Окно - Амелия Бранскилл

Мое колено чудесным образом выздоровело. В тот же вечер я сообщила родителям, что оно совсем перестало болеть. Так что я собиралась на долгую пробежку. Они были не в восторге от этой идеи.

– Милая, не стоит его слишком нагружать, – сказала мама. – Я рада, что тебе лучше, но ты же не хочешь перетрудить колено и снова получить травму?

Папа кивнул:

– Когда начинаешь чувствовать себя лучше, легко переоценить свои возможности, так что будь осторожнее.

– Все будет в порядке, – ответила я.

Они недоверчиво посмотрели на меня. Я пообещала, что большую часть времени буду просто идти и только иногда осторожно переходить на бег для пробы. Но, оказавшись от дома на достаточном расстоянии, я пустилась бежать. Будто ржавчина осыпалась с моих ног, будто они только и ждали, когда я снова как следует ими воспользуюсь.

Я не знала, стоит ли говорить Саре о том, что я услышала. С одной стороны, речь шла о ее отце – может быть, это означало, что она имеет право знать. С другой стороны, в каких бы отношениях ни находились мистер Мэтьюс и ее отец, что бы они ни значили друг для друга, совершенно очевидно, что эти отношения закончились. Ей не нужно ничего предпринимать, не нужно готовиться к переменам – эта информация ничего бы для нее не изменила. Может, истина не всегда делает человека свободным.

Пробегая по неровному тротуару, я вспоминала, как эти двое мужчин стояли рядом. И я чувствовала себя такой глупой. Потому что я не могла ошибиться сильнее насчет мистера Мэтьюса и Анны. Все улики, которые, как мне казалось, указывали на него, были лишь случайностью, белым шумом, а не сигналом, все они указывали на нечто совершенно иное. И теперь я чувствовала себя ненормальной из-за того, что идея о его близости с Анной вообще пришла мне в голову.

У меня было множество причин чувствовать себя грустной и растерянной, и это было совершенно оправданно. Но у меня была и еще одна причина грустить. Мне было грустно, что у меня больше никогда не будет оправдания, чтобы сидеть под окном мистера Мэтьюса и смотреть, как он ждет, что закипит чай, как кошка сворачивается клубком рядом с ним, – не будет оправдания, чтобы на час погрузиться в чью-то тихую жизнь, почувствовать себя связанной с человеком, который ничего не просит за это взамен.

* * *

Сара сидела рядом со мной в автобусе, полуприкрыв глаза и слушая музыку. Я решила не рассказывать ей. Я раздумывала над этим всю ночь и в конце концов решила, что это не моя тайна и потому не мне ей делиться. И все-таки теперь, когда я точно знала, что у мистера Мэтьюса с Анной ничего не было, мне подумалось, что Сара, быть может, все-таки сможет пролить свет хотя бы на часть этой головоломки – почему Лорен вообще пришло в голову, что такое возможно.

Я похлопала ладонью по спинке сиденья перед ней, как обычно делала, чтобы намекнуть ей, что стоит снять наушники, – она терпела такие выходки, даже если и не сильно была этому рада.

– Когда ты ходила на легкую атлетику, мистер Мэтьюс когда-нибудь уделял Анне особое внимание? – спросила я ее.

Она удивленно моргнула, держа в руках наушники:

– Особое внимание?

– Да, я слышала, что он относился к ней иначе, чем к другим девочкам.

Сара пожала плечами:

– Не думаю.

Она начала было надевать наушники обратно, но задумалась:

– Хотя нет, на самом деле я думаю, что-то такое было.

– Что именно?

– Не знаю. Сначала у нее были довольно хорошие результаты по кроссу, но потом появились сложности.

– Сложности?

– Она выглядела усталой и часто пропускала тренировки. Многие пропускают их время от времени, так что в этом нет ничего необычного… Но мне кажется, что он относился к Анне не так строго, как к остальным. Я хочу сказать, он явно мне симпатизирует, но если у меня ухудшится результат, он не станет пытаться подсластить пилюлю, он велит мне собраться и тренироваться усерднее. Жестокая любовь во всем своем проявлении.

– Он и к Лорен так относился? Сурово для ее же блага?

– О господи, Лорен. Это она распускает слухи об особом внимании?

Я кивнула.

– А, ну ясно – Анна и Лорен никогда особо не ладили. А однажды мистер Мэтьюс как следует отчитал Лорен на тренировке, обнаружив, что она пропускала занятия, чтобы участвовать в собраниях по организации выпускного. Позже он извинился, признал, что вспылил, но Лорен не из тех, кто может просто простить и забыть, так что она была не в восторге от того, что Анне все легко сходило с рук. Наверное, поэтому Лорен и решила, что он уделяет ей особое внимание.

– Боже, – сказала я. – Она говорила об этом так, будто… – Я глубоко вздохнула: – Не важно. Это мерзко даже по меркам Лорен.

– Ага, именно. – Она помолчала. – Но все же нельзя сказать, что она была полностью не права. Думаю, у него просто была сложная неделя, когда он наорал на Лорен, но к Анне он и правда относился мягче. Иногда они сидели рядом и разговаривали о книгах и поэзии или еще о чем. И не только о том, что нужно было для уроков. Думаю, они просто друг другу нравились.

Мистер Мэтьюс и Анна разговаривали о поэзии. Так просто это исказить, увидеть то, чего на самом деле не было. Намного проще решить, что между ними было что-то неподобающее, какая-то любовная связь, чем думать, что они на свой лад были просто друзьями.

* * *

В тот день я пошла на тренировку. Мистер Мэтьюс выглядел удивленным, заметив, что я присоединилась к команде, но ничего не сказал. Я надеялась, что он сделает вид, будто ничего не произошло, будто я не обвиняла его в связи с Анной, будто никогда не упоминала, что подслушала его звонок. Было бы прекрасно забыть о том разговоре навсегда. Но эта надежда прожила лишь до конца тренировки.

– Привет, Джесс, – окликнул он меня, когда я уже уходила с поля. – Можно тебя на минутку?

Я тоскливо посмотрела вслед остальным уходящим участницам.

– Я немного тороплюсь, так что, может…