Очи наяды - Наталья Александрова

Выслушав подробный отчет, Надежда сердечно распрощалась с соседкой и поспешила домой. Не успела она переодеться в домашнее, как зазвонил телефон.

Это была Лиля Путова.

– Надежда Николаевна, – проговорила она с обидой в голосе, – вы вроде приличная женщина, а слово не держите!

– Ты это о чем? – насторожилась Надежда.

– Вы же обещали мне все рассказать! Я жду-жду…

– Ладно, так и быть, приезжай! Это не телефонный разговор.

– Само собой. Пирожных прихвачу, чаю попьем по такому поводу.

– Ты что?! Никаких пирожных!

– Ладно, как скажете.

Вскоре в дверь квартиры позвонили.

– Быстро же ты добралась! Рядом, что ли, была? – проговорила Надежда, открывая дверь.

Но тут слова застряли у нее в горле: на пороге стояла вовсе не Лиля, а Виктор.

– Явился не запылился!

Надежда попыталась закрыть дверь, но Виктор вставил в щель ногу и проговорил:

– Да ладно, что вы… я вам ничего плохого не сделал и не сделаю. Просто поговорить нужно.

Тут Надежда осознала, что ничуть не боялась Виктора. Не нравился он ей – это точно. За то, что втянул в опасную историю, за то, что ничего не объясняет и смотрит с пренебрежением, за то, что все время исчезает бесследно. Просто не человек, а Неуловимый Джо, как в анекдоте!

Но все же ей до судорог хотелось задать ему кое-какие вопросы и получить на них исчерпывающие ответы.

– Ладно, заходите! – проговорила она, отступив в сторону.

Виктор вошел, дисциплинированно вытер ноги о коврик и тут же выпалил:

– Старик умер.

– Вот как? – Надежда сразу поняла, о ком идет речь.

– Да, попытался провести ритуал, но из этого ничего не вышло, и он не перенес такого разочарования. Это ведь вы ему подсунули поддельную сережку?

– Ну, не то чтобы подсунула… – Надежда пожала плечами. – Во всяком случае, не напрямую. Но, конечно, я к этому приложила руку. В определенном смысле.

А дело было так. Когда Надежда убедилась, что с серьгами связано много опасностей, то попросила Илью на всякий случай сделать копию сережки. Он, конечно, отказывался, но она уговорила, пригрозив даже, что выселит из квартиры. Именно эту подделку Надежда и спрятала в рожок люстры. И, как оказалось, правильно сделала.

– Ага, я так и подумал! – кивнул Виктор. – Кстати, я рассмотрел эту серьгу. Отличная работа. Немудрено, что старик не сразу заметил подделку. Кто автор?

– Ну, один знакомый ювелир. Очень способный молодой человек, но вы его в это дело не вмешивайте. Он только что женился, жена вроде бы ждет ребенка…

– Ни в коем случае! – Виктор для убедительности помотал головой. – Просто передайте ему мой респект и скажите, что его ждет большое будущее.

– Непременно передам!

– А где настоящая серьга? Та, которую…

Договорить Виктор не успел – в дверь квартиры снова позвонили.

– Вы кого-то ждете? – насторожился он.

– Да, вообще-то жду! – Надежда шагнула к двери.

– Все же не открывайте просто так, спросите…

– Непременно! Лиля, это ты?

– Я, я! – донесся из-за двери знакомый голос.

Надежда открыла, Лиля ввалилась в прихожую – и попятилась, увидев Виктора.

– И он тут!

– Как видишь.

– Я думала, мы с вами поговорим с глазу на глаз и вы мне все подробно расскажете…

– Непременно поговорим. А для начала могу тебе сообщить кое-что важное. В припаркованной возле нашего дома машине были найдены два человека – мертвый мужчина и женщина без сознания, рыжая такая.

– Те самые? – сообразила Лиля.

– Именно. Они тут ко мне в субботу заходили, серьгу забрали, – и тут Надежда очень выразительно подмигнула. – Так вот, именно эта женщина несколько дней назад задушила сотрудницу театральной библиотеки… ее папаша случайно проболтался. У тебя ведь есть знакомые в полиции?

– А как же! Я ведь журналист, и этим все сказано.

– Ну вот, передай им эту информацию, они тебе будут признательны и Лису эту в оборот возьмут. Не может быть, чтобы она никаких следов там не оставила и никто ее не видел… И для статьи материал будет.

– Вы мне так и не ответили, – напомнил о себе Виктор. – Где настоящая серьга?

– Ах да! Действительно! Пойдемте, я ее сразу и отдам, а то как-то беспокойно.

– А что – она не здесь? Не в квартире?

– Само собой! За ней охотились такие люди, что держать ее в квартире я побоялась.

Все трое вышли на улицу, и Надежда прямиком направилась в сторону помойки.

Виктор и Лиля удивленно переглянулись.

– Вы что, спрятали ее на помойке? – растерянно проговорил Виктор.

– Ну да! Здесь ее точно никто не стал бы искать! – Надежда взглянула на него безмятежным взором и подошла к контейнеру, к которому был привинчен железный ящичек с надписью: «Для использованных батареек». – Здесь точно самое безопасное место!

Виктор побледнел и испуганно проговорил:

– Но сережку могли увезти на свалку! На переработку!

Вместо ответа Надежда запустила руку в ящик, достала оттуда маленький пластиковый пакетик и вытряхнула из него черную бархатную коробочку.

– За все время, что живу в этом доме, ни разу не видела, чтобы кто-нибудь забирал содержимое этого ящика! – проговорила она уверенно и протянула коробочку Виктору.

Но прежде чем ее взять, он полез в карман и выгреб оттуда горсть мелочи.

– Так… сколько же вы мне тогда заплатили?

– Тринадцать рублей с копейками! – вспомнила Надежда.

– Ага, точно. Вот вам одиннадцать… двенадцать…

Он отдал мелочь Надежде, и только после этого забрал коробочку с сережкой.

– Ну, спасибо вам! – проговорил Виктор и хотел уже отправиться восвояси, но Надежда ловко ухватила его за рукав.

– Куда это вы намылились? А рассказать? А объяснить? А показать? Мы с Лилей, кажется, это заслужили. Правда, Лилечка?

– Ох, правда! – Лиля с самым решительным видом встала у Виктора на дороге.

– Ладно… – вздохнул тот. – Тогда нам снова нужно на Васильевский остров.

– У меня как раз машина рядом стоит! – жизнерадостно заявила Лиля.

Через полчаса они остановились возле краснокирпичного дома на Тринадцатой линии, над одним из входов которого висела табличка: «Почта России. Отделение № 42».

Виктор потянул на себя дверную ручку.

– Хорошо, что войдем прямо отсюда, – проговорила Надежда. – Не придется, как прошлый раз, пробираться по черным лестницам и коммунальным кухням! Как вспомню ту кухню – жар, чад, пар, и эти ведьмы… Прямо как в «Макбете» Шекспира… Кстати, вы не подскажете, что у них там над плитой висело: коренья, тряпки или все же сушеные крысы?