Мост исполнения желаний - Марина Серова

Поля, не раскисай, соберись! Из любой ситуации обязательно есть выход. Надо собраться и взглянуть на это холодным, отстраненным взглядом. На эмоции времени нет, надо их отключить и задействовать разум, причем на полную катушку. Итак, я попала в ловушку. Катушка-ловушка. Неплохая рифма... Ну что за бред лезет в голову? Продуктивнее надо мыслить, продуктивнее. Я отмотала события назад. Стоп! Якунина сыграла на моем чувстве жалости и заманила меня в безлюдное место. Впрочем, я могла разговаривать и не с Зоей Валерьевной. А с кем тогда? Неужели с Кудряшовой? Я вспомнила короткий диалог около входа в риелторскую контору:

« – Могли бы не толкаться. Я женщин в вашем возрасте всегда вперед пропускаю.

– Это в каком таком возрасте?

– В бальзаковском».

Ну конечно, как же я сразу не догадалась, что разговариваю вовсе не с Якуниной, а с Татьяной Кудряшовой! Она сыграла свою роль первоклассно – заискивала, давила на жалость – и получила от меня то, что хотела. Я согласилась пойти навстречу «больной пенсионерке»... Около расселенной пятиэтажки меня ударили по голове, я потеряла сознание, и меня приволокли в этот подвал. Меня сторожат те самые маньяки, которые привязались к нам с Алиной в развлекательном клубе «Домино». Надо полагать, скоро сюда пожалует Леонтьич, возможно, даже с супругой. Зачем я им понадобилась? Ясно зачем. Кудряшовы пронюхали, что я скупаю акции. Нет, не так. Я не скупаю акции, а приобретаю их самыми разными способами. У Пасько я выменяла их на «Победу», Панина заставила отдать акции путем шантажа, а вот у пенсионеров действительно их купила. Кто же меня сдал? Ясно, кто. Якунина. Должно быть, она каким-то образом связана с Кудряшовыми.

– Очухалась? – В дверном проеме показался тот мужик, который окучивал в «Домино» Алину. Рядом нарисовался его подельник. Задумавшись, я потеряла всякую бдительность и не успела вовремя закрыть глаза. Мужики подошли ближе, и тот, что был выше ростом, усмехнулся: – Да ты вусмерть напугана! Не боись, мы убиваем только очень плохих людей. Но ты ведь не такая, правда? Знаешь, а ты сама виновата, не надо было соваться на чужую территорию. На кой хрен тебе акции «Экватора» понадобились?

– Да, Мила, скажи, зачем ты их скупала? – Противный коротышка наклонился прямо к моему лицу и судорожно сглотнул. Я едва не задохнулась от перегара, исходящего от него. Он поддел ногтем скотч и резко отлепил его. – Надо же, даже не ойкнула!

Мне было больно, но я стерпела.

– Кто за тобой стоит? Откуда взяла базу данных? От Пасько?

Вопросы сыпались на меня один за другим, но я не тратила свои силы на пустые препирательства. Если уж с кем-то разговаривать, то не с этими «шестерками». Моя несговорчивость стала их раздражать. Высокий замахнулся и едва не двинул мне кулаком в челюсть. В последний момент он отвел свою руку, зато низкий плотоядно оскалился и пустил в ход свои шаловливые ручонки.

– Щас, Мила, ты нам все расскажешь. – Животная похоть коротышки заставила меня очнуться от оцепенения. Я резко подалась вперед и укусила его за бицепс. – Вот сука! Да я тебя...

Где-то наверху послышался шум.

– Шеф приехал, пойдем его встречать. Да оставь ты эту сучку безмозглую!

Очень вовремя, однако, приехал Леонтьич. Сексуально озабоченный коротышка уже стал совсем терять над собой контроль. У меня было всего несколько минут, чтобы выработать линию поведения с Кудряшовым. Моя фантазия заработала в авральном режиме, но вхолостую. Вероятно, страх парализовал воображение. Меня одолевали самые тягостные опасения, но я понимала, что моя первоочередная задача – ничем не выдать охватившей меня паники, любой ценой держаться спокойно и уверенно, что бы мне ни угрожало и кто бы мне ни угрожал.

Шаги приближались, и скоро я увидела в тусклом свете лампочки, болтающейся под потолком, начальника службы безопасности «Экватора».

– Так вот ты какая, Полина Казакова! Самая обычная шлюха. Значит, так, если ты расскажешь, кто за тобой стоит, то выйдешь отсюда целой и невредимой. Мы даже возьмем тебя в свою команду. А будешь молчать, – Леонтьич выдержал красноречивую паузу, – ну, в общем, ты сама догадалась.

Выработав стратегию своего поведения, я поняла, какой должна быть и тактика.

– Нет, молчать я не буду, – сказала я твердо. – Мне есть, что вам, Петр Леонтьевич, сказать. Кстати, Татьяне Николаевне тоже было бы неплохо это услышать. А вот вашим «шестеркам», может быть, пока и необязательно это знать. Вдруг забоятся, наделают глупостей.

– Это мне решать! – рявкнул на меня Кудряшов. Аня оказалась права, в его взгляде определенно было что-то демоническое. Леонтьич закурил, подошел к дверному проему и сказал тем, кто находился в соседнем помещении: – Валите наверх. Я вас позову, когда понадобитесь... Ну, я слушаю!

– Если до утра я не выйду на связь, то одна толстая папка окажется в прокуратуре. Вы хотите знать, что в ней?

Кудряшов прищурился:

– Ну, допустим. Что в ней?

– Там свидетельские показания разных людей и о разных преступлениях, – медленно проговорила я. – Петр Леонтьевич, я думаю, вы понимаете, что еще не истек срок давности с тех пор, как вы покушались на жизнь Андрея Игнатьева...

На лице Кудряшова проступила угрожающая жестокость, казалось, он сейчас набросится на меня и станет душить. Однако Леонтьич взял себя в руки и сказал с деланым безразличием:

– Понятия не имею, кто это такой.

– Имеете, – возразила я, не устрашившись его взгляда. – Это ведь вы собственноручно убрали лестницу-времянку на мансарду и спровоцировали падение, так трагически закончившееся для Андрея. Петр Леонтьевич, а ведь вы могли с ним стать в будущем родственниками. Свояками, если я не ошибаюсь.

– Чушь все это! Какая лестница? Какая мансарда? Не знаю я никакого Андрея!

– А вот его сокурсники готовы подтвердить, что вы все вместе работали на стройке у Панина. Кое-кто слышал ваш разговор с Татьяной за забором и видел, как вы лестницу оттащили.

– Заткнись! Я так и думал, что ничего дельного от тебя не услышу. – Кудряшов развернулся и пошел к дверному проему, демонстрируя полное безразличие к имеющемуся у меня компромату.

А чего, собственно, я ждала? Леонтьич был тертым-битым калачом, поэтому смекнул, что доказать его причастность к покушению на Игнатьева практически невозможно. Одних свидетельских показаний недостаточно. Ладно, у меня еще кое-что имеется в запасе.

– Иванова хотите позвать? Правильно, Сергей тоже на крючке. Его поездка в Новороссийск тоже освещена во всех подробностях. Скоро все эти материалы будут в прокуратуре. Вам придется ответить и за кражу денег с благотворительного счета, и за смерть Игнатьева, и за смерть Душечкина, и за рейдерский захват «Экватора». Кстати, Уварова тоже дала свои показания...

– Ладно, – Кудряшов подошел ко мне ближе, – давай, колись! Ради чего все эти потуги?

– «Экватор» придется отдать, но это еще не все...