Контрольный поцелуй - Дарья Донцова

– Это она свела тебя с поставщиком?

– Да, – подтвердила студентка.

– И кто он? Где живет?

Настя помялась немного, но раскололась.

– Никита Коростылев, на бульваре Карбышева.

Взяв с нее твердое обещание отправиться завтра к наркологу,я спустилась в машину и почувствовала, как от голода у меня подвело живот.Однако интересная информация… не слишком ли много женщин падает в этой историипод поезд метро? Носом чую, смерть Кати Михайловой как-то связана с покушениемна Лиду. А барыга Коростылев, представитель криминального мира, не он липохититель девочек? И что за отношения связывали его с покойной Верой? Ясно,Подушкина находилась в центре всей истории. Увела Надю и Полю из дома, и,возможно, она, и именно она, побывала у нотариуса. Интересно, кто и за что убилсестер Подушкиных? Я ни на минуту не верю в самоубийство старшей. И дело дажене в том, что она не могла набрать и отпечатать записку, дело в другом:исполнилась ее мечта – Вера получила потрясающую роль, и в такой момент уходитьиз жизни? Настолько неправдоподобно и невероятно, что…

Раздался громкий треск. Задумавшись, я не заметила, что джиппередо мной затормозил, и вломилась ему прямо в багажник.

Левая передняя дверь распахнулась, высунулась нога вбезупречном ботинке из кожи антилопы, следом показался ее владелец – немногорыхлый мужчина лет шестидесяти. Так-так, на «парнишек» такого возраста я ещемогу производить впечатление.

Мужчина подошел к «Вольво» и хорошо поставленным голосомпоинтересовался:

– Уважаемая, вы ушиблись?

– Абсолютно цела, – успокоила я его. –Страшно жалею о случившемся, оцените ущерб, немедленно заплачу. Не желаете деньгами,могу заняться ремонтом…

Мужчина улыбнулся и принял весьма театральную позу. Выгляделон и впрямь эффектно. Красивое породистое лицо плейбоя, чуть тронувшаясяжирком, но все равно отлично сохранившаяся фигура. Да и как воспитан! Случайведь очень неприятный, я кругом виновата, а он не ругается, не кричит…

– Давайте решим проблему до приезда ГАИ, –предложила я, но тут, воя сиреной, возник бело-синий «Форд».

Пожилой милиционер с нахмуренными бровями двинулся в нашусторону. Но при виде пострадавшего водителя восторженно заулыбался:

– Феликс! Что случилось?

Пострадавший развел руками:

– Вот, «поцеловались».

– Ну сейчас я этой бабенке врежу, – пообещалмент. – Будет знать, как нарушать правила.

– Что вы, спасибо, конечно, но не надо, –запротестовал Феликс. – Дама готова заплатить за ущерб.

– Ну-ну, – буркнул гаишник, раздраженно поглядываяна «Вольво», он явно жаждал моей крови. – Сами, значит, разберетесь?

– Конечно, конечно, – засуетился Феликс. –Отправляйтесь по своим делам.

Патрульный вздохнул, потом с неожиданной робостью попросил:

– Автограф не дадите? А то ребята ни в жисть неповерят, что с вами разговаривал.

Феликс достал визитную карточку и спросил:

– Как тебя зовут?

– Николай, – потупился кабанообразный страж дорог.

Я во все глаза глядела на происходящее. Похоже, подбилакакую-то знаменитость, только вот кого? Осчастливленный мент умчался. Феликсартистично тряхнул роскошной гривой и вопросительно посмотрел на меня.

Я полезла в кошелек:

– Сколько?

Он замялся.

– Багажник, наверное, менять придется. Может, сначала всервис скатаемся, оценим?

Я пришла в полный ужас. Потерять столько времени вмастерской, лучше я заплачу вдвое дороже.

– Нет-нет, называйте вашу сумму.

Феликс замахал руками:

– Ну не знаю, вдруг ошибусь…

– Назовите большую, нет у меня времени никуда ездить!

– Даже со мной? – кокетливо прищурился мужчина.

– А что в вас такого особенного, чтобы я меняла своипланы?

Вид у плейбоя стал растерянный.

– Разрешите представиться – Феликс Лазарев.

– Дарья Васильева, – ответила я, – такговорите скорей, сколько я вам должна, и разъедемся побыстрей.

– Вы, наверное, не поняли, – окончательнорастерялся и удивился потерпевший, – я – Феликс Лазарев!

– Меня только ноги плохо слушаются, а уши в полномпорядке, – успокоила я его, – я слышу вас прекрасно и, кажется, тожепредставилась – Даша Васильева…

Лазарев очумело посмотрел на меня и ткнул пальцем куда-топод капот.

– Вам все равно придется побывать в сервисе.

Я вылезла и обнаружила под машиной лужу. Так, все ясно,пробила радиатор. Пнув ни в чем не повинный «Вольво» ногой, я с досадойпрошипела:

– Черт бы вас побрал с вашим дурацким джипом, придетсятеперь мою машину в гараж на тросе катить.

– Вы же сами в меня въехали, – стал почему-тооправдываться Феликс.

Но мне было недосуг терять здесь время, поэтому я вытащилавизитку:

– Вот адрес и все телефоны, составьте смету и сообщите.

Затем села в «Вольво» и вытащила мобильник. Надо звонить втехпомощь. В стекло поскреблись.

– Ну? – рявкнула я.

– А вам не хочется получить мою визитку? –кокетливо осведомился Феликс.

– Как-нибудь обойдусь, – брякнула я, тыча пальцемв кнопки и выходя из себя от того, что в техцентре наглухо занято.

Мужчина отошел, а я висела на телефоне, тихо радуясь, чтопроисшествие случилось в крайнем правом ряду и на мою голову не сыплютсяпроклятья водителей, вынужденных объезжать место происшествия.

Тихий стук в боковое стекло, это опять Феликс.

– Давайте дотащу вас до дома, – предложил Лазарев.

– Есть трос?

Мужчина кивнул. Мы сцепили машины и покатили в Ложкино.

У дверей дома прогуливалась с близнецами Серафима Ивановна.

– Что случилось? – испугалась няня.

– Радиатор пробила, – пояснила я, но СерафимаИвановна уже не слушала, она закатила глаза и ахнула:

– Бог мой, господин Лазарев, это вы!