Убийство на Брендон-стрит. Выжить тридцать дней - Энтони Гилберт

I

Такси медленно двигалось, делая повороты то вправо, то влево, поднималось в гору в сгущавшейся темноте. Зигрид казалось, что они забрались очень далеко, хотя на самом деле проехали небольшое расстояние. Ее охватило какое-то странное чувство легкости. Завтра, думала Зигрид, снова начнутся тревоги, но нынешним вечером она была в безопасности. Наконец такси остановилось, Хилл быстро вышел и открыл ей дверь.

– Вот мы и на месте, – сказал он. – Это, конечно, не Букингемский дворец, хотя дом походит на него куда больше, чем вы могли бы себе представить. Кажется, Гитлер не очень жалует пригороды.

В полумраке она разглядела совершенно черный участок земли.

– Здесь разбомбили два дома, – произнес Хилл, ответив на ее немой вопрос. – Теперь это место зовется «Тихие воды». Прекрасное название, как вы думаете? – Он расплатился с шофером и подхватил девушку под руку. – Надеюсь, вам уже лучше. Тут много ступенек.

Лестница оказалась узкой и с изгибами, там было очень темно. Они миновали черную дверь, из-под которой не пробивалось ни лучика света, и поднялись на второй этаж. Хилл достал ключ.

– Не обращайте внимания на обстановку. Предыдущий жилец, очевидно, работал заведующим барахолкой.

– Барахолкой? – повернулась она к нему, слегка улыбнувшись. – А что это такое?

– Лавка древностей. Там масса всякой всячины. Можно найти разнообразные штуковины – от револьверов до фарфоровых фигурок. Мой предшественник специализировался на фигурках.

С этими словами он включил свет.

– Осмотритесь, – предложил он, а сам пошел задергивать светомаскировочные шторы.

Зигрид оглядывалась по сторонам, едва веря своим глазам. На столах и тумбочках, на табуретках и даже на полу теснились разнообразные фигурки и статуэтки, словно диковинные наросты на стенах древнего храма. Фарфоровые и гипсовые, деревянные и каменные – они смотрели и впивались в нее угрожающими взглядами.

– Я часто думал, что мне хотелось бы стать психологом, – сказал Хилл. – Изучать мышление. Зачем люди так поступают? Каковы их мыслительные механизмы? Какое наслаждение тот человек мог получать, обладая этими чудовищами? Вон там, полагаю, копия статуи египетского божества. А рядом с ней попугай – из тех безделушек, что можно купить на Каледонском базаре. А вот это, – он взял со стола небольшую статуэтку, – прекрасная работа, настоящий нефрит. Глядя на нее, вас разве не охватывает странное чувство?

– Она китайская, да? – спросила Зигрид, беря маленькую фигурку в руки. С секунду она подержала ее и поставила на место. – Она как жизнь? – тихо произнесла девушка.

– Что, богиня?

– Нет, я о комнате. Тут столько всего таинственного и странного. Этот кричащий фарфоровый попугай с распростертыми крыльями, тихий египетский фараон, богиня. Все так перемешано, что не знаешь, чего ожидать в следующий момент, и постоянно выискиваешь ниточку, которая их связывает.

– Вот уж не знал, что вы философ, – заметил Хилл.

– Вот хозяин всего этого – зачем ему так много всего? А моя жизнь… – Она подняла на него свои голубые глаза. – Тихая жизнь в Норвегии, человек, за которого я должна была выйти замуж и который, наверное…

– Погиб? – тихо спросил Хилл.

Она покачала головой.

– Мы не знаем. Иногда мне кажется, что он вернется, но… – Зигрид на мгновение умолкла. – Потом было спешное бегство в вашу страну, работа, которой я занимаюсь, а теперь вот эта… мелодрама. Вы понимаете, о чем я?

– Понимаю. – Он на секунду взял ее за руку. – А теперь… кто знает, что дальше?

Зигрид в недоумении покачала головой.

– Откуда же нам известно?

– Ну, – сказал Хилл снова обыденным тоном, – теперь можно выпить. Вы как? Меня и пиво устроит, но… давайте-ка лучше посмотрим, что там еще есть.

Он подошел к стоящему у стены буфету.

– Херес? Нет, не пойдет. К тому же его не осталось. Хотя есть немного мадеры, совсем неплохой. – Хилл задумчиво наклонил бутылку. – Вы попробуйте вино, а я постараюсь связаться с Круком. – Он налил ей мадеры, после чего вышел в коридор. – Я скоро.

Зигрид услышала щелчок снятой телефонной трубки, а затем жужжание вращающегося диска. Через несколько секунд Хилл заглянул в комнату.

– Номер, как всегда, занят. Можно и пиво допить. – Он осушил бокал одним большим глотком. – Не пугайтесь, выпейте мадеры, – с улыбкой произнес он. – А я еще раз попытаюсь дозвониться.