Тузы и шестерки - Фридрих Незнанский

Вячеслав Иванович кивнул Максу и вышел из «Глории», а Денис взялся было за телефон и вдруг расхохотался. Макс с удивлением посмотрел на него.

— Я сейчас вспомнил одну похожую историю, — объяснил Денис причину своего веселья. — Несколько лет назад другой муровский сыщик столкнулся на своей «Ниве» с роскошным «членовозом». А в «членовозе» сидел министр МВД.

— А в «Ниве»? — спросил Макс. — Что за муровский сыщик, я его знаю?

— Не исключено. Это некто Вячеслав Иванович Грязнов.

Денис позвонил Гордееву, но у того было занято, что и немудрено, как водится, от клиентов у модного адвоката не было отбою.

Денис поставил телефон на автодозвон и несколько минут спустя уже разговаривал с Гордеевым.

Бедняков. 19 мая

…Тут появились те двое. И все испортили.

Бедняков обернулся на крик:

— Отвали!

А любитель портвейна тут же выскользнул.

— Ну ты, козел!!! — Один из подбежавших в ярости размахнулся, намереваясь заехать Беднякову по физиономии.

Анатолию в конце концов все это надоело до чертиков. Он пригнулся и сильно двинул нападавшему снизу в челюсть. А затем и второму. Для профилактики.

— Капитан милиции Бедняков! — крикнул он и не полез в скомканную куртку за удостоверением. — А ваши, блин, документы, козлы?!

Но и на этих ментовская сущность Беднякова не подействовала.

— Ах, документы! — процедил тот, кого Анатолий стукнул первым, и вытащил из-за пазухи Макаров.

Однако приятель перехватил его запястье, затолкал пистолет обратно в наплечную кобуру, затем взвалил на себя и понес, легко, как ребенка. Да не просто понес, а побежал с ним. Догонять было бесперспективно.

Ну и дела… Просто инопланетяне какие-то. Бедняков сплюнул через разбитые губы и пошел домой.

Поднимаясь по лестнице, он нагнал соседку по площадке — Аню Брусникину. Та несла большой пакет, из которого торчали французский батон и рукоять пилы. Обгонять ее Беднякову не хотелось: во-первых, левая рука болела — не в карман же ее прятать; во-вторых, снизу можно было любоваться женскими ножками почти до самого основания. Аня была весьма привлекательной блондинкой. Вот только Беднякова она в целом не привлекала, разве что ножки на лестнице, однако тетушка из Таганрога этого не знала и терпеливо строила свои далеко идущие планы.

Аня обернулась, Бедняков едва успел спрятать порезанную руку за спину.

— Батоны нужно в ларьке через дорогу покупать, — посоветовал он.

— Почему?

— Не придется пилой распиливать.

Аня залилась смехом. Хохотать она была горазда по поводу и без повода: достаточно палец показать.

— А ты что, курткой дикобраза ловил? — Она вдруг запнулась и чуть не выронила пакет. — Ой! Что у тебя с лицом?!

— Где?

Она показала. Это было очень некстати, тетку Беднякову пугать не хотелось. Да и ключ из измазанных кровью пальцев почему-то выскальзывал, и Бедняков никак не мог попасть им в замочную скважину.

— Давай-ка лучше ко мне зайдем, — предложила Аня, — Тамару Александровну перепугаешь.

— Ладно, подумаешь, пара царапин. — Беднякову наконец удалось открыть дверь, и они вошли. Аня продолжала поддерживать его под локоть, хотя Бедняков в этом совершенно не нуждался.

— Толик! У нас гостья. — На пороге гостиной появилась обрадованная тетушка.

— Здрасте, тетя Тома, — кивнула Аня.

Бедняков отступил за не слишком широкую

Анину спину, лихорадочно приводя себя в порядок.

— Господи, Толик, да ты же весь в крови, что случилось?!

Бедняков спешно проскочил в ванную, предоставив Ане возможность удовлетворить теткино любопытство. Умывшись, он критически оглядел себя в зеркале и нашел, что вид не вызовет ни у кого особого интереса — «рана» на лбу оказалась неглубокой царапиной, и узкая полоска пластыря будет почти не видна под волосами. С рукой тоже ничего страшного, ну поболит, конечно, пару дней, зато кости целы.

— … И тут он, окровавленный, со стоном падает прямо мне на руки!..

— Будет врать-то! — К моменту возвращения участкового Аня как раз закончила живописать происшедшее.

Тетушка, сдвинув в сторону принадлежности чайной церемонии и блюдо с аппетитно пахнущими пирожками, разложила на столе все имеющиеся в доме медпрепараты. Беднякова буквально насильно усадили в кресло и, совершенно не обращая внимания на протесты с его стороны, устроили настоящий консилиум.

— По-моему, нужно наложить швы, — высказалась Аня.

— Какие швы? — возражала тетушка. — Зеленочкой помажем.

— Не надо зеленкой, что он, будет ходить как клоун раскрашенный? Лучше йодом, — предложила Аня.

— Толик, а голова у тебя не кружится? Не подташнивает?

— Кажется, зрачки у него расширенные.

— А других ран нет?

— Тебя по животу не били?

— А по почкам?

— Дамы!!! Я прекрасно себя чувствую. Давайте лучше чай пить.

И все-таки ему пришлось выдержать мучительную процедуру йодопомазания, но, залепив пластырем все видимые, а также наиболее вероятные места ушибов и ссадин, они наконец успокоились, и у него появилась возможность дорваться до пирожков. А тетушкины слоеные пирожки с ветчиной и грибами — это было редкое лакомство.

Некоторое время ничего, кроме отменной кулинарии, для Беднякова не существовало, но тут вдруг Аня заявила:

— Пожалуй, мне пора. Пирожки, тетя Тома, просто божественные.

— Спасибо, Аннушка, что доставила этого героя. На работу опаздываешь?

— Я, Тамара Александровна, собираюсь работу поменять, — сообщила Аня потрясающую новость и поднялась.

— Ой, как славно, — не совсем искренне обрадовалась тетушка и усадила Аню обратно. Любопытство пересилило даже извечное желание создать для Беднякова с Аней идеальную интимную обстановку. — Я настаиваю, чтобы ты звала меня тетей Томой. И кто же он?

Бедняков чуть улыбнулся, Аня же расхохоталась.

Двусмысленность ситуации заключалась в том, что Аня зарабатывала на жизнь не интеллектуальными, но физическими своими данными, говоря попросту — собственным телом. Что всегда вызывало целый букет эмоций у окружающей подъездной общественности. Но тетя Тома до сих пор об этом не догадывалась, хотя ничего, в общем-то, и не скрывалось. Бедняков вот, например, капитан милиции, был в курсе, и ничуть ему такое соседство кровь не портило, хотя и несколько забавлял тетушкин настрой свести его с Анютой поближе.

— Мужчина тут ни при чем! — провозгласила Аня с пафосом. — Я решила пойти учиться!

— Это замечательно! На секретаря-референта со знанием компьютера? — высказал предположение Бедняков.