Укрыться в облаках - Татьяна Гармаш-Роффе

Но Кис знал: он все сделал правильно. Он несколько раз заклинал Сашу уехать, скрыться! Не его, Алексея, вина, что парень не внял его советам!

С другой стороны, он стращал Сашу тем, что его могут снова побить. Побить – а не убить! А припугнул бы он его вероятностью убийства, – тогда, может, мальчишка действительно бы скрылся...

Но Алексей такого поворота не предвидел. Не предусмотрел.

А мог ли?

Ох... Не за что ведь парня убивать! Не за что! Кому, зачем?! За ним охотились шантажисты, за ним охотился Митя, – но всем им нужна была только информация! А не жизнь мальчика...

Логики не имелось в этом убийстве, вот в чем дело! Смысла в нем не имелось!!!

* * *

Игорь, обожавший строить всяческие гипотезы, сейчас тоже мрачно молчал, – похоже, обалдел от подобного поворота событий: тихо сидел рядом, как пришибленный.

Подробности Кис узнает потом, через свои каналы в органах: что за оружие, оставил ли убийца следы... И прочие результаты осмотра места происшествия, заключения экспертов... Но никто ему не скажет, зачем и кому понадобилась Сашина жизнь...

– Кис, зеленый! – сообщил Игорь.

Детектив газанул.

– Нелогично это, Игорь. А?

– Я как раз хотел это сказать...

– Тем, кто охотится за компроматом на мадам, любовницу Саши, – нужна Рита. Сашу избили именно поэтому: в поисках Риты. Но зачем было его убивать?! В этот раз даже не пытали его, чтобы снова попытаться выведать информацию о Рите, а просто пришли и убили! ПОЧЕМУ?! Я никак не могу понять.

– Я тоже.

Тупик, иными словами.

Неправильно. На самом деле тупиков не бывает. Это мысль залезает в тупик. Значит, чего-то не понял. Что-то недодумал.

...Значит, надо думать дальше!!!

* * *

Андрей безумно устал от всех разговоров, ответов и вопросов – точнее, показаний. Следуя советам Кисанова, он пояснил, что является Сашиным приятелем, что зашел за ним, так как они собирались посидеть в баре, что толкнул дверь квартиры...

Отпустили его далеко за полночь. Правда, взяв подписку о невыезде.

Главное, что отпустили! Он уж, после разговора с детективом, готовился к худшему...

Рита ему за все это время не позвонила. Андрей не знал, счесть ее молчание за знак обиды или за знак безразличия? С этой девушкой никогда не понятно, как реагировать, как трактовать...

Ну и не надо. Какая ему разница?

* * *

Он ввалился наконец в квартиру на проспекте Мира, усталый, как последняя собака. Впрочем, кто это придумал, что собаки устают? Разве только после охоты на дичь... А в мирной жизни устают, скорее, хозяева, сбиваясь с ног в поисках «вкусненького» для своей собачки! Как социолог Андрей знал столь много об отношениях людей и зверей, что мог бы написать с пяток диссертаций. Особенно на тему «Почему люди любят зверей и не любят людей».

Рита вскинула на него свои темные яркие глаза:

– Где ты был так долго, если не секрет? Я волновалась.

Он хотел спросить: «Неужто?» Но ёрничество было неуместно.

– Позвонила бы... – пожал он плечами.

– Если бы ты хотел, то сам бы позвонил!..

– Рит... – произнес он, – Рит...

Куда-то его занесло не туда. Рита, ладно, она еще ничего не знает! Но он-то, он, – чушь какую-то несет! Препирается с девушкой, будто ничего не случилось...

Тогда как СЛУЧИЛОСЬ!!!

– Рит, Сашку убили...

Рита сначала широко раскрыла глаза, вглядываясь в Андрея – будто переспрашивая, не ослышалась ли она... Затем с тихим стоном, прижав ладонь ко рту, скользнула спиной по дверной притолоке, опустившись на пол.

Андрей некоторое время молча смотрел на девушку, – потом вдруг подошел, сел на пол рядом с ней. Отвел ее пальцы от побледневших губ, забрал их в свою ладонь и легонько сжал.

Она подняла на него глаза, ставшие совсем черными:

– Почему, Андрюш, почему?! Из-за меня, да? Потому что он не сказал им, где я?!

– Нет. Выбрось из головы. Чтобы узнать, куда ты подевалась, его бы пытали. Но не убили бы.

Она смотрела на Андрея так, будто хотела ему поверить – и не верила.

– Рита... – он дотронулся до ее кудрявой головки и погладил ее, – тут что-то другое... Не знаю, что, но другое. Ты тут ни при чем!

Она мотнула головой. Андрей не понял ее жест... И решил, что она пытается стряхнуть его ладонь.

Он встал.

– У нас остался коньяк?

– Да...

– Пойдем, перекусим чего-нибудь и выпьем... Я тебе расскажу все, дай только дух перевести...

Он протянул ей руку и она, ухватившись, тяжело, хворо поднялась.

* * *

Они быстро кинули на стол всю снедь, которая только водилась в холодильнике, без разбору. Коньяк разлили по вчерашним водочным рюмкам, хлеба нарезали...

Лицо Риты казалось отрешенным, она действовала на автомате. Андрей, впрочем, был не лучше.

Они выпили, не чокаясь: «Пусть земля ему будет пухом». Андрей набросился на еду и ел руками, чего обычно себе не позволял, даже наедине с собой. Насытился он быстро – «нахватался», как в детстве говорила ему мама. Отодвинув от себя тарелку, он поставил локти на стол и принялся рассказывать.

Рита не проронила ни слова во время его повествования, и, лишь когда Андрей умолк, когда сделал последний глоток коньяка, будто поставив точку, – только тогда она спросила:

– Почему, не понимаю я? Почему Сашу убили?!

Андрей вместо ответа лишь пожал плечами.

Он слишком устал за сегодняшний день – он был убит, уничтожен вместе с Сашей, потому как чувствовал себя виноватым в его смерти, в том, что не пришел раньше, что не взял мальчишку за шкирку, не увез в безопасное место! А теперь... что теперь рассуждать, почему да отчего? Парень мертв, – только начал жить, и вдруг эта жизнь оборвалась... И какая, собственно, разница, отчего?

– Извини, Рит, я... Я лягу.

Он пошел умываться, затем растянулся на диване, не раздевшись. Забылся он мгновенно, сном тяжелым и мрачным. И не видел, как Рита, сидя в кресле напротив, созерцала его породистое лицо, искаженное даже во сне страданием...

* * *

Кажется, она задремала в кресле, но спустя некоторое время ощутила дискомфорт, – ничего удивительного, спать в кресле неудобно. Она пошла умываться, после чего вознамерилась улечься на «свое» место на диване – то есть, как в прошлый раз, у стенки.

Однако Андрей раскинулся на постели так, что ей места не осталось. Она могла, конечно, его разбудить, попросить подвинуться...