Река Вуду - Роберт Крайс

— Тут написано, что он частный детектив из Калифорнии. И у него имеется разрешение на ношение оружия.

— Хорошо, Томми. Спасибо.

Томми вернул мне бумажник и вышел. Вежливый. Еще один день на фабрике правды.

Села Хенрид обошла письменный стол, села, откинулась на спинку и положила ногу на край стола.

— Люси сказала, что вас интересует проблема иммиграции в Луизиане.

— Совершенно верно. Мы пытаемся выяснить, чем занимается человек по имени Дональдо Прима. Мы полагаем, что он связан с нелегальной иммиграцией, но у нас нет доказательств.

— Люси упоминала Приму, — Села Хенрид взяла карандаш и постучала себе по колену. — Я просмотрела свои записи, в них нет упоминаний о Приме. Но это ничего не значит. У нас действительно существует иммиграционная проблема. Так ее называет конформистская пресса. Новый Орлеан является крупнейшим портом прибытия людей, попадающих в нашу страну через Персидский залив, и на побережье работают дюжины койотов.[40]

— Если вы не в силах нам помочь, возможно, вы знаете кого-то, к кому мы могли бы обратиться.

— Сожалею, — покачала она головой.

Села явно что-то знала, но не хотела делиться со мной информацией.

— Это важно, мисс Хенрид.

Она наставила на меня карандаш:

— Я в течение многих лет писала о жертвах среди тех, кто пытался проникнуть в нашу страну. «Страж» поддерживает принцип открытых границ, а также деятельность тех, кто борется с расистской иммиграционной политикой.

— Мисс Хенрид, я работаю на людей, которые сами стали жертвами. Если я сумею получить информацию о грязных делишках Дональдо Примы, мне удастся им помочь. Я не спасаю мир, а просто по мере сил делаю свою работу.

Она ничего не ответила.

— Вчера, вскоре после полуночи, Дональдо Прима выстрелил в голову пожилому человеку из револьвера тридцать второго калибра. Я видел это собственными глазами. Мне кажется, он убил старика из-за того, что тот обвинил его в гибели маленькой девочки во время путешествия на барже, доставившей их в Штаты. Я видел оба тела. Я прикасался к ним. Вы поддерживаете именно такой способ въезда в нашу страну?

Она сердито зашипела, сняла ногу с письменного стола и наклонилась вперед.

— Чушь собачья.

— Это правда.

— Вы покажете мне тела?

— Нет.

— Почему?

— Потому что это может поставить под удар моих клиентов.

— Возможно, происходящее носит такой характер, что последствия важнее проблем ваших клиентов.

— Что ж, я это переживу.

Она вновь нахмурилась, встала, подошла к окну, чтобы проверить, на месте ли Пайк, и вернулась к столу.

— Я кое-кого знаю. Его зовут Рамон дель Рейо. Вероятно, он сможет вам помочь. Однако по телефону говорить он не станет. Рамон помог многим людям въехать в Штаты, и федералам не терпится его прищучить.

— Хорошо.

— Я хочу, чтобы вы понимали, как сильно я рискую, — вздохнула она. — Я верю в то, что делает Рамон. Он крутой сукин сын, и все пытаются до него добраться, начиная от федералов и кончая проклятыми бандитами из Никарагуа. Не хочу, чтобы с ним что-нибудь случилось. Вы меня понимаете?

— Мисс Хенрид, мне необходимо добраться до Примы. Ваш человек будет со мной говорить?

— Мне нужно ему позвонить, но не отсюда. Можете меня подождать, а можете пойти со мной. Так вы со мной? — бросила она, поднявшись.

Мы вышли на улицу к автомату, расположенному напротив кафе, и Села Хенрид позвонила по телефону, прикрывая его телом, чтобы я не увидел номер, который она набрала. Она говорила минуты две, потом повесила трубку и сказала:

— Сейчас мне перезвонят.

Я кивнул.

Через девять минут телефон зазвонил, и Села Хенрид сразу взяла трубку. И вновь разговор продолжался несколько минут, но теперь она что-то записывала в блокнот. Закончив, она показала мне блокнот.

— Это в Новом Орлеане. В магазине. Вы должны быть там ровно в час. У вас еще полно времени.

— Благодарю, Села. Я очень ценю вашу помощь.

Она засунула блокнот в карман и посмотрела на Пайка. Он сидел в машине в квартале от нас, но понять, куда он смотрит и о чем думает, было невозможно.

— Рамон придет на встречу, но с ним будут люди, способные его защитить. Понимаете, о чем я говорю?

— Конечно. Мы не должны делать глупости.

Она кивнула.

— Я не стала бы брать с собой пистолет. Это приведет к тому, что они начнут нервничать. К тому же отберут у вас оружие.

— Хорошо.

Она снова кивнула, потом посмотрела мне в глаза. Так обычно поступают в тех случаях, когда хотят убедиться, что непонятливый собеседник все же вас понял.

— Я вам очень многое доверила, мистер Коул. Рамон — хороший человек, но вы имеете дело с опасными людьми, которым есть что терять. Если они решат, что вы им угрожаете, то убьют вас. Если они решат, что я их подставила, то убьют меня. Надеюсь, вы примете это к сведению.

Я посмотрел на телефон-автомат, потом обернулся на офис «Берегового стража».

— Если федералы так сильно вами интересуются, что способны установить жучки на телефонах вашего офиса, то почему бы им не поставить прослушку и на соседних телефонах-автоматах?

Она кивнула, и на ее лице появилось усталое выражение, словно ей становилось все труднее выдерживать бремя бесконечных страхов.

— Как и вы, мы просто делаем свою работу. Надеюсь, это приносит пользу, мистер Коул.

Села Хенрид вернулась в «Страж», а мы с Пайком отправились в Новый Орлеан. Поездка заняла немногим меньше полутора часов. Нам пришлось проехать через болота и такие густые леса, что они больше походили на джунгли. По дороге я рассказал Пайку о беседе с Селой Хенрид, о Рамоне дель Рейо и людях, с которыми он связан. Пайк молча выслушал, а потом сказал:

— Я знаю парней с Юга. Это опасные ребята, Элвис. Они выросли с войной. Для них война — образ жизни.

— Может быть, нам следует разделиться. Мне встретиться с Рамоном, а тебе остаться в стороне и приглядеть за мной.

Иными словами, Пайк должен был прикрыть мою задницу, если все пойдет не так, как нам хочется. Более подходящего человека, чем Джо Пайк, для этого просто невозможно найти.

— Звучит разумно, — кивнул Пайк.

Последние двадцать миль шоссе упорно поднималось вверх, над болотами и согбенными мужчинами в плоскодонках. Слева, словно огромное внутреннее море, показалось озеро Понтчартрейн, потом болота остались у нас за спиной, мы оказались в спальном районе и въехали в Новый Орлеан. По шоссе I-10 мы миновали сердце города, проехали «Супердоум», который со стороны шоссе напоминал космический корабль из «Дня, когда Земля застыла», приземлившийся среди холмов. Мы свернули с автострады на Кэнел-стрит и направились на юг к реке и французскому кварталу.