Убить куклу - Надежда Черкасова

Ровно через неделю Павел каким-то чудом выбрался наконец из своей провинции и навестил Егора в Москве. Они встретились в небольшой однокомнатной квартирке Егора, которую он все же сподобился когда-то купить на деньги матери. Хоть что-то осталось от тех накоплений, что ей удалось сделать на взятках. Егор никоим образом не осуждал матушку за противозаконные действия, так как понимал, что все это ради того, чтобы помочь ему, а потому принимал подношения как должное. Но мать постарела, утратила былую прыть, и источник, похоже, иссяк окончательно, заставляя Егора выкручиваться самому, чтобы продолжить вполне беспечную жизнь, к которой он уже так привык.

— Ты прямо как снег на голову. — Егор с удивлением разглядывал Павла, он не ожидал от друга подобной прыти. — Наконец-то ты выбрался из своей берлоги. Очень рад тебя видеть. Я сейчас здесь редко бываю, квартира пустая стоит. Так что можешь пожить в ней, сколько захочешь.

— Спасибо. Пожалуй, останусь на пару дней.

— Что так мало?

— Роман новый задумал, работать надо.

— А в Москву, значит, за новыми впечатлениями?

— Мама тебе тут гостинцев прислала. — Павел принялся выкладывать на кухонный стол подарки от Веры Павловны: литровую банку с настоящим майским медом, купленным у пчеловодов на пасеке, и две двухлитровые банки — одну с клубничным вареньем из дачного урожая этого года, другую с маринованными грибами, которые ей всегда удавались на славу.

— Спасибо. Как Вера Павловна себя чувствует?

— Нормально. Ждет не дождется, когда я женюсь. Мечтает с внуками понянчиться.

— Так женись. Поклонниц-то у тебя хоть отбавляй. — Егор поставил на плиту воду для магазинных пельменей, достал из холодильника непочатую бутылку водки.

— В Москву я приехал, чтобы с тобой посоветоваться. Дело очень серьезное. Намерен тебе сделать заманчивое предложение.

— Заинтриговал, не скрою. Я весь внимание.

Егор не узнавал друга. Это был уже не вальяжный медлительный Павел, а собранный и решительный незнакомец, преград для которого отныне не существовало.

— Я действительно решил жениться.

— Поздравляю! Хорошее дело. Вот Вера Павловна обрадуется! Я бы тоже женился, но невесту себе никак подходящую не подберу. Наверное, разборчивый слишком.

— Почему ты не спрашиваешь на ком?

— Разве я ее знаю?

— Это Славина Валерия Ивановна. Та самая, про которую ты мне рассказывал. Мама против того, чтобы я женился на детдомовке, но ей придется смириться.

В первый миг Егору показалось, что он ослышался. Недоумение было столь велико, что минут пять он не мог произнести ни слова. Вот, значит, как: одним махом — и в дамки! Вернее, в мужья миллионерши. Вот тебе и тюха-матюха, за которого он всегда принимал Павла. Вот тебе и пентюх провинциальный. Не было ни гроша, да вдруг алтын решил отхватить!

— Ну, чего замолчал? Что посоветуешь?

— А разве ты уже не решил?

— Я же сказал: приехал специально, чтобы посоветоваться.

Егор дождался, пока пельмени сварятся, шумовкой переложил их из кипящей воды в большое блюдо и выключил плиту. Добавил в пельмени сливочного масла, расставил на столе посуду, достал из ящика вилки. Он никак не мог собраться с мыслями, делая вид, что занят накрытием стола. Разложил на плоской тарелке сыр, колбасу, ветчину, нарезанные тонкими ломтиками по его просьбе в супермаркете. Тщательно вымыл помидоры, огурцы и зелень, поставил на стол прямо в миске. Павел терпеливо ждал ответа. Наконец Егор уселся за стол, откупорил бутылку и разлил водку по рюмкам.

— За что выпьем? За мир во всем мире и в наших душах?

— Согласен, — с вызовом ответил Павел и первым, чокнувшись с Егором, опустошил рюмку. — Так каков твой вердикт?

— Даже не знаю, что и ответить, — произнес Егор, закусывая колбасой. Он приободрился, чувствуя, как по жилам растекается спокойствие, и черт уже не казался таким страшным. — Ты женишься, тебе и решать. А какое предложение ты собрался сделать мне?

— Войти в долю от наследства, которое я получу после смерти своей жены Леры.

Егор даже закашлялся от услышанного. Павел похлопал его по спине. Они снова выпили — и теперь уже без всяких выкаблучиваний — за здоровье, как и положено.

— Так она у тебя уже и помирать собралась? Надо же, какая предусмотрительная.

— Не ерничай! Ты знаешь, что я имею в виду.

— Да ты просто сошел с ума!

— Наоборот, пришел в ум, если можно так выразиться. И надоумил меня на это ты.

— Я надоумил тебя убить кого-то?! Ты что, рехнулся?

— Ты надоумил меня убить не кого-то, а именно Леру. И пришел тогда ко мне со своей идеей не просто так. Ты пришел, чтобы услышать то, что и хотел услышать. Ты даже перед самим собой никогда бы не признался в том, что тебе хочется того же самого. И только когда я озвучил твое желание, ты понял, что идея вполне может превратиться в реальность. Вот когда ты по-настоящему испугался и пошел на попятную. Одно дело фантазировать и в облаках парить, и совсем другое, когда твои тайные желания облекаются сначала в слова, затем намерения, от которых до прямых действий рукой подать. А может, ты ждешь, что тебе деньги прямо на голову свалятся, ниоткуда?! Думаешь, можно разбогатеть, палец о палец не ударив? Тогда это ты рехнулся, а не я. Или ты так испугался моего предложения, что готов и дальше влачить свое жалкое существование? Тогда флаг тебе в руки. Одного не могу понять — чего ты так боишься? Не тебе же убивать, а мне. Вот я и буду бояться.

— Допустим, я соглашусь, — проговорил после паузы Егор. — А какую роль ты предлагаешь мне?

— Наконец-то! Слова не мальчика, но мужа. Так слушай. С Лерой я уже познакомился, и она влюбилась в меня как кошка. Вернее, как собака, для которой кто приголубил, тот и хозяин, того и любит. Бабы — они все одинаковы, им настоящий хозяин нужен. Лера готова хоть сейчас выйти за меня. И я этой возможности не упущу. А вот торопиться выяснять, является ли она дочерью Леонова, я не стану. Пусть привыкнет ко мне, вцепится в меня как следует, поймет, что никому кроме меня она больше не нужна, и уже тогда из нее хоть веревки вей.

— А если окажется, что Лера не его дочь?

— Разведусь, делов-то! Она мне и с деньгами не нужна, а уж без денег… Как только у меня появятся миллионы, я себе такую кралю заведу, что… Не то что эта детдомовка, мышь серая с высшим образованием. Но сейчас не об этом. Итак, согласен ли ты мне помогать, Егор? Без помощника мне не обойтись. Мне бы не хотелось искать еще кого-то. Да и неизвестно, что за фрукт попадется в компаньоны по такому серьезному делу. А ты — мой единственный друг, которому я доверяю всецело. Решайся! Уж кому, а тебе не надо объяснять, какой куш нам посчастливится делить пополам. Тем более что убийство я беру на себя. Да и женитьбу тоже. Так что тебе почти ничего не придется делать.