Откройте принцу дверь! - Наталья Александрова

– И ей от «Кота в сапогах» красный микроавтобус достался? – догадалась я.

– Ну да, автобус… – подтвердил морячок. – И еще кое-чего по мелочи…

– И что – эта юридическая контора тоже недолго продержалась?

– Месяца не прошло!

– А что же с ними случилось? Тоже привидения достали?

– Врать не буду, насчет привидений не в курсе, только эта контора сама какая-то подозрительная. Вывеску повесили, а клиентов никаких не принимали. Даже если кто и придет, норовили отфутболить. То выходной у них после выходного, то обеденный перерыв с утра до вечера… Разве так в наше время можно работать?

– Действительно… – согласилась я.

– Ну, вот и закрылись, аккурат на прошлой неделе! – завершил рассказ морской волк. – Так что хозяин нового арендатора ищет, а я покуда на прежнем посту – сторожу пустые стены!

– А вы не знаете, куда эта юридическая контора переехала?

– Нет, не знаю! Думаю, она вообще закрылась… а тебе-то она зачем? Сейчас такие конторы на каждом углу…

– Я к ним на работу устроиться хотела, – выдала я экспромтом. – Мне по телефону сказали, что есть вакансия…

– Говорю тебе – странная контора! – морячок недоверчиво поджал губы. – Может, оно даже и к лучшему, что не устроилась… Чаю-то еще не хочешь?

– Спасибо, я еще тот не допила!

– А я еще выпью стаканчик…

За разговором он выпил, по моим наблюдениям, литра полтора, и когда потянулся за чайником – тот оказался пустым.

– Ну, ты посиди, я сейчас приду! – и он отправился во внутреннее помещение за водой.

Воспользовавшись отсутствием сторожа, я оглядела помещение.

Теперь, зная его бурную историю, я заметила следы пребывания прежних арендаторов.

От похоронного агентства ничего не осталось, его наследие тщательно убрали, но мне показалось, что в помещении все еще стоит застарелый запах чего-то противно-приторного, смутно напоминающего о смерти и похоронах.

Неудивительно, что в такой атмосфере не выжил салон красоты!

Вот, кстати, в углу висит гламурное зеркальце в розовой лепной оправе, напоминающей розы с бисквитно-кремового торта. Это явно осталось от парикмахерской.

Возле стены стояла старомодная кушетка, обитая зеленой искусственной кожей. Все ясно – наследие «нервного доктора». На этой кушетке исповедовались перед ним богатые дамочки. Вот жмот – не мог для своих требовательных клиенток заказать кушетки подороже, в натуральной коже!

Там же, за кушеткой, я обнаружила новенькую кошачью когтеточку в виде финиковой пальмы, наверняка сохранившуюся от магазина «Кот в сапогах».

Я отодвинула когтеточку и заметила под ней какой-то листок, а когда нагнулась за ним, то под кушеткой увидела картонную коробку, а в ней на самом дне валялось несколько пластмассовых фигурок, похожих на те, что дети вынимают из шоколадных яиц. Фигурки изображали кота. Классического кота из сказки Шарля Перро – в сапогах с ботфортами и шляпе с пушистым пером. Очевидно, фирма использовала фигурки в качестве мелких призов или сувениров для покупателей. Все фигурки были с изъяном, в противном случае их бы не оставили на выброс. То у кота перо на шляпе отломалось, то краска на сапогах облупилась. А то вообще одна верхняя половина туловища.

Я вытащила из сумочки тот осколок, что нашла в кафе. Кошачьи сапоги идеально подошли к шляпе, только хвост куда-то потерялся. Как уж тот осколок попал в кафе, я понятия не имею, но ясно одно: я на правильном пути. Именно эта подозрительная юридическая коллегия направила Бориса с женой за границу. Стало быть, фальшивая Нелли работает на мифического дядю. Хоть я и небольшого ума, как утверждал бывший муж, однако сообразила, что никаким наследством в этом деле и не пахнет, и Иван им нужен для каких-то своих, явно криминальных, целей. Ну уж нет! Этот номер у них не пройдет! Ивана я им так просто не уступлю! Хотя бы из-за того, что он теперь фактический хозяин Бонни. Если Ивана убьют, пес останется круглым сиротой.

Я развернула листок, подобранный с пола.

Это была рекламная листовка зоомагазина «Кот в сапогах». Того самого, который арендовал здешнее помещение незадолго до юридической коллегии.

В верхней части листовки был изображен красавец-кот в роскошных сапогах с ботфортами, вышитом золотом камзоле и широкополой шляпе с огромным страусовым пером. В лапах нахальный кот держал фирменный пакет магазина со своим собственным портретом. Ниже шел рекламный текст, перечислявший основные товары, представленные в магазине. Здесь же был адрес и телефон – адрес того самого помещения, где я сейчас находилась.

И наконец в самом низу листовки была приписка:

«Для оптовых покупателей товар отгружается со склада по адресу: Удельный проспект, дом 3-а».

Эврика! Ивана наверняка держат на складе! Такое во всех фильмах показывают: заброшенный склад, или неработающий завод, или на крайний случай большой сарай – самое удобное место для того, чтобы держать похищенного человека. Туда никто не ходит, посторонних не пустит охрана, и можно незаметно провезти человека в грузовом автобусе – мало ли, товар какой.

– Ты чего это тут делаешь? – раздался вдруг прямо надо мной голос морского волка.

– Сережку уронила! – отозвалась я и поднялась, машинально спрятав листовку в карман.

– Нашла?

– Нашла! – я честно продемонстрировала ему сережку, предусмотрительно вынутую из уха.

– Это тебе повезло, что нашла! Тут давно не прибирались, как эта… юридическая контора съехала. Я хозяину говорил, чтобы прислал уборщицу, да он все отмахивается. Надо хоть мне самому палубу надраить, а то непорядок…

– Разве же это мужское дело? – проговорила я кокетливо, вставляя сережку на прежнее место.

– Самое что ни на есть мужское! – гаркнул бравый моряк. – На корабле каждый день палубу драят, а капитан платочком чистым проверяет. Если платочек запачкается – наряд вне очереди! На кухне картошку чистить или того хуже – гальюны убирать. Так что вахтенные стараются. Ни одна уборщица так не вымоет, как моряк! Ну что, чаю-то еще выпьешь? – добавил он, включая чайник в розетку.

– Да нет, я, пожалуй, пойду… – И я покинула пустующий офис.

Бонни встретил меня в дверях нервным подвыванием. Бросившись навстречу, он едва не сбил меня с ног, да еще и обслюнявил своим огромным шершавым языком.

– Бонни, веди себя прилично! – проговорила я, отстраняясь, и достала из кармана платок.

При этом на пол выпала скомканная листовка.

Пес неожиданно зарычал, отступил на шажок и уставился на листовку, как на живое и очень неприятное существо. Шерсть у него на загривке поднялась дыбом.

– Что это с тобой? – Я подняла листовку, но Бонни зарычал еще громче и выхватил злополучную бумагу у меня из руки.