Нокаут по наследству - Марина Серова

Я снова села рядом с ним.

— Продолжим?

— Мне все равно.

Пока меня не было, его браваду сменила апатия. Скоро она уступит место агрессии.

— Так, новая глава. Оказавшись в Москве, ты первым делом заявляешься к Игнатьеву, но целуешь дверь. На что ты надеялся, непонятно. Дядя Боря жил один, и после того, как скончался, в квартире никто не жил. Но тебе нужно было убедиться в том, что в доме Игнатьева реально пусто. Но как попасть в чужую квартиру?

Ты не взломщик, Вадим. За всю свою жизнь ты не вскрыл ни одной запертой двери. Брал лишь то, до чего добраться очень легко. К примеру, легче легкого стащить что-то у заказчиков, пока они отвлеклись на свой переезд. Что может быть проще, чем пробежаться по дому и засунуть в карман какие-то вещицы? Но вскрыть сейф, к примеру, ты бы не смог. Нет опыта. Поэтому и не смог справиться с замком в тот день, когда тебя заметила Клара Николаевна.

— Прикинь, она меня после не узнала! — сказал Вадим.

— Или узнала, но не поверила своим глазам, — сухо заметила я. — Такое случается с людьми, которых убеждают в том, что они находятся в безопасности. Я дала понять ей, что ты надежен, что тебе можно доверять.

— Ну а ты-то как догадалась, что это был я?

— Не сумев справиться с замком, ты целенаправленно стал рваться к соседке, — ответила я. — Только несколько человек знали о том, что ключи от квартиры Игнатьева находятся у нее. Ты один из них.

— Вау, — поразился Вадим, — какая очевидность! А почему ты не подумала, что это мог быть кто-то другой? Владимир, к примеру? Такая мысль в голову не пришла? Он же псих, если ты заметила. Он больной человек. Он нервный, и он вполне мог бы психануть и пнуть чужую дверь, если выйдет из себя, разве нет?

— Мог. Только в этот момент он действительно был на работе. Мне жаль, Вадим. Я успела проверить его маршруты. А вот теперь я подошла к самой интересной части своего повествования.

— Слушаю очень внимательно, — обронил Вадим. — Только все же дайте мне воды. Эй, кто-нибудь!

— Итак, тебе нужно попасть в квартиру Бориса Семеновича. Ты мог бы стащить ключи у Клары Николаевны пока мы были в ее квартире, но, увы, не знал, где она их хранит. Ходить по соседям тебе и в голову не приходит — не вариант. И ты решаешь пойти другим путем. Игнатьев тяжело болел. По его адресу ты находишь поликлинику, к которой он был прикреплен, и приходишь туда в надежде разузнать о том, кто занимался лечением горячо любимого Бориса Семеновича. В поликлинике тебе сообщают, что с твоим родственником общалась одна из сотрудниц. Помогала ему по дому, скрашивала одиночество, следила за тем, чтобы не остался голодным и вовремя принимал лекарства. И вот тогда на сцене появляется молодая медсестра Марина.

— Опаньки, — не выдержал Миша.

Я вздрогнула. Миша перемещался так неслышно, что я не замечала, в комнате он или нет.

— Уж не знаю, что ты там наговорил ей, — сказала я, — но вскоре ты решил две проблемы сразу: получил внимание и подобрался поближе к своей цели. И все это ты сумел провернуть за один день.

— Она была не против, кстати, — обронил Вадим. — Видно, очень любви хотелось.

— Почему ты решил, что она поможет тебе попасть в дом к Борису Семеновичу?

— Добрая пожилая санитарка, у которой я спросил про Марину, откровенно слила все, что мне было нужно. Душевная женщина. Рассказала, что девушка очень хорошая, всякому поможет. Некоторые ей даже ключи от своих квартир оставляют, чтобы с кровати не подниматься, когда она приходит. Собственно, я узнал все, что хотел. Дело оставалось за малым.

— Узнать, есть ли у нее то, что тебе нужно, — сказал Миша. — А потом, получив желаемое, убрать ее.

— Она была такая отзывчивая, — прошептал Вадим. — Только неумная. И очень доверчивая.

— Это ее и сгубило, — продолжала я. — На другой день ты завел ее в парк и решил проверить содержимое ее сумки, потому что предыдущей ночью в ее доме ты ключи не нашел.

— Не знаю никакую Марину. Незнаком, — вдруг рассмеялся Вадим. — В глаза не видел.

Появившийся в комнате Владимир шагнул к дивану и с силой встряхнул Вадима за плечи.

— Улыбаться будешь в другом месте, — угрожающе произнес он. — Не беси меня. Порву, как грелку, и ничего мне за это не будет.

Пришлось прервать допрос и попросить Владимира выйти на лестничную площадку, где он мог покурить в открытое окно.

После этого Вадим перестал кривляться.

— Она слишком поздно понимает, что прогулка в безлюдном месте хорошим не закончится, и пытается уйти. Ты не даешь ей этого сделать. Задушив, продолжаешь рыться в ее сумке. Там нет того, что ты ищешь, и ты уходишь, спрятав тело Марины в палатке с инвентарем.

— Да-а, — глубокомысленно протянул Вадим. — Зря я так с ней.

Миша вышел из комнаты. И правильно сделал — его присутствие я ощущала всей кожей.

— Как ты догадалась, что я с ней переспал? — спросил Вадим.

— Ты сам мне показал дорогу к ее дому, — ответила я.

— Не понял…

— Я пошла в поликлинику за адресом Марины. Ты остался ждать в машине. Вернувшись, я сообщила, что адрес у меня, но показывать тебе его не стала. Просто не успела. Но тебе он был не нужен. Ты-то знал, куда надо ехать. И повез меня, не уточнив адрес.

— Это я лоханулся. Это я автоматически… — расстроился Вадим.

— Называй как хочешь. Потом ты тоже прокололся. К примеру, не стал подъезжать к ее дому. Знал, что тебя там смогут узнать. К примеру, старик, который целыми днями сидит на лавочке на детской площадке. Он знает Марину с детства и видел вас вместе.

Вернувшийся Миша принес мне стакан воды.

— Ты скоро? — поинтересовался он.

— Потерпи, — ответила я. — Осталось не так долго.

Миша кивнул и снова устроился у меня за спиной.

— Тебе ничего не остается, как воспользоваться мной, — сказала я. — Ты просто выбираешь момент, когда я остаюсь в доме Игнатьева одна, и понимаешь, что это твой шанс найти тайник.

— Так это я тебя тогда разделочной доской по голове приложил? — удивился Вадим. — Извини, не узнал со спины.

— Перестань паясничать, — попросила я. — Кроме тебя, больше это было сделать некому.

— Да ну? — округлил глаза Вадим.

— Ты везде оставляешь какие-то следы, — поморщилась я. — Словно хлебные крошки, по которым тебя можно найти.

— И в чем же я прокололся тогда?

— Ты украл прослушку, которую я установила на кухне. Только ты о ней знал. Не думаю, что ты смог воспользоваться «жучком», но уверена, что найду его в твоих вещах.

— Попробуй, — улыбнулся Вадим.

— А потом у тебя осталось совсем немного времени для того, чтобы найти тайник и забрать оттуда то, что Борис Семенович оставил твоей матери. Ты должен был успеть до появления Клары Николаевны, которая, забеспокоившись, могла прийти в любой момент. И знаешь что? — Я подалась вперед. — Ты обнаружил-таки тайник, но он был пуст. Осколки разбитой вазы, которые были на полу в кабинете. В ней ведь ничего не было, верно?