Операция «Вариант» (Как закрывается «Ящик Пандоры») - Андрей Шестаков

Его друг и заместитель подполковник Степной Юрий Александрович, 46 лет, выделялся атлетической мощной фигурой и громким голосом. Среднего роста с жесткими волосами соломенного цвета и структуры и светло карими, хитрыми глазами. Энергичный, подвижный, общительный. Он сминал собеседника своей страстью и напором, подчинял его своей воле и вел напролом к цели. Однако, первой его реакцией на любое задание были громкие сомнения и сетования по поводу возможности выполнения задуманного. На самом деле все это было наносное. Подполковник обладал практичным мужицким складом ума, хитринкой, смекалкой и осторожностью. Его внешние выражения сомнений в успехе любого предприятия были ничем иным как проверкой собеседника. Степной был страстным охотником и рыболовом, поэтому обладал навыками следопыта и умениями вязать хитрые рыбацкие узлы и подсекать крупную рыбу, как в прямом смысле слова, так и применительно к работе. Знал множество прекрасных охотничьих и рыбацких мест в ближнем Подмосковье, благодаря чему имел обширный круг знакомых из числа руководителей и рядовых сотрудников различных подразделений КГБ.

Сходны Степной с Соболевым были лишь в одном — оба обладали удивительным даром убеждения. Правда Юрий Александрович благодаря своей пробивной мощи, а Андрей Иванович — тонкому искусству влияния на людей. Они давно работали вместе и отлично понимали, и дополняли друг друга.

Степной как обычно ворвался в кабинет начальника стремительно и шумно. После обмена приветствиями Соболев приступил к чайной церемонии, одновременно обсуждая с другом мировые новости, обстановку в стране, а также кратко и деликатно семейные хроники.

Когда чай был разлит по пиалам Соболев приступил к главной проблеме, стоящей перед отделом. Говорил он вдумчиво, пытался внятно сформулировать главную задачу. При этом казалось, что он в большей степени старается убедить в своих задумках себя, чем своего боевого зама.

— Думаю, ты представляешь, зачем нам и американцам нужен этот САИ? — начал обсуждение с вопроса начальник.

— Чтобы обуздать гонку вооружений, — как на политзанятиях выпалил Степной. — Сейчас на повестке дня стоит главная задача — разоружение. Мы не можем проиграть американцам…

— Я не это имел в виду, — перебил Соболев. — Понимаешь, Юра, насколько я уловил мысль начальника управления, мы определены ответственными за благополучный исход САИ, но в контрразведывательной операции по этому мероприятию мы являемся пятым колесом в телеге. Благополучное проведение САИ вопрос большой политической важности. Очень большой. Стоит на контроле в Политбюро. Поэтому уже сейчас некоторые заумные контрразведчики хотят перестраховаться и в случае неудачи сделать крайними наше управление.

— А может ты «накручиваешь», Андрей Иванович? — быстро спросил заместитель.

— Может быть, и «накручиваю». Но как ты говоришь «лучше перебдеть, чем недобдеть». Ты же видишь, что в стране происходит? Горбачевские прорабы перестройки сначала нас боялись, но сейчас «вошли во вкус» и скоро их длинные руки и до КГБ дотянутся. Начнут с руководства. Наш Чебриков из старой партийной гвардии. Столько лет сидит…

— Всего шестой год, — перебил Степной. — Вот Андропов пятнадцать лет сидел и то ничего.

— Это было другое время, а сейчас всех этих "старогвардейцев" из догорбачевской эпохи на пенсию отправляют. Должность председателя КГБ СССР ключевая в иерархии партийной номенклатуры и ее не может занимать не единомышленник Горбачева.

— Да, открытость Горбачевскую кто-то здорово научился использовать… — опять вмешался зам.

— Не открытость это, — спокойно, но с нажимом парировал Соболев, — а попытка заболтать действительность. Выдвигаются все новые и новые инициативы, а за их реализацию никто ни у кого не спрашивает. Главное — инициатива! Прокричал — прослыл новатором, получил порцию похвал и можно немного отдохнуть до следующего удобного случая. Все, кто умеет красиво говорить — «прожектор перестройки», а кто нет — тянут страну назад в прошлое.

— Ты мне этого не говорил, а я не слышал, — запальчиво заявил Степной. — Мы — чекисты передовой отряд партии и даже сейчас в такой не простой период, мы должны выполнять свою задачу, а не заниматься ревизией партийных решений.

— Слишком быстро мы врага переделываем в друга, — сердито, но уже более сдержанно заметил Соболев.

— Наша внешняя политика поменялась вместе с генсеком…

— Перефразируя лорда Палмерстона в политике есть только интересы, а друзей не бывает…

— А разве не Черчиллю принадлежит это изречение?

— Нет он его позаимствовал у своего далекого предшественника. Но сейчас не об этом. Вот американцы в данный момент напуганы нашим превосходством в количестве ядерных боеголовок, и они затевают переговоры по сокращению ядерных вооружений, а завтра после наших односторонних сокращений они получат преимущества за счет качества данного вида вооружений и забудут про все эти договоры.

— Это что-то ты, Андрей уже слишком. Как можно игнорировать международные договоры?

— История нас ничему не учит. Пока им там за океаном был выгоден Гитлер, они его поддерживали, но как только фюрер вышел из подчинения, они начали с ним воевать. А наше перестроечное руководство что-то слишком быстро все забывает и идет на поводу у американцев, что начинает беспокоить…

— Ну, про Гитлера — это уже перебор…

— Ты прав — этот спор не приведет к истине, поэтому предлагаю полемику прекратить и подумать о наших подходах к плану по САИ — подытожил Соболев. — При этом никто нам не запрещает при выполнении указания руководства, подойти к решению проблемы творчески, придумать нешаблонные, но эффективные контрразведывательные мероприятия.

— А чего там думать? Сам говоришь все под себя контрразведка забрала… — снова начал возмущаться Степной.

— Не кипятись, послушай. Есть тут отдельные мысли… Туманов зря говорить не будет. Он старый волк и чует, что сейчас любой «прокол» может свалить Чебрикова, а тем более на таком горячем политическом проекте как этот САИ. Глобальное ядерное разоружение — это горбачевская инициатива, поэтому здесь очень тонко работать надо. Думаю, генерал разрешит нам многое, на что в обычных условиях никогда не дал бы согласия. Осталось только придумать, что нам надо делать, чтобы выполнить задание Председателя. Пока все выглядит так, что наши американские партнеры тоже заинтересованы в успешном проведении САИ. Но именно здесь спрятана «глубинная бомба» огромной разрушительной мощности.

— Какая? — не выдержал Степной.

— Военно-промышленный комплекс (ВПК) США, который возможно заинтересован в срыве САИ. — Соболев решил пока не говорить заместителю о данных ПГУ, которые довел до него генерал Туманов. — Но если мы с тобой заложим в обоснование операции эту догадку, то нас уволят без выходного пособия.

— Почему? — озадаченно спросил зам.

— Потому, что есть разведка, контрразведка два главных «кита» на которых держится