Умереть, чтобы жить - Марина Крамер

Пока жив — не ценим, а похоронив — жалеем.

Японская поговорка

Вадим позвонил около восьми, когда Ника закончила уборку в квартире — не так просто было отмыть все, что вчера оставили после себя оперативники. Ей казалось, что запах крови так и не удалось ни выветрить, ни заглушить при помощи моющих средств и освежителя воздуха. Всякий раз, когда она выходила в коридор, глаза невольно смотрели на то место, где вчера была кровавая лужа, и Ника ничего не могла с собой поделать. Звонок застал ее в тот момент, когда она пыталась в очередной раз избавиться от преследовавшего запаха при помощи туалетной воды. Поставив флакон на полку, Ника взяла трубку.

— Добрый вечер, это Вадим, я от Алексея Сергеевича, — сразу раздалось оттуда.

— Добрый вечер, Вадим, я вас жду.

— Я подъехал, а у вас домофон не работает.

— Вы консьержу наберите, там его номер написан на двери, он вам откроет, скажете, что ко мне.

— Понял, — коротко ответил Вадим, — этаж двенадцатый? А то я с вещами.

— Да. Лифт работает.

Она отомкнула замок входной двери и вышла на площадку. На звук тут же высунулась Дуся:

— А, это ты, Вероника. Ну, что, как дела? Как твой доктор?

— Спасибо, Дуся, все обошлось, прооперировали его. Вы мне так вчера помогли…

— Ой, да брось! — отмахнулась соседка. — Жалко, что мы не услышали ничего, может, помешали бы… Степа! — крикнула она, повернувшись в квартиру, — Степа, прекрати! Зачем ты его в ванну засовываешь? Я тебе дам сейчас — в подводники готовитесь! Ой, Ника, побегу, а то он сейчас Кешу утопит. — И Дуся захлопнула дверь, из-за которой через секунду раздался двухголосый вой — видимо, выловленные из ванны «подводники» возражали против такого вмешательства.

Услышав звук открывающегося лифта, Ника открыла дверь блока — на площадке стоял невысокий коренастый парень лет двадцати пяти. Одет он был в серый спортивный костюм и белые кроссовки, а в руках держал раскладушку, небольшую спортивную сумку и кофр с костюмом.

— Я Вадим, — отрекомендовался он еще раз.

— Проходите, я закрою, — пропуская его вперед, сказала Ника, — располагайтесь. Раскладушку на балкон можно. Вы извините, у меня тесновато для двоих… я как-то не рассчитывала…

— Ничего страшного, — невозмутимо ответил уже разувшийся Вадим, проходя на балкон, — тут вполне хватит места, полноценная комната. Да и лето, не замерзну.

Он установил раскладушку, которая оказалась даже застелена бельем, бросил рядом сумку и покрутил головой, разыскивая, куда бы повесить кофр.

— Давайте я его в шкаф уберу, чтобы не мялся, — предложила Ника, — и пойдем пить чай и знакомиться.

Вадим, судя по всему, чувствовал себя вполне комфортно и никаких неудобств не испытывал. Он обошел всю небольшую квартиру, осмотрелся и, сев за стол в кухне, сказал:

— Очень уютная квартира, хотя для двоих, конечно, маловата. Я так понял, ваш друг в больницу угодил?

— Да, вчера, — вздохнула Ника, — а сегодня я полдня тут убиралась, никак запах крови не уничтожу.

— Это у вас психологическое. Кровью в квартире не пахнет, а вам это кажется, потому что мозг постоянно выдает картину кровавой лужи, вот и все, — авторитетно заявил телохранитель. — Со временем пройдет.

— Вы думаете?

— Я точно знаю.

— О… — Ника не нашлась что ответить, но почувствовала, что парень не врет. — А вы какой чай любите?

— Зеленый. Хотите, научу правильно заваривать?

— Хочу, — с любопытством сказала Ника и, вытащив банку с заваркой, уселась на стул, поджав ноги.

Вадим включил чайник и заметил:

— У вас правильный чайник, кстати. Видите, здесь температуру можно регулировать? Это важно.

— А какая нужна?

— Градусов шестьдесят-восемьдесят, кипяток убивает все полезные свойства. И кипятить воду не нужно, достаточно подогреть и охладить до нужной температуры.

Говоря это, Вадим выключил чайник, ополоснул горячей водой заварник и насыпал в него листья, которые залил, и тут же вылил всю жидкость в раковину.

— Не поняла… — Ника никогда прежде не видела подобного.

— Первую воду всегда сливают, а потом заливают свежую. Зеленый чай можно заваривать до шести раз, это от сорта зависит, но первую воду всегда сливают.