Мост исполнения желаний - Марина Серова

– Значит, говоришь, документы попадут в прокуратуру только утром? – уточнил Леонтьич, и я кивнула. – Очень хорошо. Времени у нас предостаточно.

– Надеетесь подчистить за ночь концы? Пустые хлопоты. Все свидетели в надежном месте. Да вы и сами это знаете. Иванов, вероятно, вам докладывал, что Катя Душечкина исчезла...

После паузы, заполненной мертвой тишиной, он осведомился:

– Кто за тобой стоит? Мигалов? Ну, разумеется, это он. Старикашка все никак не успокоится, что остался с носом. Коммунист хренов!

– Петр Леонтьевич, не важно, кто за мной стоит. Главное – вы проиграли.

– Это мы еще посмотрим! – Кудряшов усмехнулся и вышел прочь.

Я ждала, что с минуты на минуту сюда вернутся его помощники, но этого не произошло. Где-то наверху громко хлопнула дверь, после чего воцарилась полнейшая тишина. Сначала дарованное мне одиночество обрадовало, хотя я понимала, что оно временное. Можно было поразмышлять в спокойной обстановке. Но не тут-то было! Очень скоро гнетущее безмолвие повергло меня в ужас. Я поняла, что никогда не выйду отсюда живой. Очень скоро произойдет насильственное сведение концов с концами, и совсем не так, как это мне представлялось, к примеру, сегодня утром.

Мне не хотелось умирать. Я еще так мало сделала на этом свете. А может быть, уже слишком много? Перед моим внутренним взором пронеслась череда лиц, которым я уже успела отомстить. Синдяков, Кудринцев, Оборина, Астраханов, Жупанов, Шлейко, Щербаков, Портнов, Барсуков, Пилявский, Ковалева, Ложкаревы... Кто-то из них был сейчас в коме, кто-то отбывал срок в колонии, а кто-то скатился с вершин сытой и богатой жизни в обыденность. Имела ли я моральное право так с ними поступать? Допустим, с Синдяковым имела. Он сделал меня круглой сиротой. А я даже спасла его жизнь, не смогла спокойно смотреть, как он горит в огне, в который швырнули его сыновья. А кто спасет меня? Вероятно, никто.

Возможно, я не имела морального права вмешиваться в судьбы других негодяев...

На смену страху пришло отчаяние. Если Кудряшов и возвратится сюда, то вовсе не для того, чтобы принести мне акции в обмен на компромат. Нет, пожалуй, он сам не вернется, он пришлет сюда своих «шестерок», чтобы убрать меня. На этом окончится мой земной путь. Мой труп закопают где-нибудь в безлюдном месте, и Ариша даже никогда не сможет прийти ко мне на могилку, положить цветы, проронить скупую мужскую слезу. Скольких же близких он успел похоронить за свою жизнь? Много. У него осталась только я, но и я не смогла уберечь себя...

Послышался звук бьющегося стекла. У меня возникла ассоциация с разбитой бутылкой. Странно, мне казалось, что в этом мрачном подземелье никого нет, кроме меня. Но теперь я слышала чьи-то шаги. Кто бы это мог быть? Кто угодно, кроме того сексуально озабоченного коротышки, который называл меня Милой. Тот гораздо быстрее обнаружил бы свое присутствие.

Шаги приближались. Меня охватила паника. Когда в дверном проеме показалась фигура с палкой в руке, я закричала что есть мочи. И вдруг поняла, что кричу не одна. Два женских крика слились в унисон.

– Алина? Ты как здесь оказалась?

– Поля, ты живая, – обрадовалась Нечаева и... рухнула в обморок.

Ситуация была одновременно трагичной и комичной. Помощь пришла, откуда не ждали, но не дошла до меня всего несколько метров. Я была привязана к стулу, Алина лежала без чувств на бетонном полу метрах в пяти от меня. Все попытки как-то придвинуться к ней оказались безуспешными.

– Алина, очнись, дорогая, – стала уговаривать я свою подругу, – нашла время падать в обмороки. Еще не хватало того, чтобы нас застали здесь вдвоем и на пару отправили на небеса. Так, Нечаева, это уже не смешно! Перед своими бойфрендами будешь в обморок падать, а передо мной не надо.

– А? Что? Где я? – Алина наконец-то очухалась.

– Там же, где и я. А где это, тебе лучше знать.

Нечаева поднялась, чертыхаясь, потерла рукой ушибленный бок, подошла ко мне и осведомилась со всей серьезностью:

– Ты как, Поля? Живая?

– А ты когда-нибудь слышала, чтобы трупы разговаривали? Попробуй меня развязать.

– Сейчас. Да кто же такие узлы вязал? Это не по правилам, они не поддаются. – Нечаева знала, что говорила, ведь одно время она увлекалась скалолазанием, и ей пришлось освоить многие типы узлов. Она буквально помешалась на этом увлекательном занятии, ходила по своей квартире и завязывала все, что ей попадалось под руку. Тренировалась, что называется, на кошках.

– Брось это занятие. Попробуй найти какой-нибудь нож.

Алина огляделась по сторонам и сказала:

– Здесь нет ничего.

– Я слышала, как бьется стекло. Что это было?

– Мне пришлось разбить окно, потому что входную дверь эти козлы закрыли на замок. Полька, а ты была права, параллельные кривые иногда пересекаются.

– К черту кривые! – рявкнула я. – Нужно что-нибудь острое. Иди за осколками стекла.

– Сейчас. – Алинка убежала в соседнее помещение и через несколько секунд вернулась обратно с двумя большими осколками. Один из них был треугольный, а второй – дугообразный, напоминающий по форме серп.

– Потерпи, я скоро.

– Ты уж поторопись, а то я действительно больше не могу терпеть.

– Поля, а почему ты мне по телефону не сказала, что тебе угрожает опасность? Думала, что после того, как я тебя вхолостую страховала около «Шикилы», я больше не соглашусь, да?

– Алина, о чем ты говоришь? Я понятия не имела, что попаду в ловушку. – Я вкратце передала ей разговор с Якуниной.

Нечаева настолько заинтересовалась моим рассказом, что даже перестала пилить.

– Поля, скажи, а какой у нее голос был? На мужской похож?

– Нет, мягкий такой, заискивающий. Алина, ты пили, пили, – напомнила я своей задумавшейся подружке.

– Это была не Якунина. – Нечаева наконец выдала результат своей умственной деятельности и стала работать физически. – Я с Зоей Валерьевной общалась. У нее голос очень низкий. Поздравляю, моя дорогая, тебя развели.

– Спасибо, что подсказала, а то я до сих пор жду Якунину с акциями.

– Значит, ты догадалась?

– Более того, мне кажется, это Кудряшова звонила.

– Почему именно она?

– Я тут недавно с ней на улице двумя фразами перекинулась...

– Так, ноги свободны, – перебила меня подружка. – Сейчас буду освобождать руки. Сиди и не дергайся, а то я тебя порежу ненароком.

– Алина, а как ты-то сюда попала?

– Вот чудачка, ты же мне сама адрес продиктовала!

– А как ты нашла третий корпус? Он черт знает на каком расстоянии от первых двух находится. Я полгорода опросила, прежде чем напала на того, кто мне дорогу к нему показал. Лучше бы не нападала.