Третья девушка - Агата Кристи

– Вроде бы. Собственно, все уже обговорено. И лучше некуда.

– А если какие-нибудь картины украдут? Вот будет ужас!

– Они все застрахованы. То есть те, которые стоит красть.

– А как прошла выставка твоего Питера?

– Боюсь, не очень. Но критик «Артист» в статье отозвалсявесьма положительно, а это уже кое-что.

Фрэнсис свернула во двор Бородин-Меншенс, а ее приятельницапошла дальше к особнячку, перестроенному из конюшни, дальше по улице. Фрэнсиспожелала швейцару доброго вечера, поднялась в лифте на свой шестой этаж и,напевая себе под нос, пошла по коридору к двери.

Она повернула ключ в замке. В прихожей было темно – Клодиядолжна была вернуться только через полтора часа. Но в гостиной, дверь которойбыла приоткрыта, горел свет.

– Свет горит! Странно… – сказала Фрэнсис вслух.

Она поставила сумку на пол, сняла пальто, толкнула дверьгостиной и вошла…

Тут она застыла на месте. Рот ее открылся и закрылся. Онався напряглась, уставившись на распростертую на полу фигуру. Затем ее взглядмедленно перешел на зеркало напротив, и она увидела собственное полное ужасалицо…

Из ее груди вырвался вздох. Паралич прошел, и, откинувголову, она закричала. Кинулась в прихожую, споткнулась о сумку, отшвырнула ееногой в сторону, с воплем побежала по коридору и забарабанила кулаками всоседнюю дверь.

Дверь открылась.

– Да что такое… – начала пожилая женщина.

– Там убитый… убитый… И, по-моему, мой знакомый… ДэвидБейкер. Лежит на полу. По-моему, его зарезали… Наверное… Кровь… всюду кровь.

Она истерически зарыдала. Мисс Джейкоб встряхнула ее заплечи, отвела к себе, усадила на диван и сказала категорически:

– Успокойтесь. Сейчас налью вам коньяку. – А потом сунула ейв руку рюмку и приказала: – Посидите тут. Выпейте.

Фрэнсис послушно сделала глоток, а мисс Джейкоб вышла вкоридор и направилась к открытой двери, из которой лился свет. Дверь в гостинуюбыла тоже открыта, и мисс Джейкоб, не останавливаясь, вошла в нее.

Она не принадлежала к женщинам, которые кричат от страха, и,остановившись на пороге, только крепко сжала губы.

То, что она увидела, напоминало сцену из кошмара. На полу,широко раскинув руки, лежал красивый молодой человек с рассыпавшимися по плечамкаштановыми волосами. На нем был алый бархатный пиджак, а белую рубашкуиспещряли пятна крови.

Вздрогнув, мисс Джейкоб осознала, что она в комнате не одна.Вжавшись в стену, стояла девушка, а над ней огромный Арлекин словно возносилсяв апплицированное небо.

На девушке было белое шерстяное платье, светло-каштановыеволосы свисали сосульками по обе стороны лица. В руке она держала кухонный нож.

Мисс Джейкоб смотрела на нее, а она смотрела на миссДжейкоб.

Потом девушка сказала тихим задумчивым голосом, точноотвечая кому-то:

– Да, я его убила… С ножа мне на руки попала кровь… Я пошлав ванную смыть ее, но ведь по-настоящему она не отмывается, правда? А потом явернулась посмотреть, на самом ли это деле или нет. Но так оно и есть… БедныйДэвид… Наверное, я обязана была это сделать.

Шок вырвал у мисс Джейкоб слова совершенно неожиданные и длянее самой. Еще не договорив, она подумала, насколько они нелепы в такую минуту.

– Да? А почему вы были обязаны сделать что-то подобное?

– Не знаю… Вернее… пожалуй, все-таки знаю. Он был вотчаянном положении. И позвал меня… и я пришла. Но мне хотелось освободиться отнего. Мне хотелось избавиться от него. На самом-то деле я его не любила.

Она бережно положила нож на стол и опустилась на ближайшийстул.

– Это ведь опасно? – продолжала она. – Ненавидетького-нибудь… Опасно потому, что не знаешь, чего от себя ждать… Вот как сЛуизой… Наверное, следует позвонить в полицию, – добавила она тихо.

Мисс Джейкоб послушно набрала 999.