Белое сияние - Кэролайн Карвер

— Вы рады, что вернулись?

Толпа начала улюлюкать, пытаясь помешать Фрэнку, но Эбби жестом остановила людей.

— Я очень рада, что снова здесь, — сказала она в микрофон. — И хотя это нельзя назвать лучшим приключением на свете, я довольно неплохо себя чувствую. Сейчас мне нужен лишь хороший обед и хороший сон — и я продолжу искать сестру. Уверена, я ее найду.

Люди закивали с посерьезневшими лицами. Эбби посмотрела поверх голов на Большого Джо.

— Как Моук? — спросила она одними губами. Он загадочно кивнул ей в свойственной ему манере, что она расценила как хороший знак — с собакой все отлично.

В школьном коридоре было тихо, как в пустой церкви.

— Ну а теперь наша очередь спрашивать. Есть хотите? Пить? — спросила Демарко.

— Можно какое-нибудь печенье или пирожок, — сказала Эбби, — я, знаете ли, не завтракала.

Демарко удалилась, Эбби последовала за Виктором в комнату-штаб с той же самой переносной доской. Как и в прошлый раз, доску развернули от нее, и она не увидела, как развиваются три первоначальные версии. Виктор сел на свое место, она заняла стул напротив.

— Значит, вас увезли на белом внедорожнике, — начал Виктор, записав с ее слов описание машины, потом спросил, как выглядели нападавшие. Он перестал задавать вопросы, когда вошла Демарко, неся пакет с еще горячим печеньем. Два Эбби проглотила тут же.

Виктор нахмурился, когда зазвонил телефон. Он извинился и рявкнул в трубку:

— Пегати слушает!

Демарко тоже взяла печенье и захрустела им на всю комнату, не спуская с Виктора глаз, а он, прижав трубку к уху, смотрел в никуда.

Он вдруг прикрыл глаза и тяжело вздохнул.

Демарко перестала жевать. Эбби сжала кулаки так, что онемели пальцы.

— Буду через два часа, — сказал Виктор и медленно повесил трубку. Лицо посерело от тревоги.

— Что произошло? — заволновалась Эбби. Виктор посмотрел на Демарко, потом на Эбби, после чего его взгляд остановился где-то между ними.

— Боюсь, у нас плохие новости.

Он взял со стола большой бумажный конверт и тут же положил обратно.

— В чем дело, Виктор? — спросила Демарко.

— Вчера идентифицировали тело Томаса Клэра. Его обнаружили в сгоревшей машине на окраине Анкориджа.

Эбби слышала слова, но почему-то смысл сказанного никак до нее не доходил. Комната показалась вдруг нестерпимо душной. Ей не хватало воздуха.

— Лиза и Томас уехали из Фэрбенкса одновременно. — Виктор обращался к Демарко. — Это было в пятницу второго апреля. Они разъехались в противоположных направлениях: Лиза поехала на север, в Лейкс-Эдж, а Томас отправился на юг, в Анкоридж. Судя по всему, с Томасом был некто по имени Мэг.

Эбби вздрогнула. Томас взял МЭГ с собой в Анкоридж? Значит ли это, что опытный образец сейчас в руках убийцы?

— Я выясню, кому принадлежит это имя, — сказала Демарко.

Виктор уставился в окно отсутствующим взглядом.

— Сержант! — позвала его Демарко.

Он стряхнул с себя оцепенение и повернулся к Эбби:

— Вы хорошо знали Томаса Клэра?

— Пару раз его видела. В университете в Фэрбенксе и на обеде. У него дома.

Он тогда жарил на вертеле картошку и недавно пойманную семгу, но стряпня вдруг загорелась.

Огонь перекинулся на его бороду, что показалось ему невероятно забавным. Эбби и Лиза приложили к его щекам мазь, потом заказали по телефону пиццу и пиво на дом, после чего все вместе долго смеялись, особенно когда они с сестрой при помощи маникюрных ножниц пытались привести в божеский вид обуглившуюся растительность на его лице.

— Мне он очень нравился, — сказала она вдруг охрипшим голосом. Он ей не просто нравился — она относилась к нему с глубоким уважением и трепетом не только потому, что он практически удочерил такого трудного человека, как ее сестра, но и потому, что он был исключительным, редким человеком, добрым и щедрым душой. У него было огромное сердце. Как у Ральфа.

Виктор посмотрел на нее, заметил слезы и начал тереть переносицу.

— Прошу извинить меня… Мы не могли вам этого не сказать. Лучше вам узнать это от меня, чем из газет.

Он глубоко вздохнул и сказал:

— Его подожгли в машине, чтобы тело было трудно опознать. Непонятно, был ли он мертв, когда поджигали машину. Череп не поврежден, остальные кости тоже целы. Он был прикован цепями к рулю.

Виктор сжал зубы.

— Криминалисты считают, что его сожгли заживо.

Сердце Эбби сжалось от ужаса.

— Боже мой! — выдохнула Демарко и закрыла глаза.

— Вы точно знаете, что это Томас? — спросила Эбби.

— Криминалистическая экспертиза зубов гарантирует стопроцентную точность.

— Такое не мог сделать нормальный человек. Наверное, это был какой-то маньяк… — бормотала Эбби, не в силах осознать случившееся.

— Ваша сестра больше не пыталась с вами связаться? — спросил Виктор. — Может, по радио? Нам нужно знать, где она и что с ней ничего плохого не случилось.

Она резко подалась вперед:

— Вы по-прежнему считаете, что она убила Мари?

Виктор смотрел ей прямо в глаза. Она не поняла, что именно было в этих глазах. Жалость? Сочувствие? Что бы там ни было, это был взгляд человека с железной логикой и волей.

— Мы пока не делаем никаких выводов, но нам с ней непременно нужно встретиться и поговорить. В основе всего этого дела — ее научные разработки.

— Значит, ордер на ее арест остается в силе?

Он примирительно развел руками:

— По правде говоря, мы не считаем, что ваша сестра могла убить Мари. Они дружили, стремились к одной цели — запатентовать некое изобретение, над которым Лиза работала с Томасом.

Виктор поднялся.

— Прошу извинить, но перед отъездом я должен переговорить с Демарко. — Он снял куртку с крючка, прибитого к двери, и набросил ее на себя.

— Постойте, — подскочила Эбби. — А что насчет Питера Сантони? Того ученого, которого Лиза и Томас изгнали из лаборатории?

— Мы сейчас его разыскиваем.

Эбби уставилась на Виктора:

— Вы хотите сказать, что не знаете, где он сейчас?

Он не ответил, что она расценила как признание этого печального факта.

— Сантони исчез?

Виктор вернулся к столу, взял три конверта из плотной коричневой бумаги и начал засовывать их в портфель.

— К сожалению, на прошлой неделе он отправился в Джуно, столицу штата, и мы пока не можем его разыскать.

— Вам это не кажется подозрительным?