Зверь Бездны - Арина Веста

Медленно обходя зал, Сашка искала глазами Илью. В сердце росла зияющая пустота. На похудевшем Сашкином пальце болталось кольцо с изумрудом, то самое, что было спрятано в ящике стола: явное доказательство предательства. Гости Натана, напялившие маски тигров и волков, повадками напоминали скорее стадо обезьян, чем звериную стаю. Но в человеческом мире они, несомненно, были хищниками, хладнокровными убийцами, алчными шакалами, змеями-гипнотизерами. Своими плясками под дудку Натана, цепенящими взглядами и хорошо поставленным шипением они умели влюбить в себя простодушную публику.

Вышколенная охрана распахнула зеркальные створки, и вместе с холодным ветром в зал вошел Илья.

Гости поспешили в теплый, сияющий огнями зал, где белизна скатертей оттеняла радужный блеск хрусталя и редкое разнообразие закусок. Маленький оркестр сыграл туш и почти без перехода вальс Мендельсона. Илья шагнул навстречу высокой красавице в голубом платье и закружил ее в вальсе под аплодисменты гостей. В шикарной диве Сашка узнала Хельгу.

Праздник продолжила пространная речь заместителя министра и гортанный спич Калифа. Именно он прибыл от спонсоров проекта. Речь Калифа была короткой и невыразительной. Сощурив без того узкие глаза, он объявил, что всеми силами желает помочь новому шоу, которое, несомненно, может оказаться полезным не только русскому, но и его маленькому, но гордому народу. Последние слова прозвучали немного зловеще, но щелканье фотоаппаратов и вспышки блицев смазали неявную угрозу, заложенную в медлительной речи Калифа, как брикет пластида.

— Мы собрались в это темное и холодное время, чтобы отметить праздник огней и света посреди хмурой осенней мглы!

Вторя речи Натана, в заснеженном саду грянул салют. Шипучие ракеты взрывались низко в густой снежной мгле и быстро гасли, едва успев выбросить зеленые и малиновые всполохи.

— Человек — странное существо, привязанное к крайностям, вернее, распятое между ними. Он и создан был слиянием двух противоположных стремлений: эволюцией материи и ниспадением духа с его изначальных высот. Мы мыслим через дух, а действуем через материю. Огромная вселенная существует благодаря Мысли и Действию. Промежуточный мир образован взаимодействием этих потоков. Именно его и принято называть воображением.

Об этом стараются не думать, но воображаемый мир так же реален, как реален предмет или идея, и без него мы были бы подобны животным, не способным, к примеру, понимать иллюзию книг или верить в кино, в вымысел, который заставляет нас смеяться и плакать.

Это опасная область, где находят прибежище привидения, таинственный сад, находящийся вне времени. Не в этом ли мире находится человеческая реальность, реальность актера, играющего роль в театре жизни? Мы с вами — мастера иллюзий, выпускающие из рукава стаи призрачных видений, населяющих земной астрал. Чем было бы телевидение с его мощными передающими станциями без нашей воли, без нашей магии, без нашего могущества. Я счастлив видеть здесь всех вас, Князей воздуха и Королев эфира!

Часа через два после банкета начался бал-маскарад. Неизвестно откуда вылезли фосфоресцирующие скелеты, слетелись хеллоуинские привидения с тыквами вместо голов. Обнаженные красавицы закружились среди гостей вперемежку с выходцами с того света. Сквозь прорези в маске Сашка следила за Натаном. Он немного нервничал и часто прикладывался к мобильнику, о чем-то запрашивая наружные посты. Сашка незаметно передвинулась ближе, чтобы постоянно видеть Натана и Илью. Наконец хозяину бала доложили, что некто долгожданный уже приближается к особняку.

Высокие бронзовые часы на каминной полке пробили полночь.

— Прошу минуту внимания. Я молчал, чтобы не расстраивать праздника. Прошлой ночью меня постигло большое несчастье… — траурным голосом вещал Натан. — Умер мой близкий друг. Многие из вас знали его. Всю жизнь он прожил в волчьей шкуре, но поверьте, это было золотое сердце. Мой верный спутник, мой Люцифер умер. Но не все потеряно! Мануэль, наш могущественный майомберо, вызвался помочь и оживить моего безвременно скончавшегося друга. Прошу уважаемое собрание проследовать за мною.

Гости наскоро оделись, сняли поднадоевшие звериные маски, обнаружив другие, известные всей стране, накинули на плечи шубки и палантины и нестройной толпой повалили в вольер за домом, где под слоем свежего снега лежал бездыханный волк. Кое-кому даже пришла в голову мысль, что волка усыпили специально, чтобы упрочить славу мага и некроманта, волочащуюся за Мануэлем после его трехмесячной командировки в Африку.

Хельга ускользнула в дамскую комнату. Илья, оставшись один, сразу поскучнел. Он накинул кожаное пальто и последовал за толпой.

Вокруг вольера высились высокие заснеженные ели. Было уже темно, и оттого особенно мрачно. Внезапно повалил густой снег, и всем стало неуютно и грустно. Тем временем в вольер прикатили три огромных барабана. Это было не только музыкальное сопровождение, но еще и колдовской реквизит Мануэля. Вокруг волчьего трупа зажгли четыре заговоренные свечи. Мануэль в похоронном смокинге барона Самеди крестообразно рассыпал белый порошок и полил снег вокруг темной жидкостью с запахом коньяка.

В чуткой тишине зимнего леса Мануэль запел протяжно и тоскливо.

От звуков его голоса зрителей действа бил озноб. Мануэль выл по-волчьи, и гулкий вой сливался с ужасающим пением. Потом Мануэль лег ничком на дощатый настил и замер. Шли минуты, майомберо не шевелился. Зрителям наскучило стоять на холоде, и они деликатно покинули вольер и разбрелись по парку.

Илья вернулся в теплый, терпко пахнущий зал, сел в самый дальний угол, налил себе водки и пододвинул блюдо с омаром. Он рассеянно смотрел в глубину коридора, уводящего во внутренние покои дома. Вдоль стен из грубого красного кирпича горели свечи в старинных шандалах, языки пламени играли, отражаясь в зеркалах, и коридор казался глубже и длиннее.

В конце коридора в сиянии свечей родилось белое облако, оно сгустилось и обернулось призрачной девушкой, одетой в фату и подвенечное платье. Лицо ее было закрыто фарфоровой венецианской маской. Из огромных глазниц, подведенных серебром, падали нарисованные слезы. Илья отставил рюмку, не успев сделать глотка. Сердце забилось трудно и глухо, когда девушка коснулась его рукой в длинной белой перчатке и жестом позвала за собой. Все в ней было как-то смутно знакомо и одновременно таинственно и нереально, словно она была призраком, слетевшим на огонь свечей.

Стиснутая корсажем высокая грудь призрака волновалась совершенно живым дыханием, теплый и знакомый запах обволакивал и пьянил. Илья почувствовал хмельную легкость в голове и приятную земную тяжесть внизу живота. Он двинулся вслед за видением, предвкушая необычайное приключение.

Призрачная девушка щелкнула замком и впорхнула в спальню.

— О, да мы все тут знаем! — пробормотал Илья.

Окончательно заинтригованный, он опустился на широкую лежанку, одновременно ослабляя галстук. Девушка слегка толкнула его в грудь, и Илья картинно повалился навзничь, чувствуя спиной упругую дрожь. Будучи от природы ленив, он любил эту позицию, которая когда-то сгубила Древний Рим. Над ним колыхалось свадебное платье, но девушка медлила. Илья решил проявить инициативу и приободрить оробевшее видение. Он медленно приподнял фату над таинственным лицом, сдвинул в сторону щиток маски и едва не умер от ужаса. Это было самое страшное, что он видел за всю свою жизнь.