Разбитое стекло - Алла Холод

– Так о чем ты узнал-то? Ты уже заставил меня волноваться.

– И есть о чем, – неутешительно добавил Грек.

То, что он рассказал мне в следующие пятнадцать минут, стало для меня ударом, который чуть не свалил меня со стула. В голове у меня помутилось, я залпом выпила бокал, к которому до сих пор даже не притронулась, но внезапная сухость в горле так и не прошла.

Грек стал рассказывать мне о моей семье, и казалось, что он знает обо мне все. О Владе, его отце, об их непростых отношениях, о нашем новом доме. И даже о том, что мне самой до сих пор было неизвестно.

– Ты знаешь, что у твоего мужа есть любовница?

– Нет, – отрезала я, – не знаю и не желаю ничего об этом слышать. Если ты хотел сообщить мне именно это, то зря потратил время. У нас очень хорошая, дружная семья, и я никому не позволю пытаться ее разбить.

– Юля, прекрати, неужели ты думаешь, я пришел для того, чтобы поссорить тебя с твоим мужем? Ты думаешь, я столько лет ночи не спал, вспоминая твои прелести? Извини, но ты слишком много о себе думаешь. Я хочу предупредить тебя о серьезной опасности, а ты строишь из себя дурочку, девчонку.

Первым моим желанием было немедленно встать и уйти. Я так обиделась, что едва могла сдержать слезы, но именно поэтому я и осталась. Черт бы побрал этого Грека, он всегда знал, как сделать так, чтобы меня пробрало до мозга костей.

– Будь предельно собрана, – строго сказал он, – твой муж встречается с девушкой, которая живет в вашем поселке. И если бы это был обычный адюльтер, но нет. Похоже на то, что твой Влад относится к этой девушке очень серьезно и готовит почву для того, чтобы соединить с ней свою жизнь. Он считает, что развестись с тобой ему никогда не позволит его отец. Реализовать свои планы он сможет, только если не будет отца или вдруг не станет тебя. В случае если он внезапно станет вдовцом, отец не будет мешать ему создать новую семью.

– И откуда тебе это стало известно? Тебе не кажется, что твоих слов слишком мало для того, чтобы я заподозрила самого близкого мне человека в том, что он замышляет против меня какие-то страшные вещи?

– Конечно, мало, но неопровержимых доказательств в таком деле нет и быть не может. Они могут появиться у следствия, когда твой муж осуществит задуманное. Но тогда, боюсь, будет слишком поздно. Вот, возьми, почитай.

Он протянул мне свой айфон последней модели, на дисплее которого уже было выведено смс-сообщение. «Андреас, прошу, ускорься со своим приездом. Совершенно случайно я узнала о том, что твоей бывшей жене Юлии угрожает серьезная опасность. Я никогда не любила ее, но унести с собой в могилу такое знание я не могу. Срочно узнай, не писала ли она в ближайшие дни заявление в полицию о факте наезда на нее, если да, значит, все остальное тоже правда. Не тяни с приездом, я пока держусь, но если ты захочешь предупредить Юлию, то это нужно сделать именно сейчас. Потом будет поздно».

– Это письмо от Агаты, – пояснил Грек, – так что – было ДТП или нет?

ДТП действительно было, но я не придала этому никакого значения. Просто пьяный придурок чуть не сбил меня, когда я выходила из нашей бывшей квартиры. Я даже не успела сесть за руль. Мы уже давно жили в доме, но я иногда заходила на старый адрес, если что-то было нужно. В тот конкретный день мне потребовалось забрать кое-какие бумаги. Не успел Грек закончить, как тот день вспомнился мне в мельчайших подробностях: как Влад отправил меня в нашу бывшую квартиру, потому что там он оставил проект реконструкции главного холла «Апекса». Мы давно хотели его переделать, потому что концепция огромного зала с бестолковым кафе себя полностью изжила. Заведение было ни о чем: пепси-кола и пиво продавались и во всех остальных кафетериях, и там, в полумраке холла, столики всегда пустовали. Это было самое невостребованное место из всех площадей «Апекса». Мы объявили конкурс и один из предложенных нам проектов одобрили и утвердили. Мы хотели начать переделку зала в самое ближайшее время. Это была зона моей ответственности как арт-директора, поэтому и проект-победитель хранился в моем кабинете. Почему он оказался в нашей квартире? Влад сказал, что хотел ознакомиться с ним подробнее, пока мы еще не окончательно переехали в новый дом и жили на два адреса одновременно. И в один из дней, когда я осталась ночевать в доме, он коротал вечерок, рассматривая проект. У меня такое объяснение не вызвало никаких подозрений. Помню, что я предложила Владу самому сходить на квартиру – он оставил там бумаги, пусть он и идет их забирать. И также хорошо я помню, как он сослался на важную встречу, которая у него должна состояться якобы через пятнадцать минут. Я подозревала, что он ее спешно придумал, что никакой встречи нет и ему просто не хочется куда-то идти. Но я все-таки пошла, решив, что по пути загляну в соседний с нами бутик, из которого пришла смс о поступлении новой коллекции. И во времени себя ограничивать не буду. Пусть знает, лентяй!

Каким чудом я увернулась от того пьяного козла, не знаю. Я сочла, что помогло то обстоятельство, что накануне я подала сорокоуст о здравии себе и Владу. Но на всякий случай я все-таки написала заявление. Номера машины я не запомнила, так что шансов на поимку лихача практически не было, но я рассудила так: если водитель был пьян – а трезвый человек в своем уме просто не может носиться по дворам на такой бешеной скорости, – то может попасть в поле зрения ГИБДД где-то еще. И тогда мое заявление, возможно, пригодится.

– Эпизод такой действительно был, – нехотя подтвердила я, – но какое отношение это имеет к моему мужу?

– Марина невольно стала свидетельницей одного разговора, суть которого она поняла не сразу. Она уже работала у вас и однажды случайно услышала, как твой муж разговаривал по телефону, когда тебя не было дома. И он совершенно недвусмысленно говорил о том, что ДТП было плохо организовано, что исполнителя самого нужно ликвидировать за такую работу. Эту цитату ваша домработница запомнила дословно. А потом, когда вы обсуждали это