Знакомьтесь – Тигр! - Лесли Чартерис

— Секунду! — Голос Саймона прозвучал как выстрел, и палец Биттла замер на курке. — Ты наверняка захочешь услышать конец истории — тебе это может пригодиться, хотя я и сомневаюсь. Итак, я расскажу о твоей второй ошибке. История, собственно, скорее Ораса, однако он не будет против, если я ее расскажу. Орас, знаете ли, не терял времени даром. Он спустился в машинное отделение, вывел из строя механика и надел его одежду. Ты сам с ним говорил — и не узнал. Затем появился я, тоже принял Ораса за твоего механика и чуть не убил, однако вовремя сориентировался. Орас и я достаточно разбираемся в технике, и именно мы отправили судно в плавание по твоей команде. Потом я велел Орасу снять одежду механика, чтобы ты ничего не заподозрил. Настоящий механик до сих пор заперт внизу; наверняка у него уже все затекло и он дико зол. Но и это еще не конец истории!

Пока Саймон говорил, Биттл опустил револьвер. Он понял, что у его недруга есть еще более крупный козырь в рукаве. Каким бы Саймон ни был показушником, Биттл не мог поверить, что тот станет блефовать в подобных обстоятельствах. Саймон постоянно улыбался, причем так, будто хотел заставить других усомниться в своих словах. С другой стороны, он то и дело вставлял в свой рассказ какой-нибудь неоспоримый факт, чтобы развеять недоверие. И все время Биттла не оставляло ощущение, будто Саймон, в своей спокойной и медлительной манере, готовит еще более разрушительную бомбу. Биттл не представлял, какой будет эта бомба, однако в нем зародилась уверенность, что что-то очень крупное сейчас рядом с ним рванет. Поэтому, в надежде подготовиться к опасности, не мешал Саймону вещать.

Саймон посмотрел в иллюминатор на темный горизонт, и то, что он увидел, ему явно понравилось. Его улыбка расширилась, а голос зазвучал взволнованно.

— Мы с Орасом неглупы. Орас был сержантом морской пехоты, так что он сумел найти подходящий материал для нашей задумки. Мы вывели из строя трюмную помпу и открыли один из люков в днище судна. Мои мореходные знания довольно скудны, и я могу путаться в корабельных терминах… надеюсь, Мэгги пояснит вам, что я имею в виду. В общем, в трюм начала поступать вода, и мы оттуда убрались. Скорость судна уже снизилась, и если глаза меня не подводят, сейчас налицо то, что, кажется, называют крен на правый борт. Полагаю, это корыто идет ко дну. Поправьте меня, если я ошибаюсь…

Маггс вскочил на ноги. Саймон говорил правду. Крен поначалу был очень медленным и слабым, и люди его не замечали, поглощенные более насущными делами, однако сейчас Саймон привлек их внимание к происходящему, и факт стал неоспорим. Все кинулись к дверям. Возникла давка.

С неистовым криком Биттл метнулся к выходу и подавил возникшую панику, наставив на толпу револьвер. Затем он открыл дверь и выглянул наружу.

Судно заметно накренилось, так что по палубе было бы трудно пройти.

Блюм, шатаясь, шагнул к двери.

— Золото! — бормотал он. — Золото! Оно потонет! Биттл, надо загрузить золото в лодки!

— Идиот! — Биттл оттолкнул его.

Сейчас он был самым спокойным из своей команды. Его ярость утихла, мерцая лишь в маленьких бледно-голубых глазах, словно лава, стекающая по склонам вулкана, когда извержение уже закончилось.

— Да, в самом конце ты меня побил, Святой! — взревел Биттл. — Но я прослежу, чтобы ты не радовался плодам победы! — Словно одержимый, он отпихнул человека, который мешал ему выстрелить. — Смейся же, Темплар! Смейся в последний раз!

Саймон засмеялся, запрокинув голову, потому что увидел последний факт, который появился как раз вовремя.

— Руки вверх, Биттл!

Голос прозвенел, словно сабля, рубанувшая воздух.

Биттл обернулся, и револьверы выпали из его враз ослабевших пальцев. Посерев, он с исказившимся лицом метнулся в дальний угол.

В комнату вошел Алджи с большим пистолетом в каждой руке. Толпа попятилась. Он обвел присутствующих тяжелым, безжалостным взглядом.

— Думаю, я в представлениях не нуждаюсь, — тем же металлическим голосом сказал он и, заметив удивление в глазах Патрисии, пояснил специально для нее: — Я Тигр.

Глава 20

Последний смех

— Плохо наше дело, — сказал Тигр. — Как говорит Биттл, вы нас побили, мистер Темплар. Я не держу на вас зла. Возможно, такой конец был предопределен. Вам не нужно опасаться того, что я убью вас, как хотелось Биттлу. Я мог выиграть, если бы игра велась честно, однако те, кому я доверял, меня предали. Теперь судно тонет, и весь мой труд идет ко дну вместе с ним. Я больше не могу сражаться. С самого начала удача повернулась ко мне спиной, и я очень устал.

Он провел рукой по глазам. Фальшивая личина под названием «глупый Алджи Ломас-Копер» спала с него, словно сброшенный плащ, и под ней обнаружился обычный человек. Более того, сломленный человек. В переходе от энергичного, брызжущего весельем Алджи к мрачному, уставшему Тигру было что-то такое, отчего у Саймона возникло дурное предчувствие.

— А вы… — Тигр сверкнул глазами на Биттла, Блюма и Маггса, и те съежились от проскользнувшей в его голосе стальной нотки. — Вы, вероломные шавки, лживые мерзавцы, жалкие крысы, презренные, подлые, ничтожные черви — на вас я затаил зло. Я пришел на пристань, чтобы встретиться с вами, — помните? — а вы, не говоря ни слова, в меня выстрелили. Пуля прошла по касательной, однако она оглушила меня, и пока я лежал, вы сделали контрольный выстрел. Пулю я нашел позже, а в качестве подтверждения обнаружил на груди, под сердцем, синяк — я всегда ношу пуленепробиваемый жилет, о чем вы не знали. Я выжил и приплыл сюда с этой девушкой, желая вернуть то, что принадлежит мне. К сожалению, я не очень хороший пловец, и когда мы оказались на судне, мне понадобилось довольно много времени, чтобы прийти в себя. Так что я появился, когда ты толкал речь, а Темплар рассказывал, как тебя победил.

Тигр посмотрел на море.

— Мы тонем довольно медленно. У вас будет достаточно времени, чтобы сесть в лодки. Я имею в виду вас. — Он посмотрел на охранников. — По крайней мере, вы не предатели — вы просто повиновались приказам этой троицы и были не в том положении, чтобы задавать вопросы. Против вас я ничего не имею. Вы просто орудия. Можете идти.

Моряки переводили взгляд друг с друга на Тигра, словно не веря своим ушам. Презрительно скривив губы, Тигр отошел от двери и жестом подкрепил свои слова. Один за другим моряки