Кино для взрослых - Евгений Новицкий

Неделя пролетела как мгновенье.

Я диву давался: как вдруг легко стало с Валей! Что изменилось? Никаких капризов, резкостей! На съемочной площадке она полностью отдавалась рабочему процессу, у меня дома – полностью отдавалась мне. Во всех смыслах.

Я вспомнил, как снимал Варю. Все тоже было замечательно и продуктивно. Только вечерами я вынужден был с ней расставаться. Счастье видеть Варю у себя дома выпадало мне лишь раз в неделю – в субботу или воскресенье.

Сейчас эти времена будто вернулись, только теперь моя актриса проводит у меня дома каждый вечер, каждую ночь.

Но это не та актриса! Или…

Именно это меня и смущает. Проклятое, вновь проклюнувшееся «или». Дурацкий союз с вопросительным знаком. Альтернатива, которая вновь меня терзает. Кого я еженощно сжимаю в своих объятиях – Варю или Валю?

Еще недавно я уверялся в том, что Валя – это Валя, за счет ее несносного поведения. И отчасти за счет ее крашеных волос, пусть это и глупо.

Теперь же у нее те же волосы, та же прическа… и то же поведение. И вновь я теряюсь в догадках.

Но ведь я этого хотел. Ты этого хотел, Жорж Данден! Я хотел вернуть Варю. И она вернулась. И какая мне разница, Варя это или не Варя, если я подчас не могу отличить… как бы тут выразиться?.. ту, которая называет себя Валей, от той, которая была Варей…

Дело, кажется, именно в пресловутом «подчас». Подчас могу отличить, а подчас и нет. Если бы что-то одно… Если бы я каждую секунду знал: это не Варя. Либо наоборот: полностью бы окунулся в иллюзию того, что Варя воскресла или никогда и не умирала. Пусть бы это даже было иллюзией, но если б я в нее верил…

Я не могу поверить – вот в чем закавыка. Я – вечный скептик.

Я уже начинал почти скучать по тем неприятным моментам, когда Валя явственно доказывала мне, что она – не Варя. Ибо Варя не могла и не может быть такой злой, капризной, несправедливой, невыносимой…

С другой стороны, Варя могла все это сыграть. И играла, когда на съемочной площадке входила в образ Даши.

Вот если бы Валя… или та, которая называет себя Валей, подошла бы ко мне и сказала: «Прости, я не могу больше молчать… Я тебя обманула, разыграла, жестоко посмеялась над тобой. Никакой Вали не существует. А я – Варя!»

Как бы я обрадовался! Я бы простил ее в одно мгновенье! Мне бы сразу стало в миллион раз легче и никогда больше я не испытывал бы тех мук, которые…

Однако поверил бы я ей? Я уже дошел до такого состояния, что не могу по-настоящему поверить никому. Потому и не хочу встречаться ни с какими там Вариными знакомыми, родственниками. Что бы они мне ни рассказали, это меня не успокоит, а наоборот. В любых свидетельствах я буду подозревать заговор, обман. Чем больше я буду узнавать о Варе, тем больше буду сходить с ума на почве безостановочной рефлексии…

И по этой же причине я уже до конца не поверю Вале, вздумай она уверить меня, что она – Варя.

«Может, она просто хочет привязать меня к себе? – подумал я. – Как же, такая блестящая партия – безумно любящий муж-режиссер! Для жены такого болвана жизнь удалась. Не надо даже заканчивать никакое актерское училище – с карьерой и так будет порядок».

Вот что я неминуемо подумаю.

А если она расскажет что-то такое, что могли знать только я и Варя – настоящая, доподлинная Варя? Тогда я, пожалуй…

Но к чему это все – я просто опять беспочвенно расфантазировался. Я же помню, как Валя отреагировала, когда я случайно назвал ее Варей. Нет, она никогда не выдаст себя за нее. И никогда не состоится такого разговора.

Кстати, в последнее время мне успешно удается контролировать себя. Как будто чем чаще Валя становится неотличима от Вари, тем легче мне… не называть ее Варей. Что за странный парадокс?..

А может, сделать это снова? Только теперь специально. Осознанно, ради эксперимента назвать Валю Варей? И посмотреть, что будет в этот раз. А?