиться. Ругался, деньги платил… Сам знаешь, как теперь с этим делом. Потому и голова была забита разной чепухой, а от того и внимание притупилось.

– Знаю. Уже знаю, как сейчас лечиться… – Николай Данилович сумрачно улыбнулся. – Твои больничные проблемы мне, ох, как недешево обошлись. Но бог с ними, с этими деньгами. Зато у тебя отдельная, отлично оборудованная палата, как тут говорят – с «евроремонтом». Плюс повышенное внимание и забота со стороны медперсонала. Постой, – спохватился он, – это ты о ком? Какая баба Дуня?

– Та самая.

– Колдунья?!

– Ну…

– Какая нелегкая тебя занесла к ней?!

– Уж не знаю, как и объяснить. Вся эта история похожа на бред воспаленного воображения, и тем не менее она со мной приключилась…

И Глеб рассказал отцу все – и как встретил на рынке старика-«запорожца», и про свои кошмарные сны, и о том, как ездил к бабе Дуне «лечиться».

– Что ж ты у меня до сих пор такой глупый?! – сказал Николай Данилович, в отчаянии схватившись за голову.

– Почему глупый? – Глеба задела реакция отца.

– Бабу Дуню даже наш дед боялся как огня! И это человек, который побывал в таких передрягах, что, как говорится, ни в сказке рассказать, ни пером описать. От ее колдовских штучек многие пострадали. Правда, было это в глубокой молодости бабы Дуни. Наверное, тогда она просто не могла совладать со своей силой.