Пять баксов для доктора Брауна. Книга 2 - М. Р. Маллоу

Его совершенно не смущал ни гам, который стоял в баре от играющих в карты посетителей, которых, хотя было едва три, уже трудно было назвать трезвыми, ни отсутствие скатерти, ни сомнительная чистота помещения, в котором только, что не бегали бактерии со шпица размером — вообще ничего.

— А мне, — Д.Э. вспомнил, как в больнице мимо него везли тележку с горячим обедом, — показалось, что вполне неплохо вас там кормили…

— Ну, не то, чтобы плохо, — согласился Дюк. — Но просто, понимаешь, что ни возьмешь, все примерно одинакового вкуса: котлета вкуса больницы, картошка вкуса больницы… соус вон вообще вкуса приемного покоя, а компот — процедурной комнаты.

Компаньона передернуло.

— Эй! — он обернулся к стойке. — Принесите два бифштекса, поджаренный хлеб с чесноком и пирожное!

— А пить что будете? — гаркнул от стойки бармен.

— Какао! — тоже гаркнул Дюк.

В баре наступила тишина.

— Нет, ну а что? — Дюк хлопнул ресницами, оглядывая обернувшихся посетителей. — Могу же я хотеть какао?

— Какао вкуса какао, — прибавил он себе под нос, — а не карболки и не тряпки, которой моют пол.

— …и два кофе, — завершил заказ пришедший в себя Джейк. — Компаньон, по-моему, это хорошо не кончится.

— Почему это? — возмутился М.Р., мрачно созерцая то, что стояло теперь на столе. Стакан был в разводах, содержимое его — нечто мутное, по виду — вылитая вода для мытья полов. Официант, расплескавший на стол почти треть содержимого стакана, явно делал двум джентльменам большое одолжение.

М.Р. посмотрел на мутную лужу. Официант, а был он существенно моложе компаньонов, вразвалочку отправился за тряпкой. Тряпка шлепнулась на стол, как полуразложившийся труп и проехалась у самой груди М.Р., задев его рубашку.

Джейк придержал локоть компаньона: тот было распялил ноздри и чуть ли не собрался вскочить (мистеру Маллоу с голоду изменила обычная дипломатия), поймал взгляд хозяина, словно только того и ждавшего, и кивнул, показав два пальца.

— Вот это другой разговор! — обрадовался бармен.

Две порции виски поставили на стол уже куда более почтительно.

— Обед будет готов через пять минут! — сообщил парень.

— Сэр, — поинтересовался Дюк, — а что это на вас надето?

Джейк дождался, когда официант уйдет, и задумчиво достав сигареты (компаньон тут же цапнул одну себе), ответил:

— Досталось по случаю.

— А то, которое было, ты куда подевал?

— Ну, мне, знаешь, надо отдать в чистку брюки.

Он прикурил сам, дал прикурить М.Р. и продолжил:

— С аттракционом «Веселые мусорщики» пора заканчивать. Мне больше не верят. Да и с историями стало трудно.

— Точно, — согласился Дюк. — А делать что?

Мистер Саммерс шикарно вытянул длинные ноги в белых штанах.

— А вот об этом, — изрек он, — мы с вами, сэр, и будем сейчас думать.

Он пустил в потолок несколько колечек дыма.

— Ничего себе ты насобачился, — завистливо сказал компаньон.

— Один мальчуган показал, — довольно улыбнулся Джейк. — Ну и детки пошли, я тебе скажу: маленький, глазастый, мухи, можно сказать, не обидит — а такие штуки умеет! Да, так вот: оглянитесь по сторонам, сэр!

— Я уже оглядывался.

Дюк уткнулся в тарелку.

Кто-то громко рыгнул, еще кто-то постарался сделать это еще громче, но их обоих начисто уделал настоящий мастер — толстый, лысый, как бильярдный шар, мужик с синеватым от бритья мягким двойным подбородком.

— Нет, вы оглянитесь! — настаивал тем временем Джейк. — Кого вы тут видите?

М.Р. оглянулся по сторонам, нечаянно встретился с толстым глазами, и не успел ни сказать, ни даже подумать, как тот уже сидел за столиком двоих джентльменов, раздавая карты. Дюк посмотрел в глаза компаньону — тот, спокойный, как надгробие, кивнул, и компаньоны, чей разговор так бесцеремонно прервали, приступили к игре. Спустя десять минут М.Р. Маллоу, который, как мы помним, в покер играл неважно, понял, что понятия его компаньона о покере… э-э-э… отличаются от общепринятых. М.Р. Маллоу понял, что надо бежать, но лицо противника, в особенности, его мягкий синеватый подбородок до такой степени не имело выражения, что М.Р. впал в прострацию, в которой находился до тех пор, пока Д.Э., прикинув сумму общего с компаньоном проигрыша, не вынул из кармана сначала банкноту в десять баксов, потом в пять, потом еще горсть монет, не положил все это на стол, и не пододвинул к противнику. Сам Д.Э. Саммерс выглядел при этом почти таким же спокойным, как победитель.

— Эй ты, пижон!

Голос был гнусавым. Владелец голоса, сидевший за соседним столиком, опустил газету, которую держал в руках, и оказался высоким, худым креолом, очевидно, испанским или португальским, с впалыми щеками, пышными усами и грустными карими глазами.

Д.Э. медленно обернулся. Незнакомец ткнул в газету коричневым пальцем.

— Не про тебя ли здесь написано?

Нос говорящего, похожий на тонкую, длинную, шевелящуюся грушу, жил, кажется, собственной жизнью: непрерывно шмыгал и чвыркал.

— В прошедшие выходные был дерзко ограблен дом К.Х. Гилмана, 1552, Филлмор-стрит, — громко прочел незнакомец и втянул носом сопли. — В субботу вечером хозяева, владелец страховой конторы «Гилман и Ко.» и его супруга, находились в театре. Соседи утверждают, что заметили, как из окна выбрался человек, по виду лет восемнадцати-девятнадцати, роста приблизительно шести футов с небольшим, обутый в белые парусиновые туфли. Жена соседа, миссис Гамп, закричала, но грабитель уже скрылся из вида. По ее словам, он побежал в сторону Четвертой улицы. Ведется расследование.

Повисла тишина. Впрочем, не совсем тишина: некоторые из посетителей начали приподниматься с мест. Д.Э. Саммерс обозрел свои ноги.

— И что? — поинтересовался он. — Только туфли и рост? Не маловато ли?

Незнакомец сунул руку в карман. М.Р. успел только заметить, что стул незнакомца отлетел в сторону, а вскочивший Д.Э. впечатан лицом в стол, руки его скованы за спиной наручниками, а противник и деньги со стола исчезли.

— Да я понятия не имею, где эта Филлмор-стрит! — с трудом выговорил Джейк. — Меня вообще там не было!

— Да брось, — незнакомец ткнул ему в спину стволом револьвера, — где же был в субботу вечером, около шести?

— Ха, — сказал Д.Э. и попробовал выпрямиться, — в субботу вечером я еще был в Санта-Кларе, 1407, О’Фаррел, угол с Лагунастрит, в пансионе для мальчиков мадам Гландау! Убери руки, фараон!

— Где-где? — незнакомец засмеялся вместе с посетителями бара. — В пансионе для мальчиков? То-то, я смотрю, твой дружок так глазами хлопает. Ах ты, фиалка-семицветик!

В ответ на последние слова Д.Э. резко дернулся, тут же ударился скулой о стол, но успел лягнуть незнакомца в колено.