Встретимся в раю - Хейне Баккейд

Кенни кивает и слегка хрюкает.

– Ждешь лета?

Он слабо качает головой и берет бутылку пива, которую я принес.

– Итак? – Кенни делает глоток пива и смотрит на меня. – Что ты задумал?

– В каком плане?

– Езжай домой, ты нам больше не нужен, вот это все? Я знаю Миллу уже двадцать лет и…

– Я разделяю нас на группы, – отвечаю я, смотря на морскую гладь. Я закатываю рукава до самого верха, повязка все еще белая, значит, рана уже не течет.

– Я понимаю. Но зачем?

– Если отвлечься от Оливии и дел об исчезновении? Что у нас остается?

– Милла, – отвечает Кенни, снова прикладываясь к бутылке.

– Да. Как будто мы работаем над двумя разными делами. Одно из них – дела об исчезновении, а второе касается мужчин, помогающих Милле найти Оливию. Они умирают.

– Так ты отправляешь меня в Драммен, чтобы защитить? Боже, как благородно. – Он поворачивается ко мне вполоборота и поднимает указательный палец. – Давай-ка я тебе кое-что расскажу, Аске. Я работаю в полиции уже тридцать лет, и я…

– Ты не поедешь домой в Драммен, – говорю я и беру у него пиво.

– Что-что?

– Ты поедешь на север Норвегии.

– Что?

– Север. Арктическая пустошь, горы в форме топоров, фьорды, населенные исключительно чайками и овцами и вызывающие клаустрофобию. Ты бывал там?

– Что? – повторяет Кенни. – Да, я там был. А что…

– Мы с Миллой поедем на юг, а Ивер останется в Драммене и добудет новую информацию про жизнь Свейна Борга в России. Остается только одно дело.

– Старик с Лофотен?

– Верно.

– Но почему?

– Борг рассказал мне, что родился там, на севере. Кроме того, в нашей хронологии кое-что не сходится. До того, как начать свое турне, Борг прячется где-то целый месяц. Нужно выяснить, зачем он это делал и где прятался. Мы знаем, что Борг забрал телефон Эклунда, убив его и его девушку в Швеции. С этого телефона он звонил Лив в Оркдал и последующим жертвам, пока тела Эклунда и девушки не были найдены и родители не заблокировали этот номер. Но ведь Ивер также рассказал, что с этого телефона звонили на телефон матери Борга. Значит, телефон матери был не у самого Борга. Звонок отследили около станции в Свольвере. Так кому же Борг там звонил?

– Ага, теперь понимаю. – Кенни допивает остатки пива и выбрасывает бутылку в воду, она исчезает в солнечном свете до тех пор, пока горлышко не всплывает. Оно качается на воде, медленно уплывая все дальше. – Ты разделяешь нас не для того, чтобы защитить, ты делишь поток информации. Ха-ха-ха. Ты думаешь, один из нас кормит убийцу информацией. Нет-нет. – Он останавливается и смотрит на меня. – Все еще хуже, да? Боже, какой я идиот, – он хватается за голову. – Ты думаешь, он среди нас, да?

– Нет, – отвечаю я.

– Как это нет, когда именно так ты и думаешь. Твою мать, ты думаешь он один из нас.

– Вы с Ивером были в Драммене, Милла с Йоакимом здесь, в доме, когда убили Анн Мари.

– Так ты всех нас проверил?

– Конечно. Гуннар Уре проверил ваши мобильные данные. Так что, – я развожу руками.

– Ах ты циничный маленький дьявол, – смеется он и всплескивает руками.

– Естественно, это не означает ничего, кроме того, что трафик мобильного показывает, где находились сами аппараты, но не их владельцы.

– Само собой, – присоединяется Кенни. – Но вы с этим Уре готовитесь расставить ловушки, правда?

– Ага. – Я кладу руку на повязку и прижимаю ее. Это не так больно, как сжимать изуродованную щеку, но боль все же помогает подавить жажду таблеток. Уже почти сутки, как я ничего не принимал, и тело дает об этом знать. – Вы все можете соскочить, когда захотите, – говорю я. – Только мы с Миллой не можем сдаться.

– Черт, – вздыхает Кенни. – Черт, черт, черт.

– Так ты в деле?

– Я не был на севере со времен армии.

– Ненавижу это место, – говорю я.

Кенни качает головой.

– Ты отличный полицейский, Кенни. Может быть, тебе удастся что-нибудь там раздобыть.

– И никто не будет ничего знать?

– Только я. И выключи телефон, не включай его, пользуйся отельным или купи карточку.

– А, понял. У всех есть друг в «Теленоре»?

Я киваю.

– Ты в деле?

Он выставляет руки перед собой.

– Мне нужно еще пиво.

Затем он встает и направляется к дому.