Любовник для Курочки Рябы - Дарья Калинина

— Ну и чего мы так перепугались? — спросила у нас Мариша. — Подумаешь, кто-то переночевал в гроте.

— Этот кто-то, судя по отпечатку его ноги, стрелял в меня этой ночью, — сказала я. — Так что есть над чем призадуматься. Кто этот человек?

— Кто бы он ни был, сейчас его нет, — сказала Юлька. — И судя по тому, как он постарался уничтожить за собой следы своего пребывания, возвращаться он не собирается.

— Нужно сообщить о нашей находке Карлу, — сказала Мариша.

— А как мы объясним ему, что плавали в этот грот? — спросила я. — Он никогда не поверит, что мы оказались там случайно. Решит, что мы заодно с тем преступником.

— А мы вовсе и не случайно там оказались, — сказала Мариша. — Мы ведь хотели спрятаться, верно? И переждать опасность, так?

— Ну так, — кивнули мы с Юлькой.

— А тот человек, который ночевал в гроте, тоже не хотел, чтобы его обнаружили. Остров-то один и не такой уж большой.

Если мы, желая спрятаться, подумали про гроты, то и любой другой, зная об их существовании, тоже мог подумать, что лучшего укрытия на ночь и придумать нельзя. Вот и все. У разных людей, в сходной ситуации, когда им необходимо укрыться, мысль сработала одинаково. И мы оказались в том же месте, что и преступник.

— Думаешь, Карл в это поверит?

— Если он настоящий разведчик, то подумает и обязательно поверит, — твердо сказала Мариша.

— Черт, есть хочется, — сказала Юлька. — Эта консервная банка в гроте напомнила мне, что я сегодня почти не ела за обедом. И никто из нас толком не завтракал. Даша, а что там у Игоря стоит под скамейкой?

Я нагнулась и вытащила из-под лавочки пакет, набитый разной снедью. Тут было почти все, что подавали сегодня на обед у нас в отеле. От салфеток до фруктов. И была еще пятилитровая емкость с водой.

— Любит наш Игорек покушать, — сказала я. — Но пять литров воды — это уже перебор.

— Может быть, он хотел после купания в море принять пресный душ, — пожала плечами Мариша. — А может быть, мы лишили его свидания с какой-нибудь местной красавицей.

— Думаешь? — спросила Юлька.

— Ну, ты же на его авансы не откликаешься, — ответила Мариша. — А Игорь мужик в самом соку. Так что ничего удивительного, если он нашел себе другую подружку.

Кажется, Юльку измена Игоря ничуть не расстроила. Мы с аппетитом прикончили почти все из того, что запасливый Игорь приготовил для собственного небольшого пикничка, и почувствовали себя просто заново родившимися людьми. Остатки провизии мы скормили рыбам, которых вскоре наплыло на бесплатное угощение великое множество. И все они были очень занятные.

Так что в этот день мы вернулись в отель только к ужину.

Карл, как ни странно, уже успокоился. Но, выслушав наш рассказ о том, что человек, стрелявший в нас с Кати прошлой ночью, до поры до времени скрывался в гроте, снова заволновался.

— Почему вы не вернулись в отель немедленно, как только обнаружили это? — кричал он на Маришу. — Где вы болтались целых пять часов?

— Не ругай ее, — попросила его я. — Мы заблудились.

— Как? — прошептал Карл. — Как вы могли заблудиться на острове, который весь размером с чайное блюдце?

— Мы так разволновались из-за нашей находки, что забыли, в какую сторону нужно плыть, — сказала я. — Пока разобрались, пока добрались. В общем, мы торопились как могли.

— Зарубите себе на носу, что я больше не поверю ни единому слову любой из вашей троицы, — заявил нам Карл.

И хотя его слова нас обидели и даже оскорбили, но мы не могли не признать, что определенно хоть в чем-то Мариша с Карлом преуспела Ее муж говорил по-русски просто изумительно. Наверняка это достигнуто стараниями его неугомонной супруги.

Ужин прошел в ужасающей атмосфере. Перед ужином мы зашли за Кати, но она сказала, что поест в номере. И вообще она держалась с нами явно прохладно, и мы не стали настаивать. За ужином Карл уселся за наш столик вместо Игоря, который теперь подчеркнуто избегал нашей компании. И даже отсел от нас в дальний конец столовой, Коллеги Карла, которых оказалось двое, заняли соседний с нашим столик. На вид они были симпатичными ребятами, но, должно быть, из чувства солидарности они находили нужным поддерживать холодное отношение Карла к нам. И все наши старания их разговорить наталкивались просто-таки на ледяное отторжение.

Вдобавок из-за хлопот мы забыли сделать утром заказ, и теперь нам пришлось довольствоваться чем-то, сильно напоминавшим щупальца осьминога. Не уверена, что осьминоги водятся в здешних водах, но во всяком случае у меня на тарелке лежало нечто похожее. На вкус это была чистая резина, у которой было одно-единственное достоинство: ее можно было жевать бесконечно, не получая при этом ни единой калории, зато расходуя целую кучу на процесс пережевывания.

Выпить вина нам тоже не удалось. Как только я протянула руку к кувшину с белым вином, Карл метнул на меня такой взгляд, что я поневоле убрала руку. После этого Карл прочел небольшую, но поучительную лекцию о том, что лично он категорически против того, чтобы женщины, а особенно молодые и симпатичные, ездили отдыхать одни и напивались бы там до безобразия.

— Ничего хорошего из этого не выходит, — распространялся Карл. — Сплошной разгул и пьянство. Думаете, мне не рассказали, в каком состоянии вы прибыли на остров после того, как чуть не утонули в лодке? Вы были пьяны!

— Ничего подобного! — возмутилась Юлька.

— Только пьяный человек мог отправиться в дальний путь, даже не проверив, цело ли днище его лодки, — не обращая внимания на наши возмущенные восклицания, закончил Карл.

В чем-то он был, пожалуй, прав. Во всяком случае, от вина мы за этим ужином отказались. Поэтому он показался нам вдвойне тягостным.

— Интересно, кто насплетничал Карлу, что мы были пьяны, когда приплыли на лодке? — шепотом спросила у меня Мариша.

Как раз в этот момент я поймала торжествующий взгляд Игоря. Казалось, он от души радовался тому, что Карл нас распекает и что физиономии у нас всех весьма кислые Мариша тоже увидела радующегося Игоря и пробормотала:

— До чего мерзкими становятся мужчины, когда их отвергают. А мне еще казалось, что Игорь не так уж и плох. Беру назад все свои слова, когда я говорила про него что-то лестное. Он просто сплетник, врун и обжора.

И она показала Игорю язык. Этого ей показалось мало, и она скорчила рожу, как будто бы ее сейчас вытошнит.

— Мариша! — раздался возмущенный шепот Карла. — Я вижу, ты окончательно сошла с ума. Как ты себя ведешь? Ты же не ребенок! Ты взрослая женщина. Моя жена — Спасибо, что напомнил, — пробормотала Мариша. — А то я что-то стала об этом забывать.

— Кстати, я хотел тебя предупредить, что я снял номер в вашем отеле, — холодно сказал Карл.