Каторжанин - Владимир Колычев

– Ой! – пронзительно воскликнула Валентина Михайловна.

Молотов бросился на помощь жене. Знал, чем это для него может закончиться, но лучше умереть героем…

Но Сергей Викторович не умер.

– Матвей?!

Рита видела из кухни, как он вытягивается в струнку, как меняется у него выражение лица. И у нее у самой от волнения перехватило дыхание. Она даже почувствовала, как останавливается сердце.

Молотов бросился к сыну, а Рита так и осталась на кухне. Дрожащими руками достала из шкафа стакан, набрала из-под крана воды… Матвей был совсем рядом, родители спрашивали его, он отвечал, но Рита не разбирала слов. От волнения кровь с шумом пульсировала в ушах.

Она пила воду, но жажда, казалось, только усиливалась. Один стакан воды выпила, второй, но жажду не утолила. А третий стакан она осилить уже не могла: желудок не резиновый…

Кто-то зашел на кухню, Рита напряглась, закрыла глаза. Неужели она сейчас увидит Матвея? Но что ему сказать?

Кто-то тронул ее за плечо, и скрученная в ней пружина стала распрямляться. Матвей?!

Но за спиной стояла Валентина Михайловна. На Риту она смотрела внимательно и с мягкой насмешкой. Слезы в глазах. Она уже не видела в ней врага, скорее, наоборот… Размягчилось материнское сердце…

– Ну, чего стоишь? – кивком головы показала она в сторону прихожей.

Но Рита не нашла в себе сил сдвинуться с места.

Матвей сам зашел на кухню. Спокойно зашел, неторопливо, без суеты. И сам бесстрастный, невозмутимый, и на Риту посмотрел как на постороннюю, словно не узнал ее… Неужели Гена прав? Неужели она ему чужая?

– Здравствуй, – сухо поздоровался он.

Рита подавленно кивнула.

Изменился Матвей. Очень сильно изменился. Повзрослел, заматерел… Но именно таким она его и представляла.

И еще он казался холодным, неприступным. Но и это не стало для нее сюрпризом.

– Где твой муж? – все так же сухо спросил он.

– Мой муж?

– Да, твой муж.

– Ты знаешь?..

– Я все знаю!

– Ну, он дома… Он заказал твоего отца…

– Уверена?

– Он говорил… И Сергея Викторовича заказал… И тебя… Он сказал, что должен тебя убить…

– И ты пришла сюда, чтобы сообщить это? – Голос его значительно смягчился, взгляд потеплел.

– Да. И тебя бы предупредила, только я не знала, где ты… Гена про тебя говорил…

– Что Гена говорил?

– Он тебя ненавидит!

– Почему?

– Из-за меня. Он знает, что я тебя люблю… Любила, – невольно поправилась Рита.

– А сейчас?

– Сейчас ты чужой…

– А Гена? – Во взгляде Матвея мелькнула ревность.

– Я ушла от него… Я и раньше уходила… Мы с твоим отцом в деревне от него прятались…

– С отцом?! От Гены?! – Матвей удивленно повел бровью.

– А ты не знал?

Он качнул головой.

– Не мог я знать, – качнул он головой.

– А почему Гена знал, где ты? Почему он знал про тебя?

– Это я и собираюсь выяснить.

– Может, лучше расскажешь, как ты по бабам в своем Красносибирске гулял? – Рита не хотела об этом говорить, но с языка сорвалось.

– А замуж кто вышел? – едко усмехнулся в ответ Матвей.

– Что ты об этом знаешь? – с вызовом спросила она.

Какое-то время Матвей молча смотрел на нее, затем повернулся и стремительно вышел из кухни. Рита потянулась за ним, как подхваченный ветром листок, но сама же себя и удержала.

Да, она любила Матвея. Но унижаться она перед ним не будет. Ни перед ним! Ни перед кем!..