Охотник - Эндрю Мэйн

Я двигаюсь дальше, все еще в поисках – сам не знаю чего. Случай с Элизабет произошел больше тридцати лет назад. Даже если здесь побывал Человек-Пума, я не знаю, что именно искать. Нет, если быть честным, прекрасно знаю – кучу костей пропавших туристов. Но в пещере только грязь и ветки. Еще десять метров – и проход упирается в тупик. Для очистки совести я провожу лучом фонаря там, где стены соединяются с полом – вдруг найду проходы в другие камеры?

Нет, ничего.

Странный запах никуда не делся, но разлагающаяся плоть смердит по-другому. У меня на карте отмечены и другие потенциальные места, где Человек-Пума теоретически мог прятаться, но сомневаюсь, что они окажутся такими же удобными, как это. Я поворачиваю назад и бреду обратно. После поворота я выключаю фонарик: выход из пещеры виден и без него. Но за полсекунды, ушедшие на нажатие кнопки, успеваю увидеть нечто, заставляющее снова его включить.

Упади луч на полметра правее или левее – и я проглядел бы главное. Я подхожу и вглядываюсь в мельчайшие детали. На стене передо мной четыре длинные борозды – такие могли оставить железные когти. Торопиться с утверждениями еще не время, но иного объяснения я представить не могу. Похоже, Чудовище Кугар-Крик точило здесь когти, прежде чем отправиться на охоту.

Я делаю фотографии, выковыриваю из борозды металлическую стружку, проверяю другие стены и тороплюсь к Джиллиан.

– Нашел! – кричу я ей.

– Что нашли?

– Он был здесь! Следы когтей – четырех.

– Откуда вы знаете, что это не пума?

– Когда пумы чешут когти, они не оставляют крошек металла.

При всем своем воодушевлении я не могу не заметить в глазах Джиллиан тревогу. Внезапно убийца из Кугар-Крик стал для нее реальным. Она полезла со мной на гору, чтобы проверить старую легенду. Теперь я сделал легенду настоящей.

– Только следы, больше ничего? – спрашивает она.

– Ничего, только это. Тщательно исследовать пол – задача полиции.

– Думаете, они станут этим заниматься?

– Не знаю. Теперь, когда появились доказательства, у мужа Элизабет может проснуться интерес.

– Борозды на стене?..

До меня доходит, о чем она думает. Мне эти следы говорят о многом, но больше никому ничего не скажут, тем более в ситуации, когда полиция по-прежнему уверена, что речь идет о звере.

– Ну да… Но для меня это все равно очень важно.

– Лучше уж так… – говорит она, радуясь, должно быть, что найденная мной пещера не набита трупами. – Может быть, рассказы о других пропавших туристах – выдумки?

– Может быть.

– Они не могут быть зарыты там, наверху?

– Нет, там скала. – Я разглядываю остальную котловину. – Вроде бы здесь больше негде прятать трупы.

– А зарытое в земле тело вы бы нашли?

– Так, как те, предыдущие, – нет. Прошло слишком много времени.

– Может, здесь нет никаких тел?

Я смотрю на поднимающийся из источника и рассеиваемый ветерком пар.

– Может и нет…

– Тео? Тео!

Я встряхиваюсь.

– А?..

– Что с вами?

Я не могу оторвать взгляд от горячего источника, не могу побороть охватившее меня чувство тревоги.

– Он их не зарывал.