Девять негритят - Андрей Ильин

— Туда нельзя! — говорил он.

— Почему?

— Потому что у меня и у моей страны могут быть свои… наши секреты!

Вообще-то могут, потому что все знали, что русские и американские астронавты, хотя и не афишировали это, выполняли в своих модулях, по заказу своих правительств и спецслужб, кое-какие секретные работы, потихоньку шпионя друг против друга.

Но только какие могут быть секреты, когда там, снаружи, в космосе, висит один, а в шлюзовом модуле, в скафандрах, упакованы еще два покойника! А теперь вот еще один болтается в жилом модуле! Тут уж все секреты побоку!

— Уйди, Виктор, не мешай! — по-доброму просили русского космонавта, который путался под Ногами, всячески мешая обыску.

Но они все равно искали. И — не зря. Потому что нашли. Шприц нашли!

— Здесь, кажется, что-то есть! — сказал китайский астронавт, сунув пальцы под отставшую в одном месте внутреннюю обшивку. — Что-то круглое!

Обшивку, не церемонясь, рванули, и из-под нее выплыл шприц. Использованный. Наверняка тот самый!

— А вы говорите, не может быть! — укоризненно покачал головой французский астронавт, не отказав себе в удовольствии припомнить русскому все его нападки.

— Это какая-то ерунда! Какая-то ошибка! — стушевался до того выступавший и буянивший Виктор Забелин. — Я ничего не понимаю!..

Зато другие все прекрасно поняли!

— Вам еще придется все это объяснить! — с угрозой пообещал Жак Воден.

Шприц нашли.

А дальше что?

— Можно снять с него отпечатки пальцев, — вспомнил наставления Гарри Трэша командир. А что — хорошая идея!

Быстро нашли карандаш, раскололи его вдоль, освободив грифель, который растолкли в мелкий порошок.

Когда порошок напылили на поверхность шприца, на нем ясно проступили какие-то отпечатки. Теперь можно было отправить их на Землю и…

Но нет — не получится отправить! Потому что связи с ЦУПом нет!

— Если хотите, я могу попробовать посмотреть их, — предложил француз. — В Сорбонне, на медицинском факультете, где я учился, нам преподавали «судебку», где показывали, как это делается. Кроме того, у меня здесь есть микроскоп.

Ну да, верно, он же биолог. И насадка у него точно есть!

А что?.. Имеет смысл попробовать!

Жак Воден расчехлил микроскоп, сунул под него шприц и приложился глазом к окуляру.

— Да, это рисунок капиллярных узоров пальцев, — сказал он. — Сейчас я попробую их сфотографировать.

И стал прилаживать к микроскопу цифровую камеру.

Возился он довольно долго, потому что шприц был круглый, из-за чего изображение попадало в фокус лишь частично, расплываясь по краям.

Нет, так ничего не выйдет. С фотографией не выйдет.

— Мне нужны контрольные отпечатки, — сказал француз.

«Контрольные» — это в смысле их отпечатки. Их пальцев!

Ну надо — так надо…

Уже привычно, потому что не в первый раз, астронавты измазали свои пальцы тушью для ресниц, прижав их к чистым листам бумаги. Довольно изрядно пришлось повозиться с Кэтрин Райт, которая бросалась на всех с пилочкой для ногтей наперевес, норовя ткнуть свое импровизированное, но оттого не менее острое оружие кому-нибудь в лицо. Ее с большим трудом усмирили и, испачкав ей руки, приложили их к бумаге.

Французский астронавт положил возле себя листы с отпечатками и положил под микроскоп шприц, прильнув к окуляру. Но тут же, оторвавшись от него, резко повернулся.

— Вы бы не могли не стоять у меня за спиной, — вежливо, но твердо попросил он. — Я этого не люблю!

С некоторых пор это все не любили.

Астронавты разлетелись в стороны.

Вот так-то лучше.

И француз теперь уже спокойно стал разглядывать в микроскоп шприц, постоянно обращая свой взор к контрольным отпечаткам.

Работал он довольно долго, но плодотворно, потому что постоянно хмыкал и говорил:

— Интересно… Очень интересно…

И пока работал, вокруг него, сохраняя дистанцию, висели заинтригованные астронавты.

— Я закончил, — объявил француз, выпрямляясь и оглядывая всех. — Здесь, на этом шприце, я нашел отпечатки, принадлежащие не одному, а трем людям. Первые — вот эти, — указал он на контрольный лист. На тот, что принадлежал китайскому астронавту Ли Джун Ся.

И все повернулись к китайцу.

Лицо которого осталось бесстрастным, как маска. Хотя на лбу ясно проступили несколько капелек пота.

— Это что — ты, что ли? — удивленно присвистнул русский космонавт.

Китаец что-то лихорадочно соображал, по-видимому, пытаясь найти ответ на выдвинутое против него, хотя и не высказанное вслух, обвинение.

— Нет… — сказал он. И тут же, почти без паузы, сказал: — Да… Ну конечно же! Это очень просто объяснить! Я мог оставить свой отпечаток, когда искал шприц. Когда нашел его, нащупав пальцем под обшивкой.

— А каким пальцем вы его нащупали? — поинтересовался француз.

— Ну не знаю… — вновь задумался, и вновь до пота, китаец. — Наверное, указательным.

— Да?.. Ну что ж, может быть. Но только я на шприце обнаружил отпечаток вашего среднего пальца.

— Ну, значит, среднего, — быстро поправился тот. — Я в тот момент как-то не думал, какие пальцы в щель совать.

Но все на всякий случай отхлынули от китайского астронавта.

— А другие, другие отпечатки? — живо поинтересовался русский космонавт.

— Другие?.. — потянув паузу, переспросил француз. — Вторые отпечатки принадлежали вам, уважаемый!

Виктора Забелина словно по темечку обухом топора шарахнули.

— Ты это брось, не может такого быть! — погрозил он французу пальцем. Возможно, тем самым, что оставил свой след на шприце. — Я этот ваш поганый шприц в глаза не видел.

Теперь все погребли от русского. Но к китайцу тоже не приблизились.

Теперь держать ответ предстояло русскому.

Которому тоже пришлось изрядно попотеть.

— Ах, ну да! — и он хлопнул себя ладонью по лбу.

Так сильно хлопнул, что даже отлетел метра на полтора в сторону.

— Это как раз нетрудно объяснить! Это ведь я, когда Рональда скальпелем пырнули, аптечку распаковывал, шприц вскрывал и лекарство из ампулы набирал! Ну и, конечно, мог оставить на нем свои отпечатки! Вот и все…

Ну что ж — может быть.

А чьи же тогда третьи отпечатки?

— А чьи же третьи отпечатки? — сдержанно, но все равно нетерпеливо спросил китайский астронавт.

— Третьи?