Откройте принцу дверь! - Наталья Александрова

Из-за двери доносился хрипловатый мужской голос, который, безбожно фальшивя, напевал:

Жил на свете капитан,

Он объездил много стран,

И не раз он бороздил океан…

Оглядев дверь, я не увидела звонка и поэтому громко постучала в стекло.

Раз пятнадцать он тонул,

Погибал среди акул… —

неслось из офиса.

Я постучала снова, еще громче.

– Ну что стучишь? – отозвался тот же голос. – Я тебе щас так постучу! Видишь же, что закрыто!

– Я ищу юридическую коллегию… – жалобно проговорила я сквозь дверь.

– Ищи ветра в поле!

Дверь открылась, и передо мной появился коренастый дядька лет шестидесяти, с широким обветренным лицом, окаймленным короткой шкиперской бородкой. Из-под черной матерчатой куртки, которую так и хотелось назвать бушлатом, торчал ворот тельняшки. В общем, это был настоящий морской волк.

Окинув меня заинтересованным взглядом, он проговорил:

– Ну, заходи, коли пришла!

Я с опаской вошла внутрь и оказалась в пустом просторном помещении, которое когда-то наверняка было приемной офиса. Впрочем, от тех счастливых времен остались только два офисных стула с расцарапанной обивкой и небольшой столик, на котором голубой электрический чайник соседствовал с пакетом сушек.

– Чай будешь? – осведомился морской волк, придвигая мне стул.

– Мне бы про юридическую коллегию узнать! – протянула я, оглядываясь по сторонам. – Она что – переехала куда-то?

Время катастрофически поджимало – пока я тут распиваю чаи, Ивана, может быть, уже пытают. Хотя он точно не знает ничего интересного, за это я ручаюсь. Да еще неясно, та ли это контора, которая в свое время имела дело с Борисом Ланским.

– Так тебе как – с сахаром? – спросил морячок, игнорируя мой вопрос.

– Лучше без, – ответила я, подумав, что за чаем морской волк может разговориться.

– Правильно, – одобрил он, наливая в большую фаянсовую кружку крепчайшую заварку. – С сахаром пить – только чай портить! Надо без сахара и покрепче!

Я пригубила чай и осторожно отставила кружку: такой крепкий, напиток мой организм попросту не выдержит.

Морячок, не заметив моего маневра, отпил огромный глоток из своей кружки и с хрустом раскусил сушку крепкими, желтоватыми от никотина зубами.

– Так что насчет юридической коллегии? – напомнила я.

– Закрылась! Видишь же – никого нет!

– Ну, вы-то есть…

– Я не в счет, я сторож! Я человек привычный. А кроме меня, здесь никто не уживается! – Он развел руками и, доверительно понизив голос, добавил: – Я тебе так скажу: это место нехорошее! Здесь ведь сперва похоронная контора была, «Вечный покой», так после нее разве можно открывать что-то другое? Это же заранее ясно: не будет толку! Одно слово – гроб! Все, кто после здесь был, позакрывались! Как похоронщики съехали, хозяин сдал помещение под парикмахерскую. Ну, та всего месяц проработала, закрылась со скандалом…

– Почему? – спросила я, невольно заинтересовавшись.

– Ну, тут такое дело вышло… Сидят, значит, дамочки, кому прическу вертят, кому стрижку, кому массаж личности, кому маникюр-педикюр, об жизни с парикмахершами треплются… И тут вдруг двери открываются, и заносят прямо в зал гробы, ровным счетом шестнадцать штук. Это фирма, которая в «Вечный покой» гробы поставляла, по старой памяти завезла. Как сейчас помню – шесть гробов самых пролетарских, сосновых, красным ситчиком обитых, восемь штук поприличнее, для среднего класса, из хорошего дерева и с резьбой, и два гроба суперлюкс, для этих… для ВИП-покойников, из африканского палисандра, с позолоченными ручками и встроенным телевизором…

– С чем?! – переспросила я, подумав, что ослышалась.

– Говорят тебе – с телевизором!

– А зачем покойнику телевизор?!

– Ты меня не спрашивай! У них ведь, у этих самых випов, как – если Колян своей теще гроб с телевизором заказал, то и Толяну без него никак нельзя… Это еще что! Один клиент в «Вечном покое» для своей жены гроб с джакузи потребовал! Она, говорит, без этой самой джакузи при жизни дня не могла прожить, так пусть и после смерти пользуется! И что ты думаешь – изготовили в Испании, по специальному заказу… специальным самолетом доставили, чтобы к похоронам успеть!

– Ну так вы, кажется, про парикмахерскую рассказывали… – напомнила я.

– А что про нее рассказывать? Дамочки как гробы увидели – так недостриженные и разбежались! И больше сюда ни ногой! Не хотим, говорят, в мертвецкой причесываться! Так что закрылась парикмахерская, остались от нее зеркала да полочки в туалете. И сдал хозяин помещение доктору по нервной части.

– Какому?

– Ну, который с богатыми дамочками про жизнь разговаривает. Забыл фамилию… он еще по телевизору про то же самое болтает. У них, у этих дамочек, от безделья эта… депрессия, по ночам аппетита нет и днем бессонница, вот они и ходят к таким докторам, которые их за бешеные деньги слушают. Я сколько раз видел – дамочка на кушетке лежит и ему про жизнь свою незадавшуюся заливает, что вроде все есть: и дом, и деньги, и прислуга, – а все чего-то не хватает. А доктор кивает и поддакивает, а сам под столом книжку читает. Но и этот доктор здесь долго не задержался, месяца полтора, не больше.

– Что – венки завезли похоронные?

– Нет, поставщики уже к тому времени все знали, что «Вечный покой» закрылся. А только стали дамочки жаловаться, что им этот доктор больше не помогает. Вроде сидит, слушает, а у них мурашки по коже и страх какой-то подступает. А потом начали покойники мерещиться. Одна дамочка, очень, между прочим, важного человека супруга, не буду говорить, какого, вышла в сортир, кабинку открывает – а там покойник сидит, костюм черный, лицо белое, и руки крестом на груди сложены… Главное дело, что сортир женский, а покойник-то мужчина! Ну, дамочка как завизжит… в общем, и нервный доктор съехал, второй месяц не доработал. От него кушетки остались. Хорошие кушетки, крепкие. После него снял это помещение «Кот в сапогах»…

– Кто?! – переспросила я удивленно. – Какой кот?

– Да это магазин такой, всякие товары для кошек, собак и прочей живности.

Я насторожилась и удвоила внимание: ведь тот микроавтобус, на котором увезли Ивана, тоже, судя по надписи на борту, принадлежал фирме, торгующей товарами для домашних животных!

– И что «Кот в сапогах»?

– Эти дольше продержались, почти год. Ну, все-таки не с нервными дамочками дело имели… собаку или там кота гробом палисандровым не напугаешь…

– А что же с ним, с этим «Котом», случилось?

– Хозяева стали жаловаться: собаки от того корма, что здесь покупали, выть начинали, ровно как по покойнику. Их и к ветеринарам водили, и к дрессировщикам собачьим – ничего не помогает. Воют и воют, хоть умри… а с кошками еще хуже: по ночам спать перестали, ходят в темноте, глаза светятся, шерсть дыбом стоит… Хозяин или, допустим, хозяйка ночью встанет по надобности, увидит своего Барсика в таком виде – так может в обморок хлопнуться! А как перестали в «Коте» корм покупать – так все наладилось, Барсики по ночам спят у хозяйки под боком, и собаки не воют. Так что и «Кот в сапогах» съехал. А уж после него эта контора юридическая въехала, которую ты ищешь…