Третья девушка - Агата Кристи

– Кровь была не такой, – объяснил доктор Стиллингфлитневозмутимо. – Она уже свертывалась. Его рубашка «заскорузла» от нее, каксказала мисс Джейкоб. А не была мокрой. Ведь они создавали впечатление, будтовы убили его минут за пять до того, как Фрэнсис принялась визжать.

– Но каким образом она… – Миссис Оливер упорно пыталасьразобраться во всем. – Она же была в Манчестере.

– Но приехала на более раннем поезде. В вагоне надела парикМэри и загримировалась под нее. Вошла в Бородин-Меншенс и поднялась на лифтекак никому не известная блондинка. Вошла в квартиру, где ее ждал Дэвид, о чемона с ним условилась заранее. Он ничего не подозревал, и она его заколола.Потом вышла и ждала, пока не увидела Норму. Тогда зашла в общественный туалет,переменила внешность, нагнала на углу знакомую, поболтала с ней и свернула водвор Бородин-Меншенс. Поднялась на лифте уже в качестве себя самой и сыграласвою сцену, получив от этого, я полагаю, немалое удовольствие. Когда прибылаполиция, никто, по ее мнению, обнаружить сдвига во времени уже не мог. Долженсказать, Норма, вы нас всех в черт-те какое положение поставили! Надо же такупорно твердить, что вы убивали всех и вся!

– Мне хотелось признаться и покончить со всем… А вы, вы,значит, правда думали, что я действительно…

– Я? За кого вы меня принимаете? Я-то знаю, что мои пациентыспособны сделать, а чего нет. Но вот как сильно вы все запутываете, я видел. Ине знал, чего ждать от Нийла. Насколько я мог судить, он уже и так заметноотступил от нормальной полицейской процедуры. Только вспомните, как онподыгрывал Пуаро!

Пуаро улыбнулся.

– Старший инспектор Нийл и я знакомы много лет. Кроме того,он уже раньше навел кое-какие справки. Вы перед дверью Луизы вообще не стояли.Фрэнсис переставила цифры номера – шестерку и семерку – на вашей собственнойдвери. Они ведь еле держатся на своих шпеньках. Клодия в ту ночь отсутствовала.Фрэнсис дала вам наркотики, и у вас был просто кошмар. Правда стала мне яснавнезапно. Убить Луизу могла только настоящая «третья» из вашей квартиры –Фрэнсис Кэри.

– И ведь вы ее полуузнали, – вставил Стиллингфлит. – Вы жеописали мне, как одно лицо вдруг превращалось в другое.

Норма задумчиво посмотрела на него.

– А вы были ужасно грубы, – сказала она, и Стиллингфлит дажерастерялся.

– Груб?

– То, что вы говорили людям. То, как вы на них кричали!

– Ну, да… пожалуй. Есть у меня такая привычка. Люди исвятого из себя выведут. – Он вдруг ухмыльнулся Пуаро. – А молодец девочка,верно?

Миссис Оливер со вздохом поднялась на ноги.

– Мне пора домой, – сказала она. Потом посмотрела на мужчини на Норму. – А что нам делать с ней? – спросила она.

Пуаро и Стиллингфлит взглянули на нее с глубокимнедоумением.

– Да, конечно, пока она гостит у меня, – продолжала миссисОливер. – И говорит, что ей очень хорошо. Но возникает очень серьезная проблема– куча денег, потому что ваш отец… ваш настоящий отец, хочу я сказать… оставилвам все свое имущество. А это вызывает массу трудностей, не говоря уже о всякихписьмах с просьбами о вспомоществовании. Она может жить у сэра Родрика, но длямолоденькой девочки это радость небольшая. Он же не только почти слеп, но иглух, а к тому же законченный эгоист. Да, кстати, что там выяснилось о егопропавших документах, об этой иностранке и садах Кью?

– Они нашлись там, где, ему казалось, он уже искал. Их нашлаСоня, – объяснила Норма и добавила: – У дяди Роди и Сони на той неделе свадьба.

– Нет такого дурака, как старый дурак, – заметилСтиллингфлит.

– Ага! – воскликнул Пуаро. – Значит, эта барышняпредпочитает жизнь в Англии политическим интригам? Мудрая малютка.

– Ну, что же, – сказала миссис Оливер, ставя точку. – Новернемся к Норме. Надо же быть практичным. Придумать что-нибудь. Девочка неможет одна решить, что она хочет делать. Ей нужен совет! – Она сопроводила этусентенцию суровым взглядом.

Пуаро промолчал и улыбнулся.

– Совет? – сказал доктор Стиллингфлит. – Я дам вам совет,Норма. Во вторник на той неделе я лечу в Австралию. Хочу сначала оглядеться,проверить, насколько выйдет толк из того, что мне там предложено, и так далее.Потом я вам телеграфирую, и вы можете приехать ко мне. После чего мы поженимся.Вам придется поверить мне на слово, что в ваших деньгах я не нуждаюсь. Я ведьне из тех докторов, которые спят и видят, как бы им создатьнаучно-исследовательский центр и тому подобное. Меня интересуют люди. Крометого, я убежден, что вы отлично научитесь справляться со мной. В том смысле,что я груб с людьми – я ведь сам этого не замечал. Если вспомнить, как выбеспомощно во всем этом увязли, точно муха в патоке, так даже странно, что не ябуду вами командовать, а вы мной.

Норма замерла, внимательно глядя на Джона Стиллингфлита икак будто по-новому оценивая то, что знала, с совсем иной стороны.

Потом она улыбнулась. Это была очень милая улыбка – таквеселые молодые няни улыбаются своим малолетним подопечным.

– Договорились, – ответила она, а потом подошла к ЭркюлюПуаро. – Я тоже была очень грубой. В тот день, когда пришла сюда, а вызавтракали. Я сказала, что вы слишком старый, чтобы помочь мне. Это былаужасная грубость. И к тому же полная неправда… – Она положила руки ему на плечии поцеловала его. – Сходите за такси, – добавила она, оглядываясь наСтиллингфлита.

Доктор Стиллингфлит кивнул и вышел. Миссис Оливер взяласумочку и меховую накидку. Норма надела пальто и пошла за ней к двери.

– Madame, un petit moment…

Миссис Оливер обернулась. Пуаро протягивал ей великолепныйседой локон, извлеченный из-за диванной подушки.

Миссис Оливер воскликнула с досадой:

– И они, как все нынешнее, никуда не годятся! Шпильки дляволос, хочу я сказать. Выскальзывают, как им вздумается, и все разваливается.

Она, хмурясь, вышла. Но секунду спустя снова всунула головув дверь и произнесла заговорщицким шепотом:

– Скажите мне… Ничего, я отправила ее вниз… Вы нарочнопослали ее именно к этому врачу?

– Разумеется. Его высокая квалификация…

– При чем тут квалификация? Будто вы не понимаете? Он и она– так как же?

– Ну, если вы настаиваете, то да.

– Я так и думала, – сказала миссис Оливер. – Вы всепредусматриваете, верно?