Человек в витрине - Хьелль Ола Даль

Фрёлик ошеломленно спросил:

— Ты не думаешь, что они говорили об этом?

— Я не думаю, что они обязательно говорили о ее измене, — пояснил Гунарстранна.

— Почему?

— Есть вещи, о которых лучше не говорить.

— Но ведь она ему изменила!

— Знаю, что изменила! А ты не задумывался о том, что, возможно, у тебя и Рейдара Фольке-Есперсена разные системы ценностей?

— Какие еще системы ценностей?

Гунарстранна досадливо махнул рукой:

— Да ладно! Продолжай. На чем ты остановился?

— Вот как, по-моему, все было. Супруги поссорились. Может быть, она рассвирепела после того, как он отказался разговаривать с ней. А может, наоборот, уперся и снова потребовал, чтобы она рассталась с любовником. Из-за того что она ему изменила, он отказался спать с ней в одной постели. Мне кажется, он спустился в магазин, чтобы лечь там. Она не могла смириться с его упрямством и спустилась следом за ним. В магазине ссора продолжилась, и в конце концов она схватила висевший на стене штык и заколола его. — Фрёлик изобразил в воздухе удар штыком.

— Зачем ему ложиться спать в магазине? В их квартире много комнат, и везде есть диваны.

— Ну ладно, старик пошел в магазин не для того, чтобы спать. Ему захотелось взглянуть на новые приобретения, о которых за ужином рассказывал Карстен, или проверить, заперта ли дверь, или просто посидеть в тишине и подумать… Мало ли зачем! Это ничего не меняет. В конце концов она заколола его!

— А потом?

— Что?

— Что случилось потом? — с интересом спросил Гунарстранна.

— Ну… она раздела его, нацарапала непонятные знаки у него на груди и на лбу… для отвода глаз. А потом отволокла труп на витрину. Остальное нам известно…

— Допустим. Продолжай. А потом?

— Потом она возвращается наверх, в квартиру… и ее охватывает паника. Она симулирует нервный срыв и пытается придумать, как соскочить с крючка. — Фрёлик вскинул руки вверх. — Вот зачем она звонила Карстену! Ей важно было внушить всем, будто в магазин забрался вор.

— А потом? — спросил Гунарстранна, взмахнув рукой.

— Ведь она могла бы позвонить любовнику, — торжествующе продолжал Фрёлик. — Если бы она в самом деле испугалась, она бы наверняка позвонила ему! Но нет, она звонит сыну Рейдара. Зачем, если не для того, чтобы обеспечить себе алиби?

— Ладно, а дальше-то что?

— А дальше все пошло не так, как она рассчитывала. Жена Карстена наорала на нее, потому что нечего будить людей в полтретьего ночи. До утра она сидела без сна и грызла ногти. А потом ей улыбнулась удача: труп заметила почтальонша. Ей не пришлось спускаться вниз и делать вид, что покойника нашла она. И полицию вызывать тоже не нужно…

— В твоей версии есть несколько изъянов.

— Ну и ладно. Зато у меня хотя бы есть версия. Кстати, когда я спросил ее, слышала ли она в ту ночь какой-нибудь шум снизу, она прямо посерела. Я не сомневаюсь, она что-то скрывает. Совершенно в этом уверен!

— Возможно, — согласился Гунарстранна и замолчал. Некоторое время они смотрели друг на друга, а потом Гунарстранна задумчиво спросил: — И все-таки, зачем сажать труп на витрину?

Фрёлик задумался.

— Нам придется задать этот вопрос всем подозреваемым, — сказал он. — Однако с точки зрения моей версии он не существенен.

— Не существенен? Не вижу логики в поступке жены, которая выставляет тело убитого ею мужа на всеобщее обозрение! Если бы она пыталась скрыть убийство или свалить его на неизвестного грабителя, логично было бы оставить труп на полу в магазине, причем в одежде. Логично было бы как-то повредить дверь или разбить окно… Все лучше, чем раздевать труп догола и сажать на витрину!

Оба замолчали и уставились в пространство.

— Возможно, он угрожал ей, что разведется с ней и лишит ее наследства, — сказал наконец Фрёлик. — Тогда становится понятно, почему он аннулировал завещание. Кроме того, становится понятно, почему он не предложил адвокату составить новое завещание. — Все более волнуясь, Фрёлик вскочил и снова сел. — Ну конечно! Все очевидно. Именно так все и было! Он пригрозил жене разводом и лишением наследства, чтобы надавить на нее.

Гунарстранна покачал головой:

— С наследством мы уже разобрались.

Фрёлик начал рассуждать вслух:

— Допустим, она с самого начала вышла за старого козла из-за денег. Молодые красотки чаще всего выходят за стариков из-за денег — это всем известно. Предположим, так же было и у Есперсенов. Она терпит почти двадцать пять лет, все ждет богатства, и вдруг ее мечты о райской жизни разбиваются вдребезги, потому что он узнал о ее измене. Вот почему она убивает Рейдара. Чтобы у него не осталось времени составить новое завещание и отдать деньги другим!

— Два аргумента против, — сказал Гунарстранна. — Во-первых, вероятнее всего, ни о каких больших деньгах речь не идет. Да, Есперсены жили в хорошей квартире в центре Осло. Судя по всему, они были неплохо обеспечены. И все же ничто не указывает на то, что у Есперсена было большое состояние. Во-вторых, я не верю, что Ингрид Есперсен способна выйти замуж из-за денег. Кроме того, я не очень уверен в том, что ее измена в самом деле беспокоила Рейдара.

— Он ведь позвонил ее любовнику, — возразил Фрёлик. — И приказал жене немедленно порвать со Стрёмстедом.

— Так-то оно так, но нельзя забывать, что Рейдар уже очень долго жил с молодой женой. Помнишь, что я сказал, когда впервые увидел Ингрид? Я сразу заподозрил, что у нее есть любовник. Рейдар явно не был дураком, он вполне мог давно подозревать ее. Более того, мне кажется, он сквозь пальцы смотрел на ее измены.

Фрёлик обдумал слова Гунарстранны и тоже выдвинул контраргумент:

— Раз Есперсен мирился с изменами жены, зачем он тогда звонил ее любовнику тринадцатого?

— Мы не знаем, зачем он звонил. Может быть, хотел ее позлить, продемонстрировать, что ему известно о ее интрижке, — мрачно ответил Гунарстранна. — Может быть, он хотел, чтобы она опомнилась. Не знаю…

— Все возможно, — перебил его Фрёлик. — А все-таки он застал жену у любовника, а через несколько часов позвонил адвокату и аннулировал завещание, по которому львиная доля наследства достается ей. Это неспроста! К тому же потом его убивают. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и любовничка — Стрёмстеда. Скорее всего, он тоже замешан в деле.

Гунарстранна продолжал невозмутимо, словно коллега и не перебивал его:

— Возможно, Рейдар решил позвонить Стрёмстеду не просто так. Что-то могло подтолкнуть его.

— Что, например?

В их рассуждения вмешался телефонный звонок. Гунарстранна взял трубку, пару секунд помолчал и сказал:

— Прекрасно, Иттерьерде. Смотри не упусти их! — Он нажал отбой и пояснил: — Переполох в раю… Это Иттерьерде. У Ингрид очередное свидание с Эйольфом. Они катаются на машине.