Следы смоет дождь - Марина Серова

— Очень хочется этому верить.

— А ты верь, — бодрым голосом повторила я. — Недолго осталось.

Я выключила в комнате Ксении свет и пошла одеваться.

Следовало одеться во все черное, чтобы меня как можно меньше было видно в темноте. На голову я повязала темно-синюю косынку, прикрыв свои белокурые волосы. Черные джинсы, куртка, кроссовки дополнили экипировку. Набор шпиона.

Я надела кобуру и еще раз проверила свой «макаров». Все в порядке. Взяла я на всякий случай и наручники, чтобы можно было сковать убийцу. Еще раз посмотрела на фотографию Игоря, хотя в любом случае не ошиблась бы. Потом закрыла дверь и тихо вышла на улицу. В последний момент я взяла с собой сумку, дабы своим видом не особо вызывать подозрения. На самом деле, как-то странно выглядит человек, особенно женщина, если идет по улице без сумки. А мне нетрудно ее понести. Зачем нарушать традиции?

Сначала мне надо было попасть к Кате, чтобы попросить у нее ключи от той квартиры, ведь она, к счастью, сегодня дома собиралась ночевать.

Я поймала частника, правда, с большим трудом. Никто в такой час останавливаться не хотел. Пришлось пока темный платок с головы снять, чтобы уж совсем тенью не выглядеть. Увидев мои светлые волосы, смельчак все же нашелся.

Я доехала до Одесской, нашла дом Катерины, поднялась и позвонила в дверь.

— Здравствуйте, — сказала я высокому статному мужчине, очень похожему на Катю. Вернее сказать, это Катя на него походила, потому и сомнений быть не могло, что передо мной ее отец. — Извините за поздний визит. Катерину можно увидеть? Мне буквально на несколько минут, — пояснила я, видя, как округляются его глаза.

— Проходите, — отец Кати отступил в глубь коридора.

Я не стала входить, а осталась стоять на лестничной клетке. Лучше нам здесь поговорить. Через минуту вышла Катя.

— Что-нибудь случилось? — сразу спросила она.

— Да нет, ничего особенного. Я, знаешь, хотела попросить у тебя ключи от той квартиры, что вы с Сашей снимали. На один вечер дашь?

Я сделала многозначительное лицо. Рассуждала так: если Ксения поверила, что мне надо встретиться с Алексеем, то почему бы не поверить в то же самое и Кате. Но, видно, не на ту напала.

— Только не говори мне, что ты собираешься там со своим дружком ночевать, — опередив мои объяснения, с ходу заявила она.

— Почему не говорить? — удивилась я.

— Потому что я в это не поверю. Я все поняла. И тоже об этом думала.

— О чем? — прикинулась я дурочкой.

— О том, что там, наверное, сегодня ваш Садомцев ночевать будет.

— Умна ты, Катюха. Что ж. Только ключи не забудь дать.

— Подожди.

Скоро она вышла и подала мне ключи. Я спросила на всякий случай адрес квартиры, так как не очень хорошо помнила дорогу. Катя предложила меня проводить, но я наотрез отказалась, сказав, что найду сама. На том и расстались.

Пошла я тем же путем, каким шли мы с Катериной в прошлый раз. В таких случаях меня всегда выручает профессиональная память. Тогда я специально ничего не запоминала, приметы машинально откладывались в голове, и сейчас я их узнавала. Вспоминала вывески, скверики, расположение домов. Я знала, что иду правильно.

Сердце мое было не на месте. Мне очень хотелось встретиться с этим мерзавцем Игорем и поговорить с ним один на один. Потом, конечно, я сдам его Мельникову, но все же сначала хотелось, чтобы он и от меня кое-что выслушал. Интересно, а Садомцев меня знает в лицо?

Об этом я как-то не думала раньше. А деталь немаловажная. Если он меня не знает, то я могу запросто заявиться в квартиру как знакомая Кати, которой она дала ключи. Но если он сразу поймет, кто я такая, тогда будут, естественно, осложнения.

Но к ним я всегда готова. А сейчас особенно. Да, правда, чего вдруг я так волнуюсь? Ситуация складывается гораздо более выигрышная, чем для Садомцева. Я ведь приду внезапно. Не думаю, что он сидит и меня ждет.

Путь мой подходил к концу. Я увидела дом. Все окна в нем были темными, кроме одного на пятом этаже. Но это точно не то окно. Этаж не совпадает.

Я стояла и пыталась представить себе, куда выходят окна той квартиры. По всем подсчетам получалось, что на эту сторону. Этаж второй. Я отсчитала от конца второе окно — помнится, под ним еще крыша магазина была — и всмотрелась в него. На какую-то секунду мне показалось, что внутри мелькнул какой-то отблеск. Может, свечи? Наверняка Садомцеву не хочется выдавать свое присутствие, вот он и сидит со свечой.

Больше ничего не заметив, я надела платок и начала подниматься по лестнице. Пистолет вынимать я пока не стала. Решила все же разыграть ситуацию, что Катя мне, ее знакомой, дала ключи.

Я подошла к двери и сначала послушала. Тишина. Я осторожно вставила ключ в замок и повернула два раза. Замок предательски щелкнул. А потом еще и дверь заскрипела, когда я стала ее открывать. Тянуть больше не имело смысла — излишняя осторожность сейчас могла, наоборот, только вызвать подозрения, если внутри кто-то есть.

Я захлопнула дверь, наткнулась в коридоре на непонятный предмет, специально громко выругалась, чтобы меня было слышно, а потом стала искать выключатель, комментируя свои действия словами. Наконец мне удалось найти его, и я включила свет.

В тот же момент я услышала в комнате шум. Кто-то опрокинул стул. Я мигом оказалась там. Было темно, но пахло только что горевшей свечкой. Я увидела, как чья-то тень дергает оконную раму. Я ринулась, хотела остановить этого человека и тут снова споткнулась. Да так сильно, что даже упала. Я услышала, как человек спрыгнул на железную крышу магазина внизу. Раздался грохот. Именно в тот момент я вскочила и подбежала к раскрытому окну.

Не выжидая, одним прыжком тоже оказалась на крыше. Человек стоял не двигаясь, очевидно, придумывая, как спуститься вниз. Я бросилась к нему и крепко схватила его за куртку. Потом дернула на себя, опрокинула на спину, села сверху и с большим удовольствием врезала ему прямо в нос.

Человек схватился за лицо, а я без промедления надела на его любезно сложенные руки наручники.

— Попался, голубчик, — удовлетворенно произнесла я.

— Таня? — услышала я в ответ, и голос показался мне очень знакомым.

Я встала и потянула мужчину за руки, чтобы он тоже поднялся. Он совсем не сопротивлялся, а даже, наоборот, услужливо делал все, что я от него хотела. Мы влезли обратно в комнату, я толкнула его на диван, закрыла окно и наконец включила свет.

— Привет, — на диване, откинув голову на спинку, чтобы приостановить капающую из носа кровь, держа скованные руки перед собой, полулежал… Алексей собственной персоной и удивительно мило мне улыбался. — Я так рад тебя видеть.