Дело Ливенворта - Анна Кэтрин

В ужасе я вскочил на ноги.

– Во всяком случае, я собираюсь попробовать. Мисс Элеонора стоит того.

– Это не поможет, – возразил я. – Если мисс Мэри виновна, она никогда не признается. Если нет…

– Она скажет, кто виновен.

– Не скажет, если это Клеверинг, ее муж.

– Скажет, даже если это Клеверинг, ее муж. Она не так преданна, как мисс Элеонора.

С этим я не мог не согласиться. Она не стала бы прятать ключи ради чьего-то спасения; нет, если мисс Мэри выдвинуть обвинение, она заговорит. Будущее выглядело достаточно мрачным. И все же, когда вскоре после этого разговора я оказался на оживленной улице, мысль о том, что мисс Элеонора свободна, заслонила остальные, наполняя меня и направляя, пока возвращение домой под дождем в тот день не стало одним из ярких воспоминаний моей жизни. Лишь с наступлением полуночи я начал постепенно понимать, в каком критическом положении находится мисс Мэри, если версия мистера Грайса верна. Но как только эта мысль захватила меня, ничто уже не могло прогнать ее из головы. Как я ни гнал ее, она довлела, порождала гнетущие предчувствия. К тому же я не смог ни заснуть, ни отдохнуть, хотя и лег рано. Всю ночь я метался по подушке, тоскливо повторяя про себя: «Что-то должно случиться, что-то обязательно помешает мистеру Грайсу осуществить свой ужасный замысел». Потом я вздрагивал и спрашивал себя, что может случиться. Сознается мистер Клеверинг? Вернется Ханна? Мисс Мэри проснется и произнесет слова, которые столько раз готовы были сорваться с ее уст? Но дальнейшие размышления показывали, насколько маловероятно каждое из этих событий, и мозг мой был полностью истощен, когда на рассвете следующего дня я наконец заснул и увидел сон, в котором мисс Мэри стояла с пистолетом в руке над мистером Грайсом. Из этого видения меня вырвал громкий стук в дверь. Торопливо поднявшись, я спросил, кто там. Ответ пришел в виде сложенного листа бумаги, проникшего в спальню из-под двери. Подняв его, я увидел, что это послание от мистера Грайса, и говорилось в нем следующее:

Немедленно приходите. Нашлась Ханна.

– Ханна нашлась?

– У нас есть основания так считать.

– Когда? Где? Кто ее нашел?

– Садитесь, я расскажу.

Сдерживая шквал надежды и страха, я придвинул стул и сел перед мистером Грайсом.

– Она не у меня в шкафу, – сухо сказал этот человек, наверняка заметив, как я в волнении и нетерпении обвел взглядом комнату. – Мы не знаем точно, где она, но до нас дошли слухи о том, что лицо некой девушки, очень похожей на Ханну, было замечено в окне верхнего этажа одного из домов – не пугайтесь! – в Р**, где год назад она имела привычку бывать, когда жила в гостинице с племянницами мистера Ливенворта. Теперь, когда установлено, что она выехала из Нью-Йорка в ночь убийства поездом *** железной дороги, хотя нам так и не удалось выяснить почему, мы считаем, что это стоит проверить.

– Но…

– Если Ханна действительно находится там, – продолжил мистер Грайс, – она прячется. Никто, кроме человека, принесшего нам эти сведения, не видел ее, и соседи не подозревают о ее присутствии в городе.

– Ханна прячется в каком-то доме в Р**? Чей это дом?

Мистер Грайс одарил меня мрачной улыбкой.

– В сообщении леди, у которой она нашла пристанище, зовется Белден. Эми Белден.

– Эми Белден! Имя, которое значилось на порванном конверте, найденном служанкой мистера Клеверинга в Лондоне?

– Да.

Я не стал скрывать радости.

– Значит, мы на краю важного открытия. Само провидение вмешалось, и мисс Элеонора будет спасена. Но когда вы узнали об этом?

– Ночью. Вернее, этим утром. Принес эту новость В.

– Значит, это ему кто-то сообщил?

– Да, полагаю, он хорошо поработал в Р**.

– И кто ему сообщил?

– Один уважаемый жестянщик, живущий по соседству с миссис Б.

– И вы только сейчас узнали, что Эми Белден живет в Р**?

– Да.

– Она живет одна или с семьей?

– Не знаю. Мне о ней ничего не известно, кроме имени.

– Но вы уже отправили В наводить справки?

– Нет. Дело слишком серьезное, чтобы он один этим занимался. Он может провалиться из-за обычной несообразительности.

– Короче говоря…

– Я хочу, чтобы поехали вы. Поскольку сам я не могу там быть, больше я не знаю никого, кто достаточно хорошо знаком с делом, чтобы довести его до успешного завершения. Понимаете, мало просто найти девицу и установить ее личность. Нынешнее положение вещей требует, чтобы арест столь важного свидетеля прошел тайно. Для того чтобы попасть в чужой дом в отдаленной деревне, найти прячущуюся там особу, запугать ее, уговорить, а возможно, и заставить, нужны ум, расчет, талант. А еще женщина, которая ее укрывает… Наверняка у нее есть на это причины, и их необходимо узнать. В общем, дело деликатное. Как думаете, справитесь?

– Во всяком случае, мне хотелось бы попробовать.

Мистер Грайс переместился на диван.

– Эх, какого удовольствия я лишаюсь из-за вас, – укоризненно пробормотал он, глядя на свои беспомощные конечности. – Но к делу. Как скоро вы можете выехать?

– Немедленно.

– Хорошо. В 12:15 есть поезд. Поезжайте на нем. В Р** сами решайте, как познакомиться с миссис Белден, не вызывая у нее подозрений. В поедет за вами и будет готов оказать любую помощь, если в этом возникнет необходимость. Только вы должны понимать вот что: поскольку он наверняка поедет загримированным, вы не должны его узнавать, а тем более обращаться к нему или вмешиваться в его планы, пока он сам не разрешит, подав знак, который нужно обговорить заранее. Вы будете заниматься своим делом, он своим, пока обстоятельства не потребуют взаимопомощи и поддержки. Я даже не могу сказать, увидите вы его или нет, возможно, он сочтет нужным оставаться в тени, но можете не сомневаться в одном: он будет знать, где вы находитесь, и, если вы покажете, скажем, красный шелковый платочек… У вас есть такой?

– Найду.

– Это будет означать, что вам нужна его помощь или вы хотите с ним поговорить. Вы можете носить платок с собой либо повесить в окне своей комнаты.

– Это все инструкции? – поинтересовался я, когда он замолчал.

– Да, больше я ничего не знаю. Вам придется принимать решения самому и учитывать обстоятельства. Заранее я не смогу сказать вам, что делать. Сообразительность – ваш лучший советчик. Только, если получится, завтра к этому времени свяжитесь со мной или сами приезжайте.

И он вручил мне шифр на случай, если я захочу телеграфировать.