Черт из табакерки - Дарья Донцова

Юрка позвонил в десять минут первого.

– Как ты этого добилась?

– Что, – хихикнула я, – подействовало?

– Не то слово, ты представь, она хочет мне на работу бульонв термосе везти!

– Ты сделал, что я просила?

– Пиши телефон, – сообщил Юрка, – код Екатеринбурга знаешь?Я схватила ручку.

– Делом Веры Соловьевой занимался Федька Леонов. Когдапоедешь к нему, прихвати бутылочку, лучше коньяк, пиши адрес и телефон.

– Погоди, ручка сломалась.

– Вечно у тебя несчастья, – недовольно ответил Юрасик.

Первым делом я позвонила в Екатеринбург, но трубку никто неснимал. Ничего странного в этом не было. В Москве полпервого, значит, в бывшемСвердловске около трех, скорей всего, Вадим Костылев на работе.

Зато Федор отозвался сразу:

– Леонов.

– Здравствуйте, мне ваш телефон дал Юра Петров…

– Тараканова?

– Да.

– Приезжайте. Через час успеете?

– Постараюсь, – обрадовалась я и кинулась одеваться.

Юркин приятель сидел в довольно большом кабинете,заставленном столами.

– Ну, – весело потер он руки при виде приятно пузатойбутылки, – замечательная штука. И зачем вам понадобилось дело Веры Соловьевой?

– Скажите, кто ее опознавал?

– А в чем дело?

– Понимаете, я хорошая знакомая Веры, мы дружили, несмотряна разницу в возрасте.

– Бывает, – согласился Федор.

– Вчера мне позвонила какая-то странная женщина и сказала,будто Вера не погибла, якобы машина горела пустая, и я, если хочу знать, гденаходится Соловьева, должна заплатить пятьсот долларов.

– Чушь, – фыркнул Леонов. – Бред сумасшедшего.

Он снял трубку и коротко попросил:

– Ленусь, дело Соловьевой уже в архиве? Будь другом, притащико мне. Да знаю, знаю, принеси.

Я терпеливо ждала, пока он договорится. Дружба – великоедело. Ради приятеля люди со спокойной душой нарушают все должностныеинструкции.

Наконец на столе возникла нужная папка.

– Вот, читайте, – велел Федор, открывая двадцать восьмуюстраницу.

Глаза побежали по строчкам. “Мною…” Так, дальше, “…в кровиобнаружено соединение окиси углерода с гемоглобином крови,карбоксигемоглобин…”.

– Это о чем говорит? – спросила я Федора.

– О том, – спокойно пояснил мужик, – что, во-первых, вмашине был труп, а во-вторых, что человек горел живым. Более того, пооставшимся частям одежды, лоскутам кожи можно смело сделать вывод: женщина вмомент смерти сидела. Эксперты установили возраст – примерно двадцать пять лет,худощавого телосложения. Кстати, ее опознали родственники. Приезжал старшийбрат и еще один мужчина. Конечно, труп был в таком состоянии… Второго мужикадаже стошнило, но, честно говоря, я его понимаю. Самому неприятно было глядеть.Практически ничего не осталось.

– Как же они ее смогли узнать?

– По ногам, у погибшей на правой ступне отсутствовалмизинец, детская травма, смотрите.

И он, перевернув пару страниц, ткнул карандашом вфотографию. Я содрогнулась:

– Боже, какой ужас!