Красное бикини и черные чулки - Елена Яковлева

Я сидела, подперев голову руками, и перманентно накачивалась пустым, но крепким, как чифирь, чаем, а Жанка поминутно капала мне на мозги, вопрошая:

— Ты думаешь?

— Да думаю я, думаю…

На самом деле, эта головоломка явно была мне не по мозгам. Ну хорошо, лично мне ясно, что пустая кассета потому и пустая, что предназначалась лишь для передачи. То есть тому, кто мне ее подсунул, был важен сам факт. Мол, была такая кассета, свидетели тоже имеются. Да не какие-нибудь, а самые что ни на есть скандально известные.

Ага, значит, под меня копали, так получается? Ну нет, как-то это все несолидно, что ли… Теперь Мажор. Если следовать логике все того же организованного саспенса, то его внезапное исчезновение-похищение как раз с кассетой и связано. Пустой, пустой кассетой!

Вы как хотите, а мне сдается, что это инсценировка. К тому же не очень удачно разыгранная самим Мажором. Разумеется, с помощью соратников. Начнем с того, что они даже не удосужились что-либо на этой дурацкой кассете записать. А почему? А потому что Мажор прискакал, высунув язык, едва я вернулась с кладбища. Да и кладбищенский незнакомец мог знать о моем появлении на Гириной могилке только от кого-то из наших. От Вадика, к примеру, или от той же Жанки. Я ведь не делаю тайны из собственных передвижений, хотя, вероятно, и следовало бы.

И вообще, я такая легкомысленная и непоследовательная, неудивительно, что напасти и неприятности сами меня находят, причем без труда. Взять хотя бы последнее приключение по прозвищу Новейший. С ума сойти, я ведь до сих пор не знаю, как его зовут, а спросить его об этом как-то неудобно после вчерашнего. Давал же он мне тогда, ну когда мы с ним стукнулись на дороге, свою карточку. Куда я ее дела, ума не приложу? Может, Жанка вспомнит, тем более что она эту визитку чуть не облизала?

— Эй, Хвостова, — позвала я. — Помнишь, тот… гм-гм… человек из «Мерседеса» карточку нам дал?

— Ну дал, — подтвердила Жанка.

— А что в ней было написано, случайно не скажешь?

Жанка задумалась:

— Кирсанов… Владислав… Отчество запамятовала. Название фирмы — тоже. А что это ты вдруг?

— Так просто… — Я подлила себе чаю из чайника.

— Да? — Жанка пристально посмотрела на меня и потерла нос. Я заметила, что она всегда его трет, когда ее одолевают сомнения. — Ты это… Держалась бы от него подальше…

— А почему, собственно? — Дружеский Жанкин совет мне не понравился уже потому хотя бы, что сильно запоздал.

— Д-да темный он какой-то… — загадочно молвила Жанка. — Кто такой?.. Откуда взялся?.. Короче, не вызывает у меня доверия, не вызывает, и все тут!

— Значит, не вызывает… — Понятия не имею, откуда у меня появилось это странное чувство, будто Жанка чего-то не договаривает. Может, в конце концов я и разобралась бы в его природе, не ворвись к нам Нонна. Запыхавшаяся, с лихорадочным румянцем на щеках.

— Марина Владимировна! — вытаращила она на меня свои эмалевые глазки и схватилась за сердце. — Там… Вас… Вас разыскивают!..

— Уж не Интерпол ли? — схохмила я без особого вдохновения.

— Нет! — замотала головой Нонна. — Мне… В приемную… Звонил… Сам… — Она с трепетом произнесла громкую фамилию самого егозливого журналюги Центрального телевидения.

— Я… Ему… Ваш… Телефон… Дала…