Встретимся в раю - Хейне Баккейд

На скамейке около автобусной остановки центра Тьёме сидят Милла, Йоаким, Ивер и Кенни. Все четверо едят мороженое. Они машут, заметив меня.

– Вот ты где, – говорит Милла и обнимает меня после того, как я пожимаю руки всем мужчинам. Она кладет мне ладони на плечи и смотрит в глаза: – Как ты себя чувствуешь, лучше?

– Да.

– Точно?

Я киваю.

– Абсолютно.

– Отлично. – Она оборачивается к Йоакиму, который еще не доел свое мороженое. Он выбрасывает остатки в мусорное ведро и достает ключи от машины.

– Что случилось с твоей рукой? – спрашивает Йоаким, пока мы идем к машине. Я подвернул рукава рубашки так, что было видно повязку.

– Упал, – отвечаю я, садясь в машину. – На рыбалке.

– О, так ты рыбачишь? У нас на даче есть лодка, может быть, ты захочешь…

– Он лжет, – вмешивается Милла, смотря на меня взглядом, полным разочарования и любопытства. – Торкильд не рыбачит.

Йоаким вопросительно смотрит на нас обоих в зеркало заднего вида.

– Она права – говорю я, – Извини.

– Так…

– Он тебе не расскажет об этом, – продолжает Милла. – Или расскажешь?

– Нет, – отвечаю я и поворачиваюсь к Кенни. Он смотрит в боковое окно. Пора воплощать в жизнь наш с Гуннаром план. – Когда ты приехал?

– Час назад.

– Надо было сначала позвонить мне, – говорю я.

– Что? – Кенни поворачивается ко мне.

– Двое – это компания, а трое – уже толпа, и все такое.

– Ты о чем?

– Тебе стоило остаться в Драммене. Ты нужен мне там.

– Нужен тебе? – Я вижу, как у Кенни вспыхивают щеки. – О чем, черт возьми, ты говоришь? – выпаливает он, переводя взгляд с меня на Миллу.

– Слушай, дружище, Оливия жива, а Роберта убили. Это уже не игра, все по-серьезному.

– Что?! – открывает рот удивленный Йоаким и чуть не сворачивает в канаву.

– Она жива, – повторяю я. – Они тебе не рассказали?

Йоаким пристально смотрит на Миллу.

– Что?

– Торкильд говорит, она звонила ему вчера, – уныло отвечает Кенни.

– Не понимаю, – стонет Йоаким. – О чем ты говоришь?

– Она жива, – спокойно отвечает Милла, хотя по ее тону я слышу, что она какая угодно, только не спокойная. – Оливия жива, и Торкильд ее найдет.

– Как… – запинается Йоаким, не в силах сформулировать предложение. – Где…

Мы с Гуннаром решили, что единственный верный метод – разделяй и властвуй: отодвинуть всех от меня и фрагментировать поток информации, чтобы заставить нашего друга выйти на свет.