Безымянная - Эльза-Та Манкирова

– А, может, она сама и слила эти фотки, – предположил Тимур. – Скинула с левого номера Степану, а он и рад стараться.

– Я напишу Эмилю. Мне просто необходимо узнать детали этой истории, – Белка сгорала от любопытства.

Ей удалось очаровать брата Эмилии. Она рассказала ему всё как есть – про наш клуб «Вторник» с разгадыванием загадочных историй, про то, как Настя вспомнила «Дело о каше с корицей», и то, как мы за завтраком в кафе пытаемся узнать кому же мстил «Дух Эмилии».

С разрешения Белки Эмиль позвонил ей прямо в Вконтакте.

– Я помню Настю. Они вместе устраивались на работу. Я как-то подвозил сестру и видел ее. Эмилия хорошо отзывалась о ней. Ей было стыдно, когда она разыгрывала ее в кафе, печально вздыхая. Эмилия в школе играла в театральном кружке, она та еще актриса! А эту цитату «Я обречена» у Кинга стырила.

– А как она сделала так, чтобы каждый день в микроволновке пахло корицей?

– Расскажу по порядку. Об этой вакансии Эмилька узнала неслучайно. Наша тетя работает в этом бизнес-центре начальницей клинингового отдела. Она каждое утро приходит в офис контролировать работу уборщиц, иногда пила чай с сотрудниками, трепалась с ними о том о сём и одной из первых узнала о появившейся вакансии.

Эмилия не планировала сбегать с работы через два месяца. Всё началось с домогательств некоего Степана. Он просто не давал ей проходу. А когда она отшила его, стал ей пакостить. Я об этом только недавно узнал, иначе бы поехал и рожу ему начистил хорошенько. Во время свадебного путешествия другой ее поклонник, кажется, Олег, написал ей про нелепые сплетни, которые начал распускать Степан. Типа Эмилька по утрам греет кашу с корицей и пьет чай как мужик. Вот тогда-то ей и пришла в голову идея ради шутки «превратиться в мужика», чтобы он отстал от нее. Кстати, потом выяснилось, что этот Степан взял фотки из инстаграма сестры и стал рассылать их сотрудникам от ее имени, чтобы выставить ее идиоткой. У него был доступ к почтовым ящикам новых сотрудников.

Ну а потом, когда он скинул в чат «доказательства» того, что Эмилия сменила пол, и на нее посыпалась куча дерьма от сотрудников, она не захотела больше работать в таком коллективе. То, что поначалу казалось ей безобидным приколом, вылилось в волну хейта. Никто даже не попытался поговорить с Эмилией, узнать, правда ли это вообще. А она была уверена, что все поймут, что это розыгрыш.

После выходных тетя принесла пончики в их офис, напросилась на кофе и между делом рассказала про слух, что Эмилия утопилась на даче. Якобы она услышала эту новость в туалете из разговора двух девушек из соседнего офиса, которые якобы вместе с Эмилией ходили на йогу. В соцсетях со старым именем сестра больше не появлялась, завела новые страницы, и ее бывшие коллеги купились.

А потом началось шоу. Каждое утро до появления сотрудников тетя грела булочки с корицей в их микроволновке. А песню Шуры то якобы ловила на радио, то включала ее в машине под окном, то муж Эмильки как-то раз зашел в офис под видом потенциального клиента, и у него «вдруг» зазвонил телефон именно этой песней. Он потом рассказывал со смехом, что реально видел дикий ужас в глазах сотрудников.

Узнав тайну каши с корицей, мы распрощались с Эмилем и помахали Насте в окно, чтобы она возвращалась. Нам казалось, что ничего нового мы уже не узнаем, но мы ошибались.

– Ты чего так долго?

– Да Олега как понесло! Стал сплетни всего офиса за весь этот период перечислять! Так бы я его заткнула, но мне ж нужно было у него информацию выудить. Так что пришлось слушать, – Настя закатила глаза. – Вы не поверите! Оказалось, Стёпа совсем тронулся на теме духа Эмилии. Уволился и ударился в религию, чтобы грехи свои замаливать.

– Да ладно! Реально?!

– Если не верите, посмотрите сами, – она покосилась в сторону священника в дальнем углу. – Я сначала подумала, что мне померещилось, но это действительно он. Правда, обрюзг с того времени.

Мы все повернулись к его столику и уставились на Степана в рясе.

– И ест кашу с корицей, – заметил Тимур.

– А, прикол! Олег сказал, что какая-то уборщица в офисе рассказала поверье о том, что духи успокаиваются тогда, когда их слушают, и посоветовала следовать их знакам. По ее словам, запах каши с корицей давно исчез бы, если бы они начали есть ее по утрам. Олег говорит, что в офисе сначала все ржали над этим поверьем, но это реально сработало! Того, кто начинал есть кашу с корицей, переставал преследовать этот запах. Что вы все ржете? Не надо мне говорить, что тут нет ничего мистического, и они просто привыкали к запаху корицы!

– Ладно-ладно, мы тебе верим, – рассмеялся Никита.

– Ха! Год прошел, а он до сих пор ест эту кашу! – воскликнула Алекс. – Какой же он фу!

– А я вот еще думаю, что Олег тоже противный! – поморщилась Белка. – Кадрился к Эмилии, а потом ее бородатые фотки Насте показывал и угорал над ней.

– Олег кадрился к Эмилии? С чего вы взяли? Я опять что-то пропустила? Колитесь давайте!

Мы принялись рассказывать ей ту часть истории, которую нам поведал Эмиль.

Спустя час наша компания с радостным бодрым настроением покинула кафе, чтобы проводить именинника на другой проезд. При выходе я немного замешкалась в дверях и случайно толкнула шагавшего передо мной Никиту. От моего удара в бок он выронил свою книгу.

– Ой, прости! Я нечаянно.

Никита только улыбнулся в ответ и собрался наклониться за «Грозовым перевалом», но я его опередила. Из распахнутой книги выпал полароидный снимок. Я машинально подняла его, потом подумала, что наверняка это фотография его Аделины, и хотела отвести взгляд в сторону, чтобы случайно не подсмотреть, но мои глаза уже поймали изображение.

Судя по подписи на белой рамке, снимок был сделан семь лет назад в летнем лагере на берегу Черного моря. Четыре девчонки со смехом дурачились на пляже. Ветер играл в их волосах и раздувал полы коротких платьишек в цветочек, а лучи солнца озаряли их счастливые лица.

Какие же юные они были! Белка, Алекс, Настя и… я.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ