В Париж на поминки - Назим Зейналлы

В холле у открытой двери стоял ошеломлённый “Малыш” и, не отрывая взгляда, смотрел на Чимназ. Рядом у ног валялась огромная сеть, а Маська висел, держась зубами за сеть и поскуливая, старался вырвать конец из его рук.

− Что случилось, Фуад?

Помотав головой, Фуад понемногу пришёл в себя, выпрямился, посмотрел на меня и спросил:

− Бейсбольные биты летели… Братья здесь?

Лицо Фуада выражало глубокую неподдельную печаль.

Я молча кивнул головой.

− От одной биты я успел увернуться, а другая проехалась по рёбрам.

Из кухни на шум и грохот вышла младшая сестра Сафуры − Рафига и закричала:

− Выходите и попросите прощения, дядя Фуад наш родственник, а вы его колотушкой. Как вы могли?

− Здравствуйте, рада вас видеть, − обратилась к нам она, вытирая руки полотенцем. — Вы извините, я занята обедом.

В дверном проёме появились братья с ухмыляющимися во всю ширь физиономиями:

− Мама, мы будем слушаться. Мы больше никого, − загундосили оба.

− Всё, колотушки конфискуем.

Сафура забрала, несмотря на протесты, бейсбольные биты, а мы с облегчением вздохнув, оглянулись. У дверей кухни стоял Маська с палкой во рту. А “Малыш” всё так же стоял как загипнотизированный кролик и смотрел на Чимназ. Мы прыснули, “Малыш” очнулся и начал краснеть.

− Я нужен?

− Да, надо продумать план действий.

“Малыш” отсутствующим взглядом посмотрел на нас, затем повернул голову в ту сторону, куда исчезла Чимназ.

− Кто она?

− Чимназ, родственница хозяйки.

− Чи. мна. з, какое красивое имя. Чи. мна..з. Замужем?

− Не знаем, наверное, нет.

Он встал лицом ко мне, если это можно так выразить при его росте, и схватил за рукав.

− Узнай точно и доложи мне.

− Не переживай, узнаем.

Мы внимательно посмотрели на притихшего влюблённого.

−Такого человека потеряли,− сделал заключение Фуад и махнул рукой.

Я прервал его и взял за плечо:

− Пошли, “Малышом” мы займёмся позже.

В кабинете мы расселись вокруг стола и начали думать, как нам быть. После долгого обсуждения Сафура вынула из сейфа и положила на стол пистолет “Макаров”. Мы с Фуадом переглянулись, ” Малыш” продолжал пребывать в прострации и поэтому никак не среагировал.

− Сафа, что это и откуда у тебя оружие?

− Пригодится? Хорошие люди дали, на время.

− Спрячь, пока дети не увидели. Перестреляют нас.

− Даже киллер не нужен будет.

− Точно, Сафа, пожалей нас.

− Они сюда не заходят, но вы правы, от греха подальше,− бросила пистолет в ящик стола и закрыла на ключ, но ключ оставила в замке.

Мы переглянулись.

− Тогда мы будем здесь заседать.

В кабинет влетела Чимназ, окинула всех взглядом, задержала его на “Малыше” и заявила:

− По лестнице поднимается дядя Максуд. Я побегу открою дверь.

Выходя из кабинета, ещё раз обернулась, бросила застенчивый взгляд на “Малыша” и, улыбаясь, выбежала.

Я и Фуад осторожно прошли в холл и, предчувствуя страшное, встали в стороне, прижавшись к стенке в ожидании сюрприза. Спасать Максуда мы, конечно, не собирались, но и зрелище мы не могли пропустить.

Максуд вошёл в дверь как дед Мороз, довольный и раскрасневшейся, широко раздвинув руки, в правой руке он держал саквояж, а в левой большой букет цветов.

− Здравствуйте все. Сафа моя, ты выглядишь прекрасно.

Сафура покраснела как девушка и тихо произнесла:

− Спасибо.

Маська, увидев хозяина, завилял хвостиком. В этот же миг в кухне началась непонятная возня. В дверном проёме появился младший из братьев с полным ртом еды, вытащил из кармана пращу, закрутил над головой и запустил.

Максуд сразу обмяк и с грохотом упал на паркет, саквояж отлетел в сторону, а букет цветов лёг ему на грудь: готовый труп, не хватало только соответствующего ритуального оформления.

− Yes, − закричали дети, начали подпрыгивать и махать руками.

Удар, как выяснилось, пришёлся по голове, в область лба. Побив Максуда от “души” по щекам и дав понюхать нашатыря, мы привели его в чувство и подняли на ноги.

− Землетрясение было? − спросил он дрогнувшим голосом, потирая лоб и ушибленную руку.

− Можно сказать и так, − я протянул металлический шар и кивнул в сторону подростков.

Жалкий и испуганный, он взглянул на нас, ища утешения и поддержки, но всё было напрасно.

Максуд понял, отвернулся и молча потрепал здоровой рукой братьев за головы.

− Мы не хотели, обижать дядю Максуда, − сказал младший надувшись.

− Мы ведь только пошутили, − поддержал его другой.

− Ничего, дети, главное, что не убили, − Максуд потрогал шишку на лбу и прихрамывая пошел по коридору навстречу Сафуре. − Только почему щёки болят?

Мы злорадно переглянулись. Максуд, полный самых мрачных подозрений, посмотрел в нашу сторону.

− Дети, вы уже совсем …Его только я имею право… В наказание, − она огляделась и махнула рукой, − садитесь и смотрите телевизор, не вставать без моего разрешения.

Мы вернулись в кабинет. Усевшись в кресло, Максуд выслушал нас и отверг все наши предложения.

− Всё, что они придумали, никуда не годится. Это бред двух… и покрутил пальцем у виска и выразительно посмотрел в нашу сторону.

Мы занервничали и судорожно покачали головами.

Максуд привстал и с напускной строгостью обратился к нам:

− Вы не согласны?

− Нет, конечно!

− И ты доверила им свою жизнь? − он повернулся, с упрёком посмотрел на жену и постучал по столу.

− Я не знаю, вы в конце концов мужчины, вам и решать, − Сафура встала, развернулась и вышла из комнаты.

− Советую вам начать серьёзно думать над этим.

Мы переглянулись.

− Максуд, давай своё предложение.

− Мы слушаем.

− Конструктивное, а не ля-ля, — Фуад нервно начал махать руками, − Что ты предлагаешь?

− Ребята, как были девочки в отеле? − тихо спросил он и оглянулся в сторону двери.