Я тебя поймаю - Виктория Волкова

— Больше не повторится, Николаич, — понуро бухчу я и даже повинно опускаю голову. Сейчас наверняка начнется самое интересное.

— Хорошо, — тихо и веско бросает Пахомов. — Хочу, чтобы ты помог мне в одном деле, Сева. Ты же вроде на неделю к нам заехал.

Вот все знает, старый лис! Ничего мимо его носа не проскочит. Из всего сделает выводы. Себе на пользу.

— Да, — громко вздыхаю. — Но теперь думаю, что лучше мне уехать. Ставить под угрозу репутацию вашего заведения…

— Не мели чушь, — резко обрывает меня Похомов и добавляет сердито. — Мне твоя помощь требуется, Сева.

— Всегда рад, — рапортую бодро и чувствую себя стоящим навытяжку перед генералом.

— Я сейчас в Ушуайе…

— Где? — переспрашиваю, не в силах поверить.

— Ушуайя. Это в Аргентине. Мы с Хлошечкой плывем в Антарктиду. Но тут проблемы с интернетом, Сева, — жалуется Пахомов. А я представляю эту чудесную парочку, обнявшись стоящую на палубе. А кругом проплывают айсберги… Твою мать…

— Ты что там затих? — вкрадчиво спрашивает Пахомов и повторяет раздраженно. — Так ты поможешь мне?

— Конечно, — киваю, в душе не ведая, на что подписался. — А что нужно сделать?

— Еще раз, Всеволод, — теряет терпение Тайкин отец. — У моих аналитиков — нестыковка в отчетах. Тридцать лямов где-то потеряли. Я бы и сам нашел… Но мы тут путешествуем. И чего мне в экселе корпеть, когда ты на месте и можешь запросить любой документ.

— Да не вопрос, Николаич, — хмыкаю довольно. — Подтвердите мои полномочия персоналу. И Генке Лурдину сообщите. Ну, и выделите кабинет для работы…

— У тебя вроде трехкомнатный люкс, Сева. На фиг тебе еще и кабинет, — бухтит недовольно Пахомов.

— Ну, во-первых, не люблю, когда сотрудники вхожи на личную территорию. Оберегаю свои границы, знаете ли. А во-вторых. Может, мне из него съехать, а? Вы его сдадите солидным людям.

— Подожди… А ты где жить собираешься?

— У вас дома, — заявляю, не поморщившись.

— Ну, ты наглец, Гаранин, — с некоторой долей восхищения тянет Пахомов и аж задыхается от возмущения.

Воспользовавшись моментом, вставляю быстренько.

— Мне не нравится ситуация вокруг Таисии. Если с ней что-то случится, не прощу себе.

— Да я сейчас охране люлей выпишу. И мать приедет. Тайка под присмотром будет, не беспокойся.

«Ага, сейчас, дорогой Пахом! Сейчас!»

— Вы еще и бабу Таю под удар хотите подставить? — спрашиваю недовольно. — Тогда тем более, пока поживу в вашем доме. Оставлять двух женщин под охраной двух недоумков я бы вам не советовал. А у меня все-таки опыт в таких делах, Виктор Николаевич…

— Ладно, живи у меня. Куда тебя девать? — нехотя соглашается Пахом. И я даже представляю, как морщится в гримасе худое лицо с впалыми щеками. — На первом этаже есть гостевые комнаты. Юрик или Димка покажут.

«Бинго! — хочется заорать мне. — Бинго! Ай, маладца!»

На первом этаже только одна хозяйская спальня, и та принадлежит Тайкиной бабушке. А сама принцесса живет на втором. И неужели Пахомов думает, что меня остановят два лестничных пролета? Наивняк! Раньше он таким не был. Теряет хватку. Заболел, что ли?

— Хорошо, — бубню я. — Может, я номер за собой оставлю. Посмотрю на объем работ. А то сил не хватит пройти два квартала.

— Так ты вроде сегодня на моей машине приехал. Пока с тобой болтаю, мне сообщили, — замечает недовольно Пахомов. — Сева, я жене и дочкам не разрешаю за руль садиться. А ты такой простой… У меня слов нет.

— Дождь лил, — замечаю, как ни в чем не бывало. — Таечка боялась промокнуть.

— Таечка… — рыкает в трубку ее отец и добавляет сварливо. — Машину тебе отель предоставит. Мою поставь в гараж и больше не прикасайся, — велит он. — Разберись с активами и найди мне дырку. Тогда, может, заслужишь мое прощение. А пока… Я очень недоволен, Всеволод.