12 тайн - Роберт Голд

и остановился, чтобы выпустить пассажира, автобус номер 29. Коррин увидела мужчину, который, неспешно сойдя с подножки и слегка опираясь на трость, ступил впереди нее на тротуар. Когда он, сгорбившись, зашагал через дорогу к Хадли-Коммон, Коррин невольно подумала о мистере Талисбруке: у этого человека тоже были седые волосы, спускавшиеся на воротник. Прислонившись к защитному барьеру от наводнения, она наблюдала и ждала. Но вот старик скрылся из виду, и она двинулась вперед. Чтобы убедиться, что она одна, она обернулась и увидела весь ряд домов, смотревших на парк. Среди них был и дом Ника Харпера – в его окнах отражался закат.

Она шла к роще в полной тишине, если не считать звука ее дыхания. Ей нужно было пройти по Нижней улице и только на подходе к Сент-Марнему свернуть в лесок. На этом повороте она посмотрела на часы. До встречи с единственным в мире человеком, который наверняка ей поможет, оставалось десять минут.

Глава 59

Позже в тот же день, в надежде проветрить мозги, я спускаюсь к реке и на набережной покупаю сэндвич с яйцом в киоске, популярном среди воскресных гребцов. Сев на скамейку, чтобы его съесть, я глазею на гонщиков, поднимающихся по реке к Сент-Марнему. После бессонной ночи я долго валялся перед телевизором, где в новостях непрерывно пересказывали историю моей семьи.

По словам Дэни, Саймон Вокс не был отцом ребенка. Но не захочет ли настоящий отец любой ценой скрыть свое отцовство?

Солнце уже на закате, холодает, поэтому я дожевываю сэндвич и бреду обратно по конской тропе в сторону моста. Проходя мимо спящего под сводами бездомного, я бросаю сдачу в его жестянку.

Уже в сумерках я поднимаюсь по ступенькам с берега на центральную улицу, перехожу ее на светофоре и иду к «Ночному дозору». Там меня отправляют наверх, в коктейль-бар, где я и нахожу Нейтана, готовящегося к ночной смене.

– Мне нужно с тобой поговорить, – говорю я, подходя к нему.

– Привет, Бен! – откликается он. – Что ты здесь делаешь?

– Меня выпустили.

– Это понятно, – кивает он. – Я имею в виду, что ты делаешь в баре? Тебе налить чего-нибудь? Виски?

– Редкий случай, когда я бы и от двойного не отказался, но прямо сейчас воздержусь.

Я сажусь напротив Нейтана, выгружающего стаканы из посудомоечной машины.

– О чем тебя расспрашивали в полиции? Хотели узнать что-то конкретное?

– Дело не во мне, – отвечаю я.

Судя по выражению его лица, Нейтан приготовился защищаться, и на мгновение мне кажется, что он намерен все отрицать.

– Ты должен рассказать мне все, что знаешь.

– Я ничего не знал об Абигейл Лангдон, честное слово.

– Тогда расскажи о том, что знаешь.

Нейтан отставляет бутылку, которую держал в руках, и опирается локтями на разделяющую нас стойку.

– Сведения о моем усыновлении были засекречены. От меня все скрывали, хотя мне уже и исполнилось восемнадцать. Приемные мама с папой говорили, будто меня родила мать-одиночка, которая умерла во время родов. Им я сказал, что не стану во всем этом копаться, но в Кардиффский университет я пошел еще и потому, что там классный юрфак. Его студентов привлекают к безвозмездной работе над проектами, и четверо ребят помогали мне рассекречивать бумаги о моем усыновлении.

– И вы выиграли дело?

– Да, – отвечает Нейтан, потея больше, чем на своей пробежке. – Данные сообщили только мне. Я ничего никому не рассказывал и приехал сюда, чтобы понять, откуда я родом. Ты должен мне верить.

– И что же ты почувствовал?

– Отчаяние, – отвечает он. – Я люблю маму с папой и внезапно узнаю, кто я на самом деле… Я и представить такое не мог.

– А теперь твоя биологическая мать мертва.

Нейтан хмурится.

– Бен, я понятия не имею, что с ней случилось.

Я прищуриваюсь, а он говорит:

– Абигейл Лангдон – не моя биологическая мать.

Неожиданно я понимаю свою ошибку. Я мысленно возвращаюсь к вчерашнему разговору с Уиллом.

– Твоя мать – Джоузи Фэрчайлд.

9

Я должен был сказать тебе раньше. Я не хотел вот так, на ходу, но все завертелось очень быстро.

Глава 60

Можно мне поиграть в саду? – спросила Алиса, доев хлопья.

– Еще совсем рано, – ответила Холли, взглянув на кухонные часы: время подходило к восьми.

– Пожалуйста! Я – тихонько, я не разбужу папу.

Холли улыбнулась.

– Как ты думаешь, у папы еще болит животик?

– Надеюсь, что сегодня ему будет намного лучше.

– Не люблю, когда у меня болит животик, – сказала Алиса, вытаскивая из-за задней двери резиновые сапожки. – Тогда мне можно есть только тосты, и то без меда.

– Это правда, – сказала Холли, сажая дочь на колени. – Ты собираешься кататься на велосипеде?

– Нет, я пойду в свой домик и сделаю для папы тосты.

– Только тихо, – предупредила Холли, когда Алиса слезла с ее колен и подошла к двери в сад.

– И еще, может, овсянку, – добавила Алиса, выходя.

– С голубикой и земляничным вареньем, – прокричала она на бегу.

Холли стояла и смотрела, как дочка открывает дверь своего домика. Обернувшись, она увидела, что по другую сторону кухни стоит Джейк.

– Каша с голубикой – неплохо, – сказал он.

– Алисин фирменный рецепт, – отозвалась Холли и шагнула к мужу, оставив заднюю дверь приоткрытой. – Тебе сегодня получше?

– Я пока немного не в форме, но с похмельем, кажется, справился.

– Завтрак?

– Похоже, Алиса его уже готовит.

Холли, улыбнувшись, взглянула на возившуюся в саду дочку.

– Я не уверена, что она использует нужные продукты.

Джейк плюхнулся на диванчик у окна и постучал в стекло. Алиса обернулась и помахала рукой.

– Тебе лучше, папа? – крикнула она.

– Намного.

– Я тебе овсянку готовлю. Ты придешь ко мне в домик кушать?

– Через минутку.

– Я могу принести тебе туда настоящую кашу, – предложила Холли.

– Это было бы здорово, – откликнулся Джейк, поднимаясь и доставая из холодильника молочный коктейль.

Он взял со спинки стула свитер и натянул его, а потом подыскал себе возле двери пару подходящих кроссовок.

– Ты сможешь отвезти ее сегодня в садик? – спросила Холли. – Я обещала встретиться с твоей мамой в Сент-Марнеме.

– Без проблем, – согласился Джейк. – Встреча с моей матерью – то еще удовольствие. Что-то отмечаете?

– Я хотела поблагодарить ее за субботний вечер, – объяснила Холли, начиная разогревать молоко.

– И извиниться за поведение ее сына.

– Уверена, она тебя уже простила.

– Молодец, что находишь для нее время.

Он так и стоял у двери.

– В субботу вечером вы тоже общались. Я видел, как вы с ней ходили в музыкальную комнату. Смотри,