Убить легко - Агата Кристи

– Не сказав мне ни слова? – возмутился Люк.

– Но, дорогой мой, ты был так уверен в своей правоте, а у меня имелись одни лишь домыслы! Впрочем, у меня и в мыслях не было, что я подвергаюсь опасности. Я думала, у меня еще достаточно времени… – Она поежилась. – О, Люк! Это было ужасно… Ее глаза… И этот жуткий, проникновенный, нечеловеческий смех…

– Слава богу, что мне удалось подоспеть в последнюю минуту… – с легкой дрожью в голосе сказал Люк.

Он повернулся к Баттлу:

– Как она сейчас?

– Дошла до последней стадии, – ответил суперинтендант. – С ними такое бывает. Не могут пережить того, что кто-то оказался умнее их.

– Да, никудышный я полицейский, – сокрушенно сказал Люк. – Мне и в голову не приходило заподозрить Гонорию Уэйнфлит. Вы бы справились с этим гораздо лучше, Баттл.

– Может, да, а может, и нет, сэр. Вспомните мои слова, что в преступлении не бывает ничего невероятного. Кажется, я тогда упоминал и старую деву.

– А также архиепископа и школьницу! Я правильно понял, что вы рассматриваете всех этих людей как потенциальных преступников?

Улыбка Баттла сменилась усмешкой.

– Я лишь имел в виду, что преступником может быть кто угодно.

– За исключением Гордона, – возразила Бриджит. – Пойдем, Люк, поищем его.

Они отыскали лорда Уитфилда в его кабинете, озабоченно делающего какие-то пометки.

– Гордон, – ласково произнесла Бриджит. – Теперь, когда вы все знаете, простите ли вы нас?

Лорд Уитфилд милостиво посмотрел на нее:

– Конечно, моя дорогая, конечно. Я был занятым человеком и пренебрегал вами. Правильно как-то заметил Киплинг: «Тот путешествует быстрее, кто путешествует один». И путь мой – в одиночестве. – Он расправил плечи. – На мне лежит большая ответственность. И я должен нести ее в одиночку. У меня не может быть спутников или помощников. Я должен пройти по жизни один – пока не рухну где-нибудь на обочине.

– Дорогой Гордон! – воскликнула Бриджит. – Вы так великодушны!

Лорд Уитфилд нахмурился:

– Дело вовсе не в том, великодушен ли я. Давайте оставим все эти глупости. У меня полно дел.

– Да, я знаю.

– Я готовлю к печати серию статей о преступлениях, совершенных женщинами на протяжении всей истории Англии.

Бриджит восхищенно посмотрела на него:

– Гордон, по-моему, это замечательная мысль.

Лорд Уитфилд выпятил грудь:

– Так что, пожалуйста, оставьте меня. Мне не следует отвлекаться. Мне нужно проделать большую работу.

Люк и Бриджит вышли из кабинета на цыпочках.

– Но он действительно великодушен! – сказала Бриджит.

– Мне кажется, что ты и в самом деле была неравнодушна к нему, Бриджит!

– Знаешь, Люк, мне тоже так кажется.

Люк выглянул в окно.

– Буду счастлив уехать из Вичвуда. Не нравится мне это место. Как говорит мисс Хамблби, здесь слишком много зла. Этот гребень Эш так грозно нависает над городом.

– Кстати, о гребне Эш. Что там с Эллсворти?

Люк несколько сконфуженно засмеялся:

– Ты имеешь в виду кровь на его руках?

– Да.

– Они принесли в жертву белого петуха!

– Боже, как отвратительно!

– Кажется, нашего мистера Эллсворти ждут неприятности. Баттл готовит ему небольшой сюрприз.

– А бедный майор Хортон и не думал убивать свою жену; а мистер Эббот, полагаю, всего лишь получил компрометирующее его письмо от какой-то дамы; а доктор Томас – просто замечательный врач и скромный молодой человек.

– Да он просто надменный осел!

– Ты так говоришь только потому, что ревнуешь его к женитьбе на Рози Хамблби.

– Слишком уж она хороша для него.

– Я всегда подозревала, что она нравилась тебе больше, чем я!

– Дорогая, что за глупости?

– Прости.

Она с минуту помолчала, потом спросила:

– Люк, я тебе сейчас нравлюсь?

Он шагнул было к ней, но она отстранилась от него.

– Я спросила, «нравлюсь», а не «любишь».

– А! Да… очень нравишься, Бриджит… и к тому же я люблю тебя.

– И ты мне нравишься, Люк…

Они улыбнулись друг другу – немного застенчиво, словно только что подружившиеся на празднике дети.

– Нравиться, на мой взгляд, гораздо важнее, чем любить. Это надолго. А я хочу, чтобы то, что есть между нами, длилось очень долго. Я не хочу, чтобы мы просто любили друг друга и поженились, а потом надоели бы друг другу и захотели связать свою жизнь с кем-то другим.

– Да, любовь моя, я понимаю. Ты хочешь настоящего. И я тоже. И то, что есть между нами, будет длиться вечно, потому что это и есть настоящее!

– Правда, Люк?

– Правда, милая. Вот почему я боялся любить тебя.

– И я тоже боялась.

– А сейчас?

– Нет.

– Мы были рядом со смертью долгое время. Но теперь – все позади! И теперь мы начинаем жить…