Война без особых причин - Александр Багой

По пейджеру же Осина назначал и встречи. Где он жил, я не знал. Он никому этого не говорил. Не знаешь – не продашь. Осина был осторожен.

На этих встречах я получал от Осины указания. Потом ехал к Чибе, а он уже передавал их пацанам. Последнее время Чиба начал серьезно беспокоить меня. Он похоже очень боялся. И от страха толстый Чиба стал смелеть. Дерзил. Я делал вид, что не замечаю этого. Мне надо было продержаться три недели. Всего три.

И вот после одной из встреч с Осиной я отправился к Чибе. Предварительно позвонил. Встретиться мы договорились у него на хате.

Я приехал минута в минуту, как условились. Постучал в дверь. Открыл сам Чиба. Не здороваясь посторонился, пропуская меня. Я сразу прошел в комнату. Четверо наших пацанов сидели в разных позах на диване и в креслах. Я удивленно оглянулся на Чибу. Осина запрещал собираться всем вместе. Чиба обошел меня и сел, развалясь, на диване.

– Ну чего там Осина еще выдумал? – небрежно спросил он. От его тона меня покоробило. Я резко спросил:

– Ты зачем митинг здесь устроил? Осина же велел толпой не собираться! На пацанов я не смотрел. Словно не замечал их. Обращался только к Чибе. Чиба недовольно сморщился:

– Да надоело уже: Осина то, Осина се! Он только указания дает! А мы жопы за него подставляем! Сам-то Осина где-то отсиживается! Что надо, Вадик передаст, – подсюсюкивая передразнил он голос Осины и, оглянувшись на пацанов, повторил, – Вадик передаст! – и захихикал

Пацаны сдержанно заулыбались. Чиба, давясь смехом повторил; тыча в меня пальцем:

– Вадик передаст! – и «передаст» у него прозвучало как «педераст»

Я вдруг представил, как я бы убил его. Чиба бы ползал у меня в ногах, вымаливая жизнь. А я бы все равно убил. Это помогло сдержаться.

– Ты не охренел ли, родной? – почти спокойно спросил я. Улыбка исчезла с лица Чибы:

– А тебе что-то не нравится? – вызывающе спросил он.

– Да, не нравится! – ответил я. – Твой гнилой базар! Ты что, хочешь перед Осиной ответить?

Мы смотрели друг другу в глаза. Чиба не отвел взгляд. Это меня удивило. Я почувствовал себя неуверенно. Все было не так. Маленький, жилистый и очень подвижный, весь как на шарнирах, Витя Боксер встрял между нами.

– Пацаны, пацаны, спокойно. Чего кидаться друг на друга? Успокойтесь! Вадик, сядь! И Витя подтолкнул меня к креслу. Я нехотя сел.

– Ты не кипятись, Вадик, – рассудительно сказал Витя, – Мы ведь и вправду головой рискуем. Так что ты просто объясни что к чему и все. Я помолчал, успокаиваясь, и не глядя на Чибу сказал:

– Ладно, замяли. Осина велел за Козелиной матерью посмотреть. Может он у нее бывает. Или она просто знает, где Козеля живет. Это нужно сделать по-быстрому. Этот сачок – я кивком головы показал на Чибу, – пусть тоже идет. Чиба вскочил с дивана.

– Да пошел ты! – закричал он. И Осине то же передай! Пусть идет на хер! Понял? – Чиба вдруг харкнул в меня. Плевок повис на кожанной куртке.

Я молча бросился на Чибу. Сбил с ног и мы покатились по полу, опрокидывая стулья. Оказавшись с верху я придавил Чибу и гвоздил кулаком по его морде, вымещая накопившуюся злость и отчаянье.

Меня схватили сзади и потащили с Чибы. Витя и еще один пацан держали меня за руки. Я бешенно вырывался:

– Сука! Убью! – кричал я. Чиба, размазывая кровь по лицу, заголосил:

– Ах ты козел! Ты думаешь, я молчать буду?! Я все расскажу! Пусть пацаны знают! Это вы с Осиной Боцмана завалили! Вы! И на Захара вы наехали! А нам из-за вас подыхать?! А вот хер вам! – и Чиба рубанул ладонью правой руки по локтевому сгибу левой. – Хер! Сами ответите! Козеля вас обоих закопает!

Я обмяк. Ноги не держали. Чиба выболтал то, о чем пацаны наверное и сами догадывались, но точно не знали. А теперь узнали. И неизвестно было как они к этому отнесутся. Я оглянулся. Пацаны серьезно и строго смотрели на меня. Ждали ответа.

– Что, нечего сказать?! – торжествовал Чиба. – Очко заиграло?! Ну, хрюкни что-нибудь! Хрюкни!

– Да вы что, пацаны? Вы что, ему верите? Да он же со страху гонит! Он же сачок! Вы что, пацаны?

– Я сачок?! – закричал Чиба. – Я гоню?! А кто Длинного распилил? Забыл? А я помню! Витя непонимающе уставился на Чибу.

– Как распилил?

– Пилой, как! Осина Длинного замочил, а он в багажник не влазил, – захлебывался словами Чиба. – Осина его бензопилой пополам распилил! А потом они вдвоем его закопали! Я сам видел! Я место могу показать! Витя повернулся ко мне.

– Он правду говорит? – требовательно спросил он.

Я не отвечая сунул руку в карман за гранатой. Ее там не было! Меня прошиб холодный пот. Я зашарил в кармане уже не таясь. Витя подкинул гранату на ладони.

– Это ищешь? – усмехнувшись спросил он. – Она у тебя выпала, когда с Чибой махались. Я подобрал…

Я почувствовал себя крысой, загнанной в угол. Затравленно оглянулся на пацанов. Они молчали. Никто не сказал за меня ни слова. Чиба наконец встал. Отсморкал на пол кровавые сопли.

– Надо его Козеле отдать! – мстительно предложил он. – Пусть он с ним разберется! Я рванулся к двери. Меня перехватили. Кто-то локтем сдавил мне голо.

– Ты, Чиба, заглохни, – коротко приказал Витя. Чиба послушно замолчал. Я понял – власть сменилась. Я с тоской ждал его решения. Я не верил, что выйду из этой квартиры живым. Проклинал себя за то, что не сдержался. Ну что стоило один раз сдержаться. Только один раз! Витя веско заговорил, словно булыжники бросал:

– Теперь мы будем жить так: вы нас не знаете, мы вас. С Захаром и Козелей разбирайтесь сами. Это ваши рамсы, нас они не касаются. Ты все понял? Я понял только одно: он меня отпускает. Поспешно кивнул:

– Все.

– Тогда катись отсюда. И запомни: попробуете наезжать на нас – замочим! Усек? Меня отпустили. Я закашлялся, разминая пальцами горло.

– У…усек, – ответил я и показал на дверь, – так я пойду, Вить. Витя презрительно усмехнулся:

– Катись.

Я нерешительно двинулся к двери. Пацаны посторонились от меня, как от зачумленного.