К югу от Авалона - Кеннет Дун

– Спасибо, – сказала она. – Бедный Джонсеб. Я всегда считала, что ему не стоило оставаться жить на острове. Я видела, как вы до этого беседовали с Хиггсами. Мальчишки заходили ко мне недавно, я имею в виду Тома и Генри.

– Они совсем не похожи на братьев.

– Удивительно, правда? Каждый пошел в свою родню.

– А они точно… братья?

– Что вы имеете в виду, мистер Стин?

– Я всегда считал, что близнецы должны быть, как копии друг друга. Или хотя бы быть очень похожими.

– Если речь идет об однояйцевых близнецах, – строго произнесла мисс Эриксон. – Здесь же явный случай разнояйцевых. Вы понимаете разницу?

Я быстро закивал, чтобы не нарваться на урок биологии.

– Том пошел в Джейкоба, как и Катберт и в чем-то их сестра Эзота. Эта долговязость и светлокожесть им досталась по линии Хиггсов. Средний брат Эдмунд рыжий, как все Фэншоу. А Генри весь в мать. Удивительная вещь – гены. Я недавно читала в научном журнале…

– Простите, но вы точно уверены, что у Хиггсов родились близнецы?

– Конечно! К сожалению, доктор Пибоди, практиковавший тогда на острове, уже скончался. Но я отлично помню эту трагедию, потому что из-за всех событий Джейкоб совсем перестал следить за хозяйством и старшими детьми. Мы организовали комитет в городе, чтобы помочь ему. В январе 1933-го у Розмари начались схватки. Бедная женщина была уверена, что родит благополучно дома, как она всегда делала до этого. Телефона у них тогда на ферме не было. Когда Джейкоб понял, что что-то не так, и сумел привезти доктора Пибоди, было уже поздно. Поздно для бедняжки, я имею в виду. Врачу удалось извлечь на свет обоих младенцев, но Розмари скончалась от сильного кровотечения. И ведь они даже не знали, что ожидают близнецов, потому что никогда не обращались к врачам! Доктор Пибоди сказал, что один из близнецов лежал неправильно, что совершенно вымотало роженицу и едва не стоило младенцу жизни. Если бы она вовремя обследовалась и легла в больницу, трагедии можно было бы избежать. Неужели вы снова думаете, что здесь замешано это мифическое проклятие?

– Вовсе нет, мэм.

– Боюсь, теперь все, что происходит на острове, будут связывать с особняком Фэншоу и этим злосчастным Обинатой, – покачала она головой. – Кстати, я видела сегодня мистера Блэквуда в городе. Вначале его машина проехала мимо окон моей библиотеки. А потом я встретила его на главной площади у порта, когда ходила проследить, чтобы коробки с книгами аккуратно снесли с катера на тележку, а не кидали прямо на пирс. Он стоял около своей машины и ругался с юным Джерри Бордони, потому что тот загородил ему проезд. Мне показалось, что Джерри сделал это нарочно, поскольку на острове больше нет таких больших автомобилей, а мистер Блэквуд очень боится поцарапать краску.

Мисс Эриксон хихикнула.

– Я посоветовала мистеру Блэквуду быть более… дипломатичным. Видимо, он воспринял мой совет, потому что не обозвал меня старой кошелкой в своем обычном стиле, а только что-то буркнул и отправился на Мейн-стрит по своим делам.

– Я вовсе не строю иллюзий о том, кем меня считают на этом острове, – учительница мягко положила свою крысячью лапку мне на рукав в ответ на мои сбивчивые бормотания. – Кстати, где ваш замечательный друг, профессор Ван Ренн?

– Если еще не сбежал с острова, то, скорее всего, сидит в своем пансионе, обложившись книгами и кошками. Мне, кстати, стоит проведать его.

– Хорошая идея, мистер Стин.

В ее устах это прозвучало как учительское одобрение того, что я решил перестать играть с хулиганами и собрался в гости к отличнику, чтобы вместе делать уроки. Хотя старая хрычевка никогда мне не преподавала, в ее присутствии я даже не мог спокойно допить свое пиво. Представляю, какой ужас мисс Эриксон наводила на всех островитян, посещавших начальные классы ее школы.

Глава 41

Когда я отнес недопитый стакан на стойку к Адди, то кто-то грубовато пихнул меня под ребра.

– Уже уходите, Стин?

Это отказался сержант Хэдман. Форменный китель был на расстегнут, и он явно был навеселе.

– Даже пиво не допьете? – моргнул он.

– Не люблю теплое.

– Так возьмите что-нибудь покрепче. В такую жару самое то. За Джонсеба! – провозгласил он, подняв свой стакан.

– Вы разве не при исполнении? – изумился я.

– Каком исполнении? Остров наводнили копы из управления, а теперь еще и федералы приехали. Разве мне они хоть слово расскажут о том, чем занимаются? Да и мне оно надо? Я уже пять лет как мог бы официально быть на пенсии. Но я родился на Тире, вот и выпросил себе здесь сержантскую должность, хотя участок у нас официально на Санта-Каталине. Эх, не думал я, что переживу Джонсеба, упокой господь его душу.

– А вы были здесь тридцать лет назад, когда погибли родители Джонсеба?

– Когда мы с ребятами прибыли из Авалона, местные уже задержали Гвидо Бордони. Двое наших парней сразу повезли его в тюрьму в Лос-Анджелес. Я только мельком заглянул в дом Фэншоу и сразу выскочил наружу. Никогда не видел столько кровищи. Кстати, меня феды сегодня уже об этом спрашивали. Что-то не так с этим старым делом?

– А вы сами как думаете? Гвидо это сделал?

– Ну, мы как-то не привыкли тут об этом болтать, – сурово сказал сержант, приканчивая еще одну порцию. – Из уважения к Кэрол.

– Но ведь никто не поверил на самом деле, что супругов Фэншоу убил взбесившийся дух Обинаты?

– Все решили, что Гвидо спятил, – прямо ответил Хэдман. – Временное умопомрачение. О том, что у них роман с Барбарой Фэншоу, на острове давно ходили слухи. Опять же мы об этом не распространялись – из уважения к Джосебу – но миссис Фэншоу была, скажем так, довольно легкомысленной особой. Хоть ей было уже за сорок, вела себя… не как леди. Вокруг нее постоянно вились какие-то молодые люди в бабьих галстуках. Поговаривали, что после гибели Сент-Джона все разъехались, вот, мол, миссис Фэншоу и стало скучно, так что она закрутила роман с Гвидо. Чуть ли не внебрачного ребенка от него родила, хотя миссис Бордони сама была тогда на сносях.

– Откуда такие слухи?

– Да не помню уже. Мало ли что народ болтал. Якобы кто-то доставлял им продукты и слышал в доме детский плач. Между прочим, Кэрол, то есть миссис Осборн-Бордони, яростно отрицала все эти слухи. Она твердо стояла на том, что у ее мужа не было романа с