Ад - Александра Маринина

Лиза демонстративно хлопнула дверью и ушла работать.

– Ребята, почему посуда грязная? – строго спросилРодислав. – Надо помыть.

– Сейчас, пап, нам две задачки осталось дорешать дляЮльки, и мы все помоем и уберем, – весело произнес Денис. – Неругайся, ладно?

– Для Юльки? А свои задачки ты уже все решил?

– Конечно. Я свои уроки уже сделал.

Юля виновато посмотрела на Родислава.

– Дядя Родислав, не ругайтесь на Дениску, он оченьхороший. Он мне всегда помогает с уроками, потому что я бестолковая, а онстарше и это уже проходил.

– Он что, вместо тебя домашнее задание делает? –недовольно спросил Родислав.

– Нет, что вы, он только объясняет до тех пор, пока яне пойму и сама не сделаю.

Девочка смотрела на него такими огромными умоляющимиглазами, что он смягчился и улыбнулся в ответ. Хорошо, что у Дениса есть такаяпреданная подружка, как Юля.

Стоял теплый апрельский день, светило яркое мягкое солнце,Родислав распахнул в кухне окно, убедился, что холодом не тянет, досталсигареты, присел на подоконник и закурил, стараясь, чтобы дым не шел на детей.Краем уха он слушал объяснения, которые давал Юле Денис, и не мог не отметить,что у мальчика выраженное системное мышление и очень хорошая речь. Несомненно,в этом заслуга Раисы, которая много занималась с пареньком с самого детства. Нуи, разумеется, учителя, которые приходили на дом и которых оплачивал Родислав,тоже постарались.

– Всё, пап, мы закончили, – Денис захлопнулучебник и подкатил инвалидное кресло вполтную к раковине. – Юлька,подавай.

Юля тут же принялась подавать ему грязную посуду со стола, аДенис, вытянув руки, ловко мыл и ставил рядом на разделочный стол, покрытыйкухонным полотенцем. Юля, встав на цыпочки, пыталась поставить чистую посуду всушку над раковиной, но росточка ей не хватало. Родиславу пришлось ей помочь.«Ну, Лиза, – сердито думал он. – Оставила на детей грязную посуду иушла. Работает она, понимаешь ли. Спасибо хоть обедом накормила».

– Мама часто занимает твой компьютер? – спросил онДениса.

– Часто. Почти все время. У нее много работы.

– Ты переживаешь, наверное. Тебе жалко, что тебя ккомпьютеру не пускают?

– Ты что! – воскликнул мальчик. – Это жездорово! Зато когда мама работает, она не пьет. Ну, почти не пьет, –поправился он. – Пусть работает, сколько надо, мы с Юлькой найдем, гдеуроки поделать, правда, Юль?

– Конечно, – откликнулась девчушка. – Моябабушка говорит, что надо уметь работать в любых условиях, хоть на коленках.Она говорит, что отсутствие рабочего места – это не повод не делать уроки. ДядяРодислав, мы уроки все сделали, теперь надо Дениске сделать массаж и идтигулять. А тетя Лиза работает, ее нельзя отвлекать. И бабушки нет. Что намделать?

– Может быть, я смогу массаж сделать? – предложилРодислав, внутренне поежившись.

Он никогда не делал Денису массажа и слабо представлял себе,как это происходит, только видел несколько раз, как массаж делала Раиса, ноособо не всматривался и за движениями сиделки не следил.

– А вы умеете?

– Нет, – признался он.

– Тогда давайте я вам буду показывать движения, а выбудете делать. Я знаю, как нужно, меня бабушка специально учила, только онаговорит, что у меня еще руки очень слабенькие и я не смогу сделать как следует.А у вас руки сильные?

– Ну, – Родислав вытянул перед собой руки и сулыбкой оглядел их, – более или менее.

– Как у бабушки?

– Наверное. Давай, показывай, буду учиться.

– Дениска, – скомандовала Юля, – снимайштаны.

Мальчик без малейшего смущения стянул с себя спортивныебрючки и остался в трусиках. Родислав под руководством Юли приступил к работе.Он уже много лет не видел сына раздетым, и сердце у него сжалось при видебезжизненных слабеньких ножек, так непохожих на ноги других двенадцатилетнихмальчишек, бегающих и играющих в футбол, загорелых, с крепкими молодымимышцами. Ему даже страшно было прикоснуться к этим ножкам, не то что мять их ирастирать.

– Вы не так делаете, – говорила Юля, отстраняяРодислава, – вот смотрите внимательно, я еще раз покажу.

Родислав послушно смотрел и старался повторить ее ловкие движения.Получилось не сразу, но в конце концов он справился.

– Пап, смотри, какие я мышцы накачал! – Денис сгордостью продемонстрировал отцу бицепсы. – Я уже могу прямо в кресле наруках отжиматься десять раз. Хочешь, покажу?

– Не надо, – остановил его Родислав, – я тебеверю.

– Дядя Родислав, сейчас у Дениски по расписаниюпрогулка, – со смешной озабоченностью сказала Юля. – Тетя Лизаработает. А мне одной не разрешают Дениску вывозить, только со взрослыми.

– Я с вами пойду. Одевай Дениса, – отозвался Родислав.

– Зачем? – удивилась Юля. – Он сам оденется.Правда же, Дениска?

– А то! – мальчик уверенно покатил кресло к двери,ведущей из кухни в крошечную прихожую.

Родислав видел, что дверной проем слишком узок и Денисуприходится пробираться на своей коляске с филигранной точностью. С первого разапопытка не удалась, Родислав сделал было шаг по направлению к сыну, чтобыпомочь ему, но наткнулся на предупреждающий взгляд девочки и остановился. Чтож, может быть, это и правильно. Парень должен уметь самостоятельно справлятьсяс трудностями, не всегда же рядом с ним кто-то будет, пройдет совсем немноговремени, и его начнут оставлять дома одного.

Денис наконец выкатился в прихожую, наклонился, скинултапочки и надел ботинки, снял с низко вбитого крючка теплую куртку, неловкоповорачиваясь в кресле, натянул на себя.

– Я готов, – объявил он. – Юлька, засовывайкостыли.

Девочка принесла из комнаты костыли и пристроила к спинкекресла, потом оделась сама. Родислав недоумевал: зачем Денису костыли? Но решилничего не спрашивать. Сегодня он особенно остро ощутил, что у его сына, сиделкии ее внучки какая-то своя жизнь, особенная, со своими правилами и принципами,вмешиваться в которую, наверное, ему не стоит.

– Куда пойдем? – спросил он, когда они вышли изподъезда.

– В скверик, – скомандовала Юля. – Это вонтуда, через дорогу, потом дворами.

Родислав послушно покатил кресло с сыном в указанномнаправлении. В скверике, который больше напоминал бульвар с проезжей частью пообеим сторонам, Юля достала костыли и протянула Денису. Тот с привычнойловкостью встал и начал потихоньку двигаться вперед. Идущие поскверику-бульвару люди отводили глаза и спешили поскорее пройти мимо, нонекоторые все-таки оглядывались и смотрели на мальчика со смесью жалости ипочему-то презрения, как будто он сам виноват в свалившейся на него болезни и вболезни этой есть нечто постыдное. Денис же, казалось, не обращал на прохожих иих взгляды ни малейшего внимания и спокойно продолжал упражняться.