Каторжанин - Владимир Колычев

– Ко мне только Гену пропустят, – слегка улыбнулся Матвей. Он до сих пор не мог выйти из состояния легкого шока, в которое привела его встреча с Ритой. Да и свидание с родителями вывело из состояния душевного равновесия. – Но ты не бойся, до нас он не доберется.

Матвей приехал в Москву на машинах. И охрану взял такую, которая могла дать отпор даже ментам. На это раз его так просто не взять…

Все бойцы на местах – ждут, когда Гена заявится за Ритой. К встрече уже все готово. Но, конечно, будет лучше, если этого урода возьмут в его берлоге. Матвей уже выслал людей на этот адрес.

– Гена говорил, что ты жил в Красносибирске, – сказал отец.

– Куда ветром занесло, там и жил.

– Ты кем-то там был…

– Почему был? Я там сейчас и есть… А Гена хотел выбить меня с моего трона. И он, и с ним там…

– С трона?

– Папа, ты же хотел, чтобы я стал человеком, – усмехнулся Матвей. – И я стал человеком… Банк у меня свой. Большой банк. Через этот банк я держу весь город…

– Ты бандит? – осторожно спросил Сергей Викторович.

– Я – вор.

– Вор. И в бегах…

Матвей понимающе кивнул. Не тем он человеком стал, каким хотел видеть его отец. И для него нет никакой разницы, вор Матвей или бандит. Для него нет никакой разницы…

– Опасная у меня жизнь, папа. Очень опасная. Но и ты рискуешь не меньше. Я так понимаю, Гена откармливал тебя. Как кабанчика. Чтобы потом зарезать. Тебя в землю, а бизнес твой себе… Попал ты, папа. Но ничего, я тебе помогу.

Он и сам был кабанчиком, причем сожрать его собирались в прямом смысле. Он ушел от смерти, выбрался из совершенно безнадежной, казалось бы, ситуации… Но вряд ли отец придет в восторг, узнав об этой истории. Неинтересно ему, как он жил в бегах. Сын выжил, вернулся – только это имеет для него значение. Сейчас он может за него не волноваться, но впереди все равно опасения и страх за его жизнь. И он будет за Матвея трястись, и мама. Снова бессонные ночи на корвалоле… И за что им такое наказание?..

– Если сможешь, – грустно улыбнулся отец.

Матвей подошел к нему, посмотрел в глаза.

Не верит ему папа. И правильно делает. Не заслужил он доверия. Потому что вел себя неправильно. Учиться не хотел, деньги вымогал, нервы мотал, а потом еще и машины угонять стал. И мать с ним намучилась, и отец. Родители страдали, а он и горя не знал…

– Ты меня прости, батя!

И отца он обнял, и мать. Еще ему захотелось обнять и Риту. Перед ней он тоже был виноват. В историю девчонку втянул, из-за него на нее Шалут полез. Да и за кражи машин ее могли посадить… И вообще, она сама лучшая.

А Рита совсем рядом, мама ей в комнате сестры постелила. И вряд ли спит. Слишком она взволнована для этого.

Он уже собирался идти к ней, когда позвонил Ульян. Оказалось, что Гена исчез. Зато появились менты. Стреляли в подъезде, где он жил. Может, он и стрелял. Или в него. Вроде бы следы крови обнаружили…

Матвей отключил трубку, подошел к отцу, посмотрел на маму и сказал им:

– Я, наверное, поеду, нельзя мне здесь.

Он не знал, кто стрелял в Гену, но этот фрукт мог подумать на него. Как бы не поделился с кем-нибудь своими подозрениями, как бы менты на уши не встали…

Матвей вышел в прихожую, а там уже стояла Рита и смущенно смотрела на него, сложив на груди ладони.

– Ты уходишь? – спросила она.

– Собираюсь.

– Я с тобой!

От волнения у Матвея вдруг сжалось в груди, и краска хлынула к щекам. Но Рита не должна была видеть его смущение. Он кивнул, поворачиваясь к ней спиной, открыл дверь.

Надо было пропустить Риту вперед, но Матвей боялся встретиться с ней глазами. Он вышел в межквартирный холл, в котором несли вахту два его бойца. И на лестничной площадке были люди. Все расступались перед Матвеем. Но пропустят ли они Риту? Да и пойдет ли она за ним?..

Последний вопрос ножом врезался в спину. Матвей остановился, резко развернулся, и Рита от неожиданности врезалась в него.

– Ой!

Матвей смотрел на нее как завороженный. Он никогда не робел перед девушками, но сейчас не знал, что делать. Руки сами обняли Риту, губы потянулись к ее лицу. И она закрыла глаза в предчувствии поцелуя… Он подхватил ее на руки, спустился вниз по лестнице, телохранитель открыл дверь «Мерседеса», и машина тронулась с места…

Она давно уже была в пути, как вдруг сошла с дороги и остановилась. Водитель опустил стекло, к машине подошел гаишник, представился, попросил документы. Пассажиров он тревожить не стал, и вдруг они поехали дальше. Но настораживал сам факт происходящего. С документами у Матвея все в порядке, охрана у него солидная, бойцы, если что, отобьют его у ментов. Но сигнал все равно прозвучал. И хорошо, что это ложная тревога.

– Боишься? – тихо спросила Рита.

Она обхватила его плечо, прижимаясь к нему грудью, словно в спасательный круг вцепилась, который мог исчезнуть, если его не держать изо всех сил.

– Опасаюсь.

– У тебя такая охрана!

– Больше, чем у твоего мужа?

– Намного больше… Он хочет тебя убить… Из-за меня… Он знает, что я тебя любила, люблю и буду любить. Это его бесит!

– А замуж зачем вышла, если любишь? – Он не должен был осуждать ее за это, но все-таки в голосе прозвучала обида.

– Я расскажу… Я обязательно все расскажу, и ты поймешь. И не осудишь.

– Твой муж – мой враг. Такое вот совпадение.

– Это не совпадение. Он знал, что я тебя люблю, и искал тебя. А когда нашел, сдал ментам…

– Он меня сдал?.. – Матвей не очень удивился. Он предполагал, что его сдал кто-то из тех людей, которые пытались отобрать у него Красносибирск. – И как он это сделал?

– Не знаю, – мотнула головой Рита. – Я не спрашивала.

– Почему?

– Я не могла спрашивать про тебя. Любой мой вопрос приводил его в бешенство. А в бешенстве он просто зверь…

– Он тебя бил?

– Если бьет, значит, любит… – с горькой усмешкой кивнула она. – Такая вот звериная любовь.

– Бешеных псов отстреливают.

– Тебе видней.

– И не пожалеешь?

– Давай не будем об этом…

Рита вдруг обняла Матвея за голову, прижимаясь грудью к его лицу, и он слышал ее возбужденное дыхание. Секс мог подстегнуть их интерес друг к другу, но ни Рита не нуждалась в этом, ни Матвей. Им и без того было невероятно хорошо вместе. Его мечта сбылась – Рита с ним. И еще ему хотелось быть свободным человеком. Но и это желание осуществилось: там, где Рита, там и свобода…

Матвей в зоне, а люди его на свободе. И часть из них уже в Москве. Гена хорошо знал, с какой целью они здесь. Если бы не фортуна, лежал бы он сейчас в морге с простреленной головой, а так – всего лишь пулей поцарапало.