Сервис с летальным исходом - Нина Васина

— Минуточку! — Коля уходит вниз и возвращается с первым металлическим кофром. — Элементарно! — его распирает от сознания собственной сообразительности. — Такой же чемоданчик? — победно интересуется он и, не дожидаясь ответа, назидательно сообщает:

— Такой же! Были, правда, паспорта, а теперь нет, — он задумывается. — Но они же были из тайника, да?

— Из тайника, — киваю я.

— И как ты открыла тайник?

— Повернула вот этот кружок. Во втором чемодане кружка нет.

Коля убедился, что действительно нет.

— Нужно найти кнопочку или рычаг. — Он трясет чемодан, и в какой-то момент под его рукой, щелкнув, поднимается крышка тайника. — Да он открыт!

Мы перебираем содержимое. Три паспорта — один заграничный, во всех — фотографии обожаемой им Ляли, разные имена, Мадлена Сидоркина в них отсутствует. Три пачки денег в долларах. Три баночки крема — разные, упаковка таблеток, по-моему, “экстези”, Коле я говорю, что это успокоительное. Несколько браслетов, два кольца…

— А вот это сюда не вписывается, — Коля протягивает мне кулон на веревочке.

После изучения паспортов с фотографиями своей возлюбленной он стал грустен.

Я зажимаю в ладони кусочек черного дерева с изображением Анигуры Всевидящего и рассматриваю веревку, на которой он висит.

Анигура спас Колю.

Не знаю, почему Коля полез открывать баночку крема, может быть, хотел вдохнуть знакомый запах или понять, зачем крем запрятали в тайник.

Я вижу, как он открывает крышку, — еще один поворот, еще… Я вижу его удивленное лицо, понимаю, что здесь что-то не так, сильнее сжимаю в руке деревянного Анигуру, тот впивается мне в ладонь своим третьим глазом — на лбу глаз вырезан с устрашающими шипами, я вскрикиваю и бросаюсь к Коле как раз в тот момент, когда он уже приготовился понюхать содержимое баночки.

Я успела схватить баночку сверху, вовремя зажав ладонью отверстие, а другой рукой с Анигуру толкнуть Колю в грудь, и он свалился с табуретки, высоко вскинув ноги.

— Не надо нюхать незнакомые пузырьки и пробовать их содержимое, — заявила я, как только Коля смог приподнять голову. — Это бывает опасно.

— Не буду, — совершенно беззлобно согласился он. — А что это за морда на веревочке? В первом чемодане была такая? Ты поосторожней с колющими предметами, может быть, он отравлен!

На моей левой ладони кровь. Анигуру поцарапал третьим глазом как раз место соединения линий жизни и любви.

Осторожно завинчиваю крышку баночки. На правой ладони остался круг серого пепла, я стараюсь не вдыхать, пока мою руку под краном.

Рассказываю Коле о Всевидящем Анигуру, Коля не верит, что такой сувенир на Гаити можно купить на каждом шагу.

— Зачем тогда она запрятала его в тайник?

Похоже, Коля собирается расковырять Анигуру, что ж, ему будет чем заняться до рассвета: сопротивляемость черного дерева удивительна.

— Значит, так, — я настроена подвести итог. — Мадлена Сидоркина решила избавиться от мужа, отключила телефон связи со своими подельниками и собралась в дальний путь. В заграничном паспорте с ее фотографией на имя Елены Кнохель указаны двое малолетних детей, есть карта прививок.

— Что это за подельники? — не понимает Коля.

— Она была ликвидатором, грамотно избавлялась от ненужных людей, понимаешь? Заниматься этим в одиночку практически невозможно. Видишь чемодан, который я вытащила из воды? У нее были соратницы, коллеги по грязной работе, и одной из этих коллег она заказала мужа.

Я начинаю ходить по кухне взад-вперед, Коля следит за мной, открыв рот.

— Никто не знал друг друга в лицо, связь осуществлялась по телефону или по объявлениям в газете…

— Я не думаю, что Ляля, — перебивает мальчик, — способна на такие шпионские страсти.

— Включи воображение! — кричу я.

— Ладно, они перезванивались, и эта тетка, которая приходила сюда недавно, она и была той самой коллегой? Как Ляля собиралась ей заплатить?

— Назвала шифр сейфа, сказала, чтобы та сама взяла деньги.

Я приседаю у стола и заглядываю под него. Надеюсь, связь хорошая, и меня отлично слышно.

— То есть… — Коля задумывается, — в день, когда я сюда приехал… Если бы я не позвонил, дядя Антон не накинулся бы на свою жену, не задушил бы ее, а спокойно жарил рыбу в тот момент, когда к нему пришла убийца с отверткой? А Ляля? Она бы в это время вышла погулять с детьми?

— При чем тут рыба?

— В морозилке есть рыба.

— Постарайся не говорить мне о рыбе некоторое время, ладно? Твой дядя ничего бы не жарил. Он бы тихо лежал где-нибудь без признаков жизни. Потому что… Потому что Ляля была ликвидатором, а прийти в дом должен был чистильщик. Чистильщик не убивает, он подчищает место убийства.

— Ляля не могла убить своего мужа, — Коля категоричен.

— Она бы его не убивала. Она бы… усыпила. Да, усыпила, можно и так сказать.

— Слуша-а-ай, — зевает Коля. — А кто еще был в этой компании, кроме ликвидатора и чистильщика? А то у меня что-то воображение заедает.

— Еще там мог быть физиономист-гример.

— Это еще что такое?

— Если человеку делают новое имя и новую жизнь, у него должно быть измененное лицо. Не всех же они ликвидировали, кому-нибудь инсценировали смерть и меняли внешность, тогда вместо чистильщика в дело вступал гример.

— Получается какая-то банда секретных агентов. Слушай, я не люблю боевики, не люблю “Секретные материалы” и Джеймса Бонда никогда не мог досмотреть до конца. А представить, что Ляля, носившая в животе Вселенную, может быть агентом ноль-ноль… как там? Ну не могу я это представить! Дай хоть какой-нибудь намек!

— Намек пришпилил под столом наш гость, который называет себя следователем Поспеловым. — Я показываю пальцем на столешницу. Коля подходит к столу, наклоняется.

— И что это значит? — не понимает он.

— В доме пропали бесследно мужчина и женщина, в ванне почти двое суток плавали остатки кислоты, в которой их растворили, а что делают органы? Они присылают электриков, сантехников, кого угодно, но не арестовывают нас и даже не убирают из дома!

— Почему?.. — Коля ничего не понимает.

— Потому что слушают! Потому что сами ничего не понимают, натыкали микрофонов и пытаются разгадать, что же здесь произошло!

— Ты хочешь сказать, что они… Они нас слышат и сейчас? — Коля в ужасе.

— Очень на это надеюсь!

— Что, вот в эту самую минуту?.. В три часа ночи? — Он нашел глазами часы на стене. — А если я им кое-что скажу, они услышат? Эй! — Коля наклоняется и кричит под стол: