Растворенные - Сара Блэдэль

– Мы знаем благодаря камерам наблюдения, что машина простояла три недели в порту, и мы знаем, что машину забрал мужчина в куртке с капюшоном ночью в субботу в три двенадцать, но мы не знаем, кто этот мужчина, и у нас нет свидетелей, которые бы видели, как он забирал или оставлял автомобиль.

– Но если судить по фигуре, это вполне мог быть Питер, так ведь? – спросила Дея.

– Да, вполне мог.

– Спасибо, – сказал Лиам, кивнув. – Судя по вашим отчетам, у нас нет других повторно возникающих призраков, кроме серого «пежо»?

– Нет, у нас нет на примете других машин, которые могли бы быть связаны с этим делом, да и других мобильных телефонов тоже нет. Нам не удалось отследить сигнал конкретного телефона, который сопровождал бы «пежо» или старую «гранаду» в указанные часы.

– Это что же, у него нет мобильного телефона? – Дея в недоумении оглядела присутствующих в комнате коллег.

– Ему или ей необходимо включенное устройство, чтобы следить за камерами наблюдения на месте преступления, – сказал эксперт по телекоммуникации. – Так что на данный момент нам кажется, что этот человек не берет в такие поездки свой мобильный и меняет мобильные после каждого преступления. Кроме того, мы можем предположить, что эти устройства хранятся относительно недалеко от мест преступления, чтобы у нас не было возможности зафиксировать их включение-выключение. И при этом не слишком близко – чтобы собаки не смогли их обнаружить.

– Ничего себе, лучше и не придумаешь! – воскликнула Дея почти с восхищением.

– Наш опыт и понимание того, как этот человек шифруется, говорят о том, что он работает, во всяком случае, на уровне прожженного байкера, – усмехнулся полицейский.

* * *

Вода была черной, затхлой. Беата крепко держала Шарлотту. Кожа Шарлотты была вся в язвах и нарывах, как будто она сильно обгорела на солнце. Тело было совсем холодным. А лоб и дыхание были слишком горячими.

– Держи! – крикнул Каспер.

Беата схватила ударившую ее по руке пластиковую бутылку.

– Нам каждый день дают чистую воду?

– Думаю, да, но я не особенно ориентируюсь во времени.

Беата почувствовала, как Каспер придвинулся ближе.

– Когда дают воду?

– Каждый раз, когда открывается люк и вниз бросают нового человека.

– Нового человека? – недоуменно переспросила Беата.

– Да… Здесь два трупа, мы с тобой… и Лоне с Шарлоттой.

Беата открыла бутылку и осторожно попробовала на вкус содержимое, затем нащупала пальцами рот Шарлотты и влила немного воды между губ женщины. Шарлотта с трудом глотнула.

– Она умрет, если мы отсюда не выберемся.

– Понимаю, – Каспер говорил сдавленным голосом, словно в лихорадке. Беата чувствовала его дыхание. Чувствовала кислый, гнилостный запах из его рта.

– Она пробыла здесь на сутки больше меня, и с тех пор, как мы тут, мы ничего не ели, – продолжал он.

Беата чувствовала шершавую и пористую кожу Шарлотты. Кожа ее впитала в себя так много воды, что не могла уже принять ни одной капли. Тело пыталось защитить себя, утолщая и сморщивая кожу. Хуже всего было с руками и ногами. Они распухли и потрескались.

Беата чувствовала себя немного лучше, чем когда она очнулась здесь. Она долго била руками по шершавой стене, пока не пошла кровь, и ее вырвало в воду из-за резкого запаха мочи. Теперь она немного успокоилась, но все еще могла держать над водой только голову и плечи. Вернер был мертв. Еще один человек, которого они не знали, тоже был мертв. Он уже был мертв, когда его бросили в воду, сказал Каспер. Вернер продержался один день, и все это время он был безучастным ко всему.

В темноте Беата прислушивалась к дыханию Каспера. Наверное, он чувствовал нечеловеческий голод, но не жаловался.

– Давай я немного ее подержу.

Беата осторожно отпустила тело Шарлотты и подтолкнула ее к Касперу.

На мгновение в темноте стало тихо.

– Ты можешь мне помочь приподнять ее над водой и подвязать к трубе наверху? – продолжал Каспер. – Мне одному уже никак не справиться.

– А почему нельзя было ее там раньше оставить, пусть все время висит?

– Висеть на трубе больно, и к тому же нам надо хоть немного двигаться, чтобы выжить.

Беата вслушивалась в его голос. Пыталась представить, как он выглядит.

– Ты здесь уже пять дней, – прошептала она.

Послышалось какое-то бульканье, и она поняла, что он перемещается с места на место. Вонь мочи и разложения казалась не такой сильной, как в первые часы, но она все еще чувствовала запахи, и ей было очень тяжело дышать.

– Как он тебя поймал?

– Это было ночью… Я был в мастерской. Мы напились, мы с приятелем. Я вышел отлить, а Деннис поднялся к себе. Я не знаю, что произошло, – не успел ничего понять. Внезапно появился человек. Прямо за моей спиной.

Он замолчал.

Беата уставилась в темноту, туда, откуда слышался его голос.

– И что дальше? Что случилось?

– Он уколол меня.

– Я тоже почувствовала укол… в шею!

– А потом очнулась здесь?

– Да…

– То же самое случилось с Шарлоттой, ее подловили у спортивного комплекса в Томмерупе, и Лоне с Вернером тоже укололи, и они потеряли сознание.

– А на тебя тоже напал мужчина?

– Да, но я не видел его лица.

– А остальные видели? – спросила Беата.

– Лоне только мельком видела его лицо, но она не знает этого человека. Вернер, он ничего не помнил, только то, что его собака внезапно отключилась. Я пытался заставить Шарлотту вспомнить. Она видела его, но как-то расплывчато, нечетко, она не понимает, что произошло. Думаю, если мы выберемся, она не сможет оправиться. Она ведь была первой. Она была в полном одиночестве, когда ее сбросили сюда, и не знала, что появятся другие люди. А ты его видела?

– Вообще не видела. Я была одна в доме, и было темно, когда он. Когда он вошел ко мне. От него пахло тем же парфюмом, что и от моего парня, но я думаю, что он старше Питера.

– То есть это было у тебя дома?

– Да, он поймал