РЕПЕТИТОР - Олег Мазурин

— Вы тоже берегите себя!..

К Роману Степановичу подошла вежливо улыбающаяся стюардесса и спросила:

— Желаете покушать или выпить чего-нибудь, господин Шмидт?

— Кушать потом, сейчас принесите пару бутылок хорошего шампанского. Я отмечу победу с друзьями.

— Французское шампанское «Сlos Du Mesnil» урожая тысяча девятьсот девяносто пятого года всего за восемьсот долларов вам подойдет?

— Вполне. Несите его. И еще…

— Слушаю…

— Черной и красной икры и шоколадных конфет для дам.

— Хорошо, я принесу… Извините за нескромное любопытство, а какую победу вы празднуете, господин Шмидт?

— Над своим страхом, милочка, над своим страхом.

— ?..

В глазах стюардессы застыло немое удивление…. А толстые губы Шмидта растянулись в счастливой улыбке.

* * *

Вот и пригодился ключ! Тураева вместе с Варей зашла в квартиру Большакова. Игоря они нашли на кухне. Он сидел за неубранным столом в великой печали и пил водку. Но она уже не лезла в рот.

— Ольга?! Варя?! — сильно удивился Большаков, увидев любимую с дочкой.

— Дядя Игорь! — обрадовалась девочка и бросилась к нему на шею.

— Варя! — воскликнул Игорь, обнял девочку, и скупые мужские слезы закапали по его заросшей многодневной щетиной щекам.

Ольга пнула пустую бутылку и в ярости заорала:

— Тряпка! Раскис! Мне угрожает опасность, а ты здесь сидишь, пьешь горькую! Обиделся, значит?! Мужик называется!

— Кто?! — Игорь вмиг протрезвел. — Кто тебе угрожает?!

— Что конкретно их перечислить?! Поименно?! Мои враги — вот кто!

— Я их перестреляю! Я сейчас!..

— Куда ты?!

Игорь стремглав кинулся в спальню. Захлопали дверки углового шкафа, загремели полки. Вскоре Большаков появился во всеоружии. За ремнем сбоку торчал все тот пистолет Стечкина, пара запасных обойм, спереди армейский нож, а в руках бывший спецназовец сжимал две гранаты.

— Показывай кто, я разберусь! Обещаю!

— Ты что с ума сошел?! — воскликнула Тураева. — Хочешь, чтобы нас менты арестовали по дороге в аэропорт. Оставь все это дома. Мы улетаем во Францию.

— Во Францию?! Зачем?!

— Мне действительно угрожает смертельная опасность и нужно временно покинуть Россию. Теперь ты все понял?

— Понял. Что делать?

— Что делать? Сейчас подскажу. У тебя заграничный паспорт есть?

— Есть.

— Отлично, отлично! Значит, едем все втроем. Времени у нас нет, так что собирайся живее. И оденься поприличнее. Костюм, белую рубашку, галстук. Вещей поменьше бери. Уезжаем налегке.

— Ура! — радостно воскликнула Варвара. — Дядя Игорь с нами!

— С вами, с вами, Варюха, куда я от вас денусь!

— Дядя Игорь, а пистолет настоящий?

— Самый что ни на есть настоящий.

— А можно его потрогать?

— Ни в коем случае, Варя — вдруг выстрелит. Это не игрушка для детей.

— Я уже большая. Ну, дядя Игорь…

— Нет, нет, и не проси…

Тураева позвонила своей знакомой.

— Лана, о, приветик! Как дела? Нормуль. Вот и хорошо! Ланочка, какой ближайший рейс до Парижа? Ага… Так-так… Ага… Отлично, отлично. Это меня устраивает. Значит, мне три билета до французской столицы. Сейчас сброшу эсмээс с паспортными данными… Ага… Ну, пока! Целую!

И уже обратилась к Большакову:

— А ты что стоишь?! Собирайся немедленно! И побриться не забудь! Зарос как Робинзон Крузо!

— Я мигом!..

И Игорь пошел разоружаться, бриться и одевать костюм.

…И вот все приготовления позади. Большаков стоит в приличном сером костюме, на нем белая рубашка, черный с белыми косыми полосками галстук, на ногах — начищенные до блеска черные туфли. В руках Игоря — пластиковый чемодан на колесиках и выдвижной ручкой. На глазах — темные очки. Лицо Тураевой тоже скрывают черные очки и повязанная на голову косынка — чтобы никто не узнал!

Они спустились вниз и вышли из дома.

Возле подъезда стояла Ольгин «Ауди» 9 и два тонированных внедорожника «Порше Кайен» и «Мерседес» с блатными номерам. Игорь заметил двоих кавказцев у «Порше». Кажется, чеченцы. У них оттопыривались бока пиджаков. Большаков сразу понял: под ними либо укороченные пистолет-пулеметы, типа «Кедр» или «Скорпион», либо пистолеты «Стечкины» или «Гюрза». Чеченцы любят хорошее и качественное оружие. Это у них в крови.

Ольга села за руль, а Игорь — рядом.

— Кто это?

— Как сядем в самолет, я тебе все рассажу.

— Это чечены?

— А что тебя удивляет?

— Я их не перевариваю еще с войны.

— Обойдешься. Это мои друзья. И очень надежные. Я попросила одного человека защитить нас.

— Зелимхана?

— Да его. Ведь тебя одного недостаточно, нужна внушительная сила.

— А им можно иметь оружие? Нас не тормознут?

— Им можно. По документам они сотрудники эмвэдэ и фээсбэ по Чеченской республике. Так что они всегда отмажутся от любых полицейских.

Чеченцы тоже расселись по машинам. Первый джип «Порше Кайен» пошел вперед, за ним последовала «Ауди», а замыкал колонну второй джип охраны — «Мерседес».

Большаков молчал, молчала и Ольга. И тут она решилась на откровение.

— Я хотела попросить у тебя прощение за те слова. У меня нервы тогда сдали. Прости. Я люблю тебя.

Она поцеловала его в щечку. Большаков засиял.

— И ты меня прости. Завелся я тогда, приревновал. И я тоже тебя очень приочень люблю.

— А меня? — спросила Варя.

— Конечно и тебя! Как без тебя, Варюха, жить! Я вас обеих уважаю и люблю!

— Дядя Игорь, мама мне обещала, что когда приедем во Францию, то она сводить меня в парижский Диснейленд и парк развлечений «Астерикс». Вы же с нами тоже пойдете, дядя Игорь?

— Сходим, Варя, обязательно сходим, — уверил девочку Большаков. — Главное добраться до городу Парижу. А там посмотрим, куда в первую очередь сходить.

* * *

Объединенную спецгруппу охранников от «Орегона» и «Дрим Юнион Банк» по воле Мезенского возглавлял Олег Зараев, а руководил этой совместной операцией Сиплов. Из своего кабинета.

Наблюдение за Тураевой продолжалось…

Олег сообщил Сиплову:

— Она выехала с дочкой и двумя чемоданами. Но ее сопровождают два джипа, а там, по-моему, чечены. Они, кажется, вооружены, стоит ли связываться с ними, Аркадий Анатольевич?